Таинственный воин - Хикмэн Лора - Страница 78

Из-за главных дверей донесся отдаленный крик. Потом послышался еще один, а вслед за тем раздался звон оружия.

— О боги Исфалоса, — выдохнул Зиан, обходя Дуинуин и ее охранников. — Что там еще?

Не успел он сделать и трех шагов, как двери распахнулись.

— К оружию! — крикнул Сарго. — К оружию!

Все кирее в ротонде тут же взмыли к потолку, с лязгом выхватывая мечи.

Зиан положил руку на эфес.

— Сарго, докладывай!

— Там целая армия, мастер Зиан! — Сарго тяжело дышал, Дуинуин не могла понять — от возбуждения или от усталости. — Фаэри, но какие-то другие. Они черно-серого цвета, и вид у них ужасный. Они уже на стенах!

— Что? Куда смотрели часовые? — гневно крикнул Зиан. — Я же приказал выставить дозоры и на севере, и на западе!

— Они явились не с земли, мастер Зиан! — объяснил ошарашенный Сарго. — Они выходят из моря!

Гален повернулся к остальным.

— Уходите!

— Куда? — воскликнула Pea.

Васска устремился вперед.

— Осторожней! — крикнул Гален.

Рядом с ним взрыл землю драконий коготь. Отряд рассыпался, все бросились кто куда. Сатинка приблизилась по крутой дуге, и Гален вдруг очутился среди топочущих вокруг гигантских чешуйчатых драконьих лап. От пыли, от дыма горящей травы он почти ничего не видел и не знал, где сейчас его спутники. Он попытался сбежать вниз по склону холма, но тут же круто свернул в сторону: перед ним по земле хлестал шипастый хвост. Куда бы Гален ни кидался, повсюду земля содрогалась от топота драконьих лап.

Споткнувшись, он упал на спину и увидел над собой пустую сумку, прикрепленную к шее дракона. Над ним возвышалась Сатинка; она наклонила к Галену голову с оскаленной пастью.

Он попытался вскочить, но не успел: Сатинка подняла когтистую переднюю лапу и опустила ее...

Кто-то толкнул Галена, отшвырнув его прочь. Юноша ошеломленно оглянулся, не зная, куда бежать, — и увидел лежащую рядом Pea. Коготь Сатинки пригвоздил ее к земле.

— Нет! — закричал Гален.

Королева-дракон снова обратила на него злобные глаза.

И тут прямо в морду Сатинки ударил всплеск голубого огня. Она яростно обернулась в ту сторону, откуда в нее швырнули пламя.

— Убирайся, чертова сука! — заорал Маддок — на клинке его меча горел голубой огонь. — Тебе конец, просто ты еще не поняла этого! Здесь все начинается, здесь все кончается!

Сатинка подпрыгнула, вырвав окровавленный коготь из бока Pea. Королева-дракон взревела, ринувшись на Маддока, посмевшего опалить ее магическим огнем.

А Гален бросился к Pea и упал рядом. Она была еще жива и пыталась приподняться, но сумела только перевернуться на спину. Похоже, у нее были парализованы ноги.

Гален поддержал ее голову; по его щекам текли слезы.

— Ox, Pea! Зачем ты это сделала? Зачем?

Она посмотрела ему в глаза и улыбнулась; из уголка ее рта потекла тоненькая струйка крови.

— Далия, — выговорила она. — Обещай, что найдешь ее. Обещай, что расскажешь о нас...

— Тише! Просто лежи и не шевелись, сейчас мы что-нибудь придумаем, — умоляюще сказал Гален, снова опустив ее голову на траву.

— Моя дочь! Ты должен позаботиться о моей дочери! — простонала Pea, хватая Галена за руки.

— Хорошо, я обещаю.

Он лихорадочно огляделся по сторонам.

Маддок стоял перед Сатинкой, подняв меч.

— Маддок! Сюда! — крикнул Гален. Он вытащил свой меч и встал, пытаясь найти в себе магическую силу, чтобы спасти друга. Один раз он уже потерпел неудачу, но он должен попытаться еще раз! И он нашел магию. Нашел загадочную силу — слабый, почти неуловимый свет, который все-таки горел в душе Галена.

— Маддок, ко мне! Вдвоем мы справимся!

— Хочешь убить дракона? — с гордостью спросил Ш'Шникт. — А у тебя неплохие аппетиты, Гален.

Гален поднял меч рукоятью вверх. В глубине его сознания, там, откуда приходила магия, снова возникла крылатая женщина — он видел только ее смутную тень, но она там была. Юноша представил себе клетку, которую сделал, чтобы ее защитить. Она предлагала ему эту клетку в обмен на что-то другое.

— Маддок! — тревожно закричал Гален. — Быстрей! Ты нужен Pea!

Гален увидел, как Маддок повернулся, как посмотрел на свою лежащую жену, как побежал к ней.

Но рядом с Галеном в землю впечаталась когтистая лапа. Васска! Гален вскинул глаза, посмотрев мимо мощного плеча чудовища. Первосвященница Эдана все еще была в сумке и что-то кричала Васске. Цепляясь за уцелевший страховочный ремень, она смотрела на Галена с двадцатифутовой высоты, ее лицо было застывшей маской ненависти.

Гален вновь повернулся к Маддоку: ученый со всех и ног мчался к ним.

— Pea, любимая, я иду!

Сатинка за спиной Маддока опустила голову, распахнула пасть, и Гален даже не успел вскрикнуть.

Пламя, вырвавшееся из пасти самки дракона, помчалось как огненный ураган. Пламя охватило Маддока, и тот исчез в смертоносном вихре.

Слезы гнева потекли по лицу Галена. Он сжал рукоять меча, и магия сразу отозвалась на призыв, укрыв его защитной сферой. Пламя, выдохнутое Сатинкой, ударило в эту сферу... И отразилось от нее.

Васска уже приготовился к огненной атаке Сатинки, выпятив грудь, покрытую прочной чешуей. Однако отраженного пламени он не ожидал. Оно пронеслось мимо его плеча, обожгло крылья и уязвимую спину. Большого вреда огонь не причинил, но застал Васску врасплох.

И Эдану — тоже. Пламя обожгло ей руку, и, вскрикнув от боли, она разжала пальцы. Как раз в этот момент Васска резко вскинулся, и женщина не удержалась в сумке.

Она покатилась вниз по плечу дракона; роговые выступы слегка задержали ее падение. Эдана полетела вниз, туда, где внутри сферы стоял на коленях Гален. Она успела понадеяться, что сфера укроет и ее тоже... Но магический щит отбросил ее так же, как отбрасывал все остальное, что касалось его поверхности.

Эдана покатилась под ноги Васске и поползла к одному из его задних когтей, надеясь укрыться от обжигающего пламени, бушующего вокруг.

Она упала рядом с лапой дракона, горя как факел.

48

ГЛУПЕЦ И ВРАЖДА

Они вышли из моря.

Первыми двигались восемнадцать высоких воинов фаэри, не похожих ни на один известный Семи Лордам народ. Их кожа была дымчато-серой, их серые крылья были испещрены черными пятнами. Глаза их сверкали, словно черные жемчужины.

Все фаэри носили серые латы и сжимали в могучих руках длинные кривые мечи. Ростом и шириной плеч они превосходили большинство фаэри, их мускулы выдавали недюжинную силу.

Они вышли из пенящихся волн у подножия башни Киен Веррен, разом распахнули крылья и взлетели. Разделившись на два отряда, опустились на скалы, повернулись к морю и, вскинув руки над головой, испустили гулкий призывный клич.

Когда следующая волна разбилась о подножие башни, они получили ответ на свой зов. Из моря вышел еще один отряд. Эти фаэ были поменьше, с более светлой кожей, с серыми глазами. То были фаэри, некогда погибшие в море, — среди них были моряки и торговцы, но большинство из них погибли совсем недавно... Их тела сбросили со стен прибрежной крепости несколько дней назад.

Волны одна за другой разбивались о берег, и с каждой из них появлялся новый отряд серокожих воинов.

Море возвращало мертвых.

Фаэри напали на ротонду, и Зиан, вытащив меч из ножен, скомандовал кирее:

— Построиться! Сдержите их у двери, и мы расправимся с ними по одному!

Кирее, шумно хлопая крыльями, попытались защитить двери. Если бы они смогли сдержать натиск врага, заставив противников врываться в зал по одному, у кирее появились бы неплохие шансы удержаться.

Атаку возглавляли высокие серокожие воины, и Зиана невольно впечатлили их сверкающие черные глаза.

«Я мог бы многого добиться с такими воинами», — подумал он, яростно взмахивая крыльями.

Первый нападающий бросился к нему, и Зиан поднял меч.

Их клинки столкнулись с резким звоном. Удар серокожего воина был так силен, что Зиана отбросило назад. Выровняв полет, кирее снова напал и обрушил на противника несколько быстрых ударов. Серокожий воин отбил каждый его выпад. Зиан усилил натиск, стараясь заставить врага отступить, но к его огромному раздражению, ему никак не удавалось нанести смертельный удар.