Колодец тьмы - Уэйс Маргарет - Страница 115

Грегор мучительно раздумывал, как поступить. Наконец он решил, что единственно правильным будет незамедлительно вернуться в Виннингэль, рассказать об увиденном и попросить совета. Если король Хельмос потребует силой отобрать принадлежащую дворфам часть Камня Владычества, Владыка Грегор исполнит приказ. Но только в том случае, если приказ будет исходить от короля и другие Владыки его поддержат.

Грегор сомневался, что король отдаст такой приказ.

Поклонившись детям и Камню Владычества, Владыка Грегор покинул храм.

Дети простились с камнем, пообещав вернуться завтра, и тоже ушли из храма, чтобы и дальше влачить жалкое существование. Существование, которое каждый день совсем ненадолго расцвечивалось пляшущими радугами.

Владыка Грегор уже давно вошел в Портал и возвращался в Виннингэль. В Городе Пеших наступила ночь. И только тогда в шатре появился Даннер. Внутри было так же темно, как и снаружи. Но ему казалось, что от Камня Владычества исходит слабое сияние. Возможно, он хотел, чтобы камень сиял, а возможно — камень действительно светился внутренним светом. Даннер так и не мог решить, что же происходит на самом деле.

Он опустился перед камнем на колени, но сегодня не коснулся камня, как иногда делал, наслаждаясь теплом, проникающим в тело и возвышающим дух. Даннер пришел проститься, ибо знал, что больше не увидит Камень Владычества. Он нарушил клятву и тайком, молча подглядывал за происходящим в шатре. Он знал, что его накажут за клятвопреступление. Но это его, Даннера, проклятие, и он отведет его как можно дальше от камня.

Как можно дальше от камня и его стражей.

Даннер ушел из города пешком, держа путь к пустынным равнинам.

Верхом он не поехал, поскольку был одним из Пеших.

Глава 2

Хранители Времени

К северу от Виннингэля, на заоблачной вершине Драконьей Горы, стоял монастырь Хранителей Времени. По карте путь от Виннингэля до монастыря казался не таким уж и далеким, но на самом деле путешествие занимало многие дни. Туда вела узкая тропа, по которой едва мог пройти ослик, но и она была извилистой и мучительно трудной. Тропа делала нескончаемые зигзаги по склону горы, напоминая старую ленивую змею, греющуюся на солнце.

Монастырь представлял собой внушительное строение, сложенное из массивных гранитных глыб, так что стены казались продолжением самой горы. Монастырь этот был очень древним, а его происхождение окутано тайной. Даже сами Хранители не знали, кто и когда построил их обитель. Легенда повествует, что когда в самом начале времен они пришли на вершину Драконьей Горы, монастырь уже стоял там.

Хранители были убеждены, что монастырь построили Древние — раса, населявшая Лерем задолго до появления людей, эльфов, орков и дворфов. Раса эта, скорее всего, уже полностью вымерла, но успела оставить впечатляющие и завораживающие следы своего существования. Возможно, монастырь был наиболее внушительным из всего, что построили Древние. Правда, некоторые утверждали, что это они изменили течение реки Хаммеркло, прорезали скалы и создали семь водопадов, впоследствии окруживших Виннингэльский дворец.

Росписи необычайной красоты, которые часто встречались в самых неожиданных местах — на склоне отвесной скалы или на потолке грота, — также считались творениями Древних. Но почему же народ, способный возводить столь величественные строения, как громадный монастырь, создавший рукотворные чудеса вроде водопадов и оставивший удивительные росписи, бесследно исчез? Этого никто не знал. О Древних ходило немало легенд, и в каждой говорилось, что они были необычайно рослые — выше орков. При этом их тела превосходили своим изяществом тела эльфов. Красотой Древние затмевали самых красивых людей, а в искусстве верховой езды оставляли далеко позади дворфов. Именно у дворфов существует легенда, повествующая о том, как Древние поймали и приручили первых диких лошадей.

Однажды корабль орков, сбившийся из-за бури с курса, вынесло на берег неведомой земли, и там, по словам орков, они повстречали Древних. Древние оказались низкорослыми, морщинистыми, пугливыми человечками, жившими в слепленных из глины хижинах. Большинство слышавших эту историю отказывались в нее верить — орки слыли отъявленными лжецами. Кое-кто считал, что орков вынесло к землям дворфов, и неудивительно, что те показались оркам маленькими и морщинистыми, ведь экипаж корабля неделями питался исключительно дурманящим чагу!

Архитектура монастыря отличалась простотой: высокие прямоугольные колонны, гладкие стены, просторные помещения, открытые солнце и ветру, дождю и снегу. Многочисленные окна не имели стекол. На дверях не было железных засовов от непрошеных гостей, а в стенах — бойниц. Монастырь был средоточием мира, покоя и безмятежности, а не крепостью. Если бы какой-нибудь армии вздумалось захватить монастырь, то те, кому посчастливилось бы не скатиться по пути в пропасть и достичь вершины, были бы настолько истощены подъемом, что ни о каком вторжении не могло быть и речи. Полумертвые солдаты рухнули бы на землю, умирая от усталости и нехватки воздуха.

Монастырь практически не зависел от внешнего мира. Монахи питались тем, что выращивали на своих огородах, и приношениями паломников, отваживавшихся на изнурительное путешествие в горы, чтобы получить мудрый совет. Они не пили ничего, кроме воды из горных источников, вкус которой, как говорили, превосходил вкус лучших вин. Помимо воды монахи пили особый чай, произраставший только здесь. Этот чай не только продлевал их жизнь, но и предохранял их тела от разложения после смерти. Последнее было особенно важным, ибо на коже каждого монаха запечатлевались события эпохи, в которую он жил. Тела умерших монахов сохранялись в определенном порядке наподобие книг в Королевской библиотеке. Прогулка к монастырским гробницам — только их называли здесь не гробницами, а Каталогом — была прогулкой в прошлое.

Хотя паломники совершали утомительное восхождение на вершину, рассчитывая получить совет, монахи никогда не давали советов. Никому они не говорили, что нужно поступить тем или иным образом. Они не владели искусством предсказания и не могли заглядывать в будущее. Однако им было доступно все прошлое, и потому они многое знали о движении сердец и умов людей. И не только людей — монахи знали прошлое эльфов, орков и дворфов. Приходящим к ним за советом монахи рассказывали, что некто сталкивался с подобной проблемой, например, лет семьдесят назад и решал ее таким-то способом или убеждался в ее неразрешимости; но при этом другой человек тридцать лет назад столкнулся с чем-то похожим и вышел из затруднительного положения, используя другой способ. Поскольку большинство людей убеждены, что таких сложностей и затруднений, как у них, никогда и ни у кого не бывало, слова монахов воспринимались без должного внимания и не считались особо полезными. По этой причине, а также из-за трудностей пути число паломников всегда было небольшим.

Самим монахам приходилось постоянно совершать путешествия вниз и обратно. Они ездили на выносливых и крепких осликах, которые не отличались быстротой передвижения, зато были исключительно надежны и всегда без приключений доставляли седока к месту назначения. Когда монахи отправлялись во внешний мир записывать происходящие события, их сопровождали телохранители.

Телохранители принадлежали к племени людей, называемых омара. Они давно жили в горах, поклонялись монахам и почитали их. Для человека этого племени не было большей чести, чем оказаться одним из немногих, избранных монахами для путешествия во внешний мир, и взять на себя ответственность за охрану странствующего монаха и при его жизни, и после смерти, если таковая наступит в пути. Если монах умирал в пути, священной обязанностью его телохранителей было доставить тело в монастырь, где ему предстояло занять надлежащее место в Каталоге. Люди племени омара были такими же рослыми и сильными, как орки. Если бы было возможно скрещение рас, это племя вполне посчитали бы потомками орков и людей.