Сердце ангела - Хортсберг Вильям - Страница 55

Глава тридцать первая

Мы предпочли десерту бренди с сигарами. “Панателлы” Сифра вполне оправдывали свой запах. О деле больше не было сказано ни слова. Я поддерживал разговор как мог, но страх камнем сидел в моих потрохах. А может, этот насмешливый намек мне лишь привиделся? Чтение мыслей — старейший трюк, но зная это, я все же не мог избавиться от дрожи в пальцах.

Мы покинули ресторан вместе. У тротуара ожидал серебристо-серый “роллс-ройс”. Шофер в форменной одежде открыл для Луи Сифра заднюю дверцу.

— Держите меня в курсе, — произнес он, крепко пожимая мне руку перед тем, как влезть в свою просторную машину. Салон поблескивал полированным деревом и кожей, напоминая интерьер дорогого мужского клуба. Стоя на тротуаре, я провожал взглядом плавно заворачивающий за угол “ролле”. Собственный “шеви” показался мне слегка поблекшим, когда я включил зажигание и покатил к центру. В нем пахло, как в дешевом кинотеатре с Сорок второй улицы: застарелый табак и забытые воспоминания. Я проехал по Пятой авеню, придерживаясь зеленой полосы, оставшейся после недавнего парада. На Сорок пятой улице я свернул на запад. Приметив посреди квартала — между Шестой и Седьмой авеню — место для парковки, я поспешил воспользоваться им.

В приемной своей конторы я обнаружил Эпифани Праудфут, спящую на диванчике для посетителей. Поверх блузы с широким воротом из серого атласа, на ней был шерстяной костюм цвета сливы. Темно-синее пальто свернуто и подсунуто под голову вместо подушки. Дорогая кожаная сумка стояла на полу. Тело девушки было грациозно изогнуто, ноги поджаты, а руки уютно сложены на синем пальто. Она напоминала фигуру красавицы на носу парусника.

Я коснулся ее плеча, — ресницы затрепетали.

— Эпифани?

Глаза широко распахнулись, мерцая полированным янтарем. Она подняла голову.

— Сколько времени? — спросила она.

— Почти три.

— Так поздно? Я очень устала.

— Вы давно здесь ждете?

— С десяти. Вы не слишком придерживаетесь режима.

— Я встречался с клиентом. А вы где были вчера днем? Я приходил в аптеку, но там никого не было. Она села и спустила ноги на пол.

— Я пошла к подруге. Просто боялась оставаться одна дома.

— Почему?

Эпифани посмотрела на меня, как на глупое дитя.

— А вы как думаете? Вначале убили Пупса. Потом я слышу по радио, что убита женщина, когда-то обрученная с Джонни Фаворитом. Насколько я поняла, теперь моя очередь.

— Почему вы называете ее “женщиной, обрученной с Фаворитом”? Разве вы не знаете ее имени?

— Откуда мне его знать?

— Не хитрите со мной, Эпифани. Я шел за вами до квартиры Маргарет Круземарк, когда вы отправились туда из моей конторы. Я подслушал ваш разговор. Вы принимаете меня за мальчишку.

Ее ноздри раздулись, а глаза, поймав луч света, блеснули словно драгоценные камни.

— Я пытаюсь спасти свою жизнь!

— Подыгрывать и тем и другим — не самый лучший способ спастись. Что вас связывает с Маргарет Круземарк?

— Ничего. До вчерашнего дня я даже не знала, кто она такая.

— А вам не кажется, что лучше быть более откровенной, Эпифани?

— Каким образом? Что-нибудь выдумать? — Девушка обошла низенький столик. — Она связалась со мной вчера ухе после звонка к вам, сказала, что когда-то давно была подругой моей матери. Маргарет хотела приехать, повидаться, но я торопилась в центр, и она пригласила меня зайти к ней, когда у меня будет время. По телефону мы вообще не говорили о Джонни Фаворите, честное слово.

— Ну хорошо, — согласился я. — Поверю вам — просто потому, что некому опровергнуть ваши слова. Где вы провели прошлую ночь?

— В “Плазе”. Я решила, что шикарная гостиница — последнее место, где кто-нибудь будет искать черную девушку из Гарлема.

— Вы по-прежнему числитесь там?

— Не могу себе этого позволить, — покачала она головой. — И вообще, я не чувствую себя в безопасности. Не могу сомкнуть глаз.

— Но здесь вы чувствовали себя хорошо, — заметил я. — Когда я пришел, вы крепко спали.

Вытянув изящную руку, она разгладила лацкан моего пальто.

— Когда вы рядом, я чувствую себя в полной безопасности.

— В обществе здоровенного храброго сыщика?

— Не принижайте себя. — Эпифани ухватила меня за оба лацкана и подошла вплотную. Ее волосы пахли чистым, высушенным на солнце бельем. — Вы должны помочь мне…

Я приподнял ее подбородок, наши глаза встретились, и я провел кончиками пальцев по ее щеке.

— Можете остаться у меня дома. Это удобнее, чем спать здесь, в конторе.

Она поблагодарила меня серьезно, будто я был учителем музыки, похвалившим ее, ученицу, за успешный урок.

— Я отвезу вас туда прямо сейчас.