Ученица Гильдии - Канаван Труди - Страница 61

— Чем ты занимаешься?

Аккарин нахмурился.

— Брось, Лорлен, — рявкнул он. — Я читал твои мысли. Ты меня больше не обманешь.

Лорлен понял, что все пропало. Он посмотрел на нож и подумал, что случится дальше. Если Аккарин убьет его… Он не сможет это объяснить… Ротан и Сонеа заподозрят неладное и расскажут все, что знают…

Он понял, что Аккарин мог прочитать и эти его мысли, но было поздно. Он осторожно взглянул на него, но Аккарин, казалось, ничего не заподозрил. Он ждал ответа.

— Так как давно? — повторил он.

— Больше года, — признался Лорлен.

— Как ты узнал?

— Я пришел к тебе однажды, поздно вечером. Дверь была открыта. Горел свет. Вошел и увидел, что ты делаешь… это было так ужасно. Я не знал, что мне думать.

— Что именно ты видел?

С трудом подбирая слова, Лорлен пересказал то, что видел в воспоминании Сонеа. Он надеялся увидеть на лице Аккарина хотя бы тень стыда, но нет. Только досада.

— Кто-нибудь еще знает об этом?

— Нет, — быстро сказал Лорлен. Он надеялся, что ему не придется выдавать Сонеа и Ротана, но Аккарин прищурился.

— Ты врешь, друг мой.

— Нет.

Аккарин вздохнул. Лорлен надолго запомнил этот вздох.

— Очень жаль.

Лорлен поднялся и посмотрел другу в лицо, мучительно пытаясь придать убедительность своим словам.

— Аккарин, ты должен верить мне. Я никому не говорил. Это вызвало бы такой раздор в Гильдии! Я… я не знаю, зачем ты играешь с этой… запрещенной магией. Я верю, что у тебя есть веские причины. Ты думаешь, я стоял бы здесь, перед тобой, если бы я так не думал?

— Так, значит, ты веришь мне?

— Да.

— Тогда покажи мне правду. Я должен знать, кого ты прикрываешь, Лорлен, и что именно ты знаешь.

Аккарин протянул руки, и Лорлен с ужасом понял, что тот собирается прочитать его мысли. Схватив Аккарина за руки, он оттолкнул его. Неужели он осмелится…

— Ты не имеешь права!

Аккарин сложил пальцы в знакомом жесте, и последняя вера Лорлена в бывшего друга исчезла. Он упал в кресло и почувствовал, что магическая сила не дает ему подняться.

— Не делай этого, Аккарин!

Но губы Аккарина были крепко сжаты.

— Извини, старый друг. Я должен знать правду. Его пальцы прикоснулись к вискам Лорлена.

Как он это делает? Я не чувствовал его присутствия в своем сознании, но он там был! Это невозможно!

Задрожав, Лорлен открыл глаза и уставился на стену спальни. Сжав кулаки, он почувствовал что-то странное, и поднес руку к лицу. На среднем пальце было кольцо. Красный камень поблескивал в тусклом свете.

Аккарин тогда узнал все: как Сонеа подсматривала за ним, как Лорлен увидел ее воспоминание во время чтения памяти, как она рассказала об этом Ротану и как Дэннил сообщал Лорлену о своих успехах. Сам Лорлен не почувствовал ни малейших эмоций Аккарина. Лишь потом, когда тот расхаживал взад-вперед по гостиной в пугающей тишине — долго, больше часа, — Лорлен понял, что Аккарин был глубоко взволнован. Однако он не утратил ни капли уверенности в себе.

Наконец магическая сила, удерживавшая Лорлена в кресле ослабла. Аккарин взял со стола нож, но Лорлен не успел испугаться. Аккарин провел лезвием по собственной ладони.

Сложенная чашечкой ладонь наполнилась кровью. Свободной рукой Аккарин взял стакан Лорлена и разбил его об стол. Он подбросил перед собой один из осколков.

Остановившись на уровне глаз Аккарина, осколок начал вращаться, все быстрее и быстрее. От него исходили волны горячего воздуха. Когда он замер в воздухе, это был уже не осколок, а граненый шарик. Аккарин поднял кровоточащую руку и зажал его в горсти. Когда он разжал пальцы, пореза уже не было, а на ладони лежал сверкающий драгоценный камень.

Аккарин сделал легкое движение, и в его руке оказалась серебряная ложечка из шкафчика. Он плавил и гнул ее до тех пор, пока она не превратилась в перстень. Он поднес к нему камень, и утолщенная часть перстня сомкнулась вокруг него, как цветок.

Затем он протянул кольцо Лорлену:

— Надень.

Первой мыслью Лорлена была отказаться, но он знал, что Аккарин готов на все и сможет, если захочет, сделать так, чтобы кольцо не снималось. Лорлен хотел иметь возможность снять кольцо сам, поэтому с неохотой надел его на средний палец.

— Я буду видеть и слышать все, происходящее рядом с тобой, — сказал Аккарин. — Мы сможем общаться так, что никто нас не услышит.

Может быть, он и сейчас наблюдает за мной? Неужели он совсем не испытывает угрызений совести?

Лорлен был глубоко потрясен предательством Аккарина, но еще больше его тревожила судьба Сонеа. Несколько минут назад Лорлен видел, как Сонеа вышла из Университета, но, сделав несколько шагов, резко остановилась. Она вспомнила, что не может вернуться к Ротану.

Видел ли это Аккарин? Лорлен надеялся, что нет. Он не был уверен, что его «друг» способен испытывать сострадание. Он не удивился бы, если б узнал, что страдания Сонеа доставляют Аккарину удовольствие.

Но все же он хотел верить, что это не так.

Глава 21

ГРОБНИЦА БЕЛЫХ СЛЕЗ

Сонеа вышла из Университета и медленно пошла по дорожке. Ее бросало то в жар, то в холод. Ей казалось, что огромное здание за ее спиной становится все меньше и меньше, а темная тень впереди увеличивается, угрожая поглотить ее.

Резиденция Высокого Лорда. Дом Аккарина.

Она просидела в столовой до тех пор, пока оттуда не ушли последние ученики, затем, не в силах заставить себя выйти из Университета, отправилась в Ученическую Библиотеку. После ее закрытия она не могла больше оставаться в пустынном и темном Университете. Она должна была идти в свою новую комнату.

Когда Сонеа подошла к двери Резиденции, ее сердце бешено колотилось. Она взялась за дверную ручку. Одного прикосновения оказалось достаточно, чтобы дверь распахнулась.

Гостиная была залита неярким светом одного магического шара. В большом мягком кресле сидел он. Тонкие бледные пальцы сжимали книгу.

— Заходи, Сонеа.

Она заставила себя войти. Дверь захлопнулась за нею сама. Легкий щелчок показался ей зловещим.

— Как экзамены? Успешно?

Она открыла рот, но не смогла произнести ни слова и только кивнула в ответ.

— Прекрасно. Ты поужинала?

Она снова кивнула.

— Ну что же, ты должна хорошо отдохнуть перед завтрашним днем. Ступай.

С огромным облегчением Сонеа поклонилась и скользнула левую дверь. Она создала световой шар и быстро пошла вверх по ступенькам.

Освещенная магическим светом лестница напомнила ей другую, ту, которая вела в подземелье, где Аккарин занимался черной магией. Она догадалась, что туда вела лестница за правой дверью. С этой стороны можно было пройти только наверх.

Ее спальня находилась в самом начале коридора. Она взялась за ручку, но тут послышались шаги. Резко повернувшись, она увидела свет на лестничной площадке в другом конце коридора.

Быстро потушив свой свет, Сонеа скользнула в комнату, оставив дверь чуть-чуть приоткрытой. Она заглянула в щелку, но увидела только противоположную стену. Она тихо выругалась, Чтобы посмотреть, куда он идет, ей придется открыть дверь пошире. Он наверняка заметит.

Она прислушалась. Шаги смолкли, раздался тихий щелчок, затем звук закрывающейся двери. Коридор погрузился в темноту.

«Значит, это его спальня, — подумала Сонеа. — Совсем близко, какие-то двадцать шагов по коридору». Впрочем, живи он на другом этаже, ей было бы ничуть не легче. Одна мысль, что они находятся под одной крышей, вызывала ужас.

Сонеа тихо закрыла дверь и оглядела комнату. В мягком лунном свете, струящемся через два маленьких окошка, она казалась едва ли не уютной.

Здесь все было по-другому, чем в ее аскетической комнатушке в Ученическом Корпусе. Мебель из темно-красного дерева была отполирована до блеска. У стены стоял большой шкаф, ближе к окну — письменный стол и стул. На кровати лежал какой-то сверток.