Рыбалка на живца - Кораблев Артем - Страница 21

тщетно. Мои объявления белели на тех же местах, где я их повесил, и ни один телефон даже не был оторван.

Вечером приехал Светкин папаша; сначала он долго обедал, и мне уж надо было уходить, но я никак не мог выбрать момента, чтобы остаться с ним наедине и сообщить ему неприятную новость. В конце концов я решился, тянуть дольше было просто невозможно.

— Андрей Николаевич, — обратился я к нему, когда он появился в комнате, где мы со Светкой смотрели телевизор, — можно мне поговорить с вами с глазу на глаз?

Он страшно удивился, а Светка еще больше. Не знаю, что уж она там подумала, только глаза ее стали даже круглее, чем обычно, а щеки покраснели.

— Ну, что ж, — сказал Андрей Николаевич, — давай выйдем на воздух, поговорим. Ты не возражаешь? — спросил он свою дочку.

Светка только пожала плечами и нарочито уставилась в телевизор. Мы вышли во двор.

— Андрей Николаевич, — начал я, — прошу вас мне поверить, это очень важно.

— Ну-ну, — подбодрил меня Светкин отец.

— Тут такое дело… Видите ли… Как бы сказать… Ну, вообще-то, понимаете…

— Нет, не понимаю. — Он еле сдерживался, чтобы не рассмеяться.

— В общем, вам угрожают, — выпалил я.

— То есть как? — опешил Андрей Николаевич. Видимо, он ожидал услышать что-то совсем другое.

— Помните, вы меня как-то видели в компании на пляже, я еще пивом поперхнулся.

— А, помню, помню, — усмехнулся он.

— Так вот, это вовсе не моя компания, просто так получилось.

— Ну ладно, и что?

— Короче, эти ребята — местные рэкетиры, — решился наконец я сказать самое главное. — И они получили заказ от других местных разобраться с вами и вашими рабочими, потому что вы у них много заказчиков отбили. А рэкетирам, я знаю, вы тоже платить отказались. Так что они согласились и что-то замышляют. Что — я не знаю, но что-то будет, и скоро.

— Однако ты неплохо осведомлен, — удивленно и настороженно произнес Андрей Николаевич.

— Честное слово, случайно, — соврал я, — просто так получилось, я случайно подслушал.

— Может, ты что-то напутал?

— Да нет, прошу вас, поверьте, или может выйти очень плохо.

— Ну хорошо, расскажи-ка мне все, что ты знаешь. — Андрей Петрович развернул меня за плечи к себе лицом и внимательно посмотрел в глаза. — Что-то мне не очень верится, что рэкетиры болтают о своих делах при первом встречном.

Пришлось мне сочинять басню. Получилось у меня не очень-то складно. Но, что поделаешь, я же не Крылов, а сочинял с ходу, импровизировал. Я наплел, что они тоже хотели купить у меня бультерьера для собачьих боев. А когда я отказался, заставили меня следить за его стройкой, иначе, мол, пса похитят. Я сказал, что боялся за Тамерлана и согласился. Вру и вижу, что он все равно сомневается. Тогда я в точности рассказал распорядок дня его рабочих и как ночью охраняется стройка. Только тут он, по-моему, начал мне верить.

— Только, прошу вас, обязательно примите какие-то меры. Точных сроков я не знаю, но боюсь, что они могут сделать что-нибудь уже сегодня ночью.

Андрей Николаевич немного помолчал, потом обнял меня за плечи.

— Ладно, все это ерунда, не бери в голову. Пошли в дом.

— Я говорю вам, не ерунда! — чуть не вскричал я.

— Чш-ш. Ладно, ладно, спасибо. Пошли в дом, только вот что… — Светкин папаша, уже сделав пару шагов, остановился. — Дайка мне на всякий случай свой телефон, или у вас нету?

Пришлось дать, что я мог поделать, все равно он узнал бы его у Светки.

— Это точно твой телефон, ты не ошибся? — недоверчиво и, как мне показалось, с удивлением спросил Андрей Николаевич, когда я назвал свой номер.

— Ну точно, честное слово, — на сей раз совершенно честно заверил его я. — Можете спросить у Светки.

— Ну и ну, — почему-то произнес он, и мы пошли к дому.

Вскоре я собрался, попрощался со Светкой и отправился восвояси. Светка, как всегда, проводила меня до калитки. Я видел, что ей страшно хотелось узнать, о чем же мы там с ее отцом говорили. Но она не спросила, мешала гордость.

…Дома у нас все было тихо, никто меня не встретил, кроме, конечно, мамы. Отец куда-то только что уехал по телефонному звонку. Его так порой вызывают, такая уж у него работа, поэтому он и поставил на даче "сотку". Кот где-то шлялся или спал на чердаке — его любимое место. А Тамерлан… Не было Тамерлана.

Я устал за этот день от разъездов и неприятного разговора, так что завалился спать пораньше…

— Саша, Саша, проснись, тебя какая-то девочка к телефону… — Мама трясла меня за плечо.

Я открыл глаза и увидел, что уже утро, правда, раннее. Это всегда заметно, на улице как-то еще тихо, только поют на разные голоса птицы, а других звуков не слышно.

Я вылез из-под одеяла и взял радиотелефон, который мама принесла с собой в мою комнату.

— Але, — сказал я.

— Сашка, это ты? — узнал я, как и ожидал, голос Светки.

— Ну, — буркнул я, надеясь, что мама догадается и выйдет из комнаты.

— Твой Тамерлан нашелся!

Я не сразу даже сообразил, что сказать, меня как придавило.

— Что ты молчишь? Езжай сюда скорее, к нему никто подойти не может, он никого не подпускает.

— Все, сейчас еду, — отозвался я и отключил телефон, нажав на кнопку отбоя.

— Куда ты едешь? — испуганно спросила мама.

— Тамерлан нашелся.

— Слава Богу!

Я уже натягивал джинсы.

Вихрем домчался я на велосипеде до Новодачной улицы в Митяеве. И только я повернул на нее, как увидел Светку. Я тормознул и соскочил на землю. И тут же услышал знакомый, но приглушенный лай.

— Где он?

Мы стояли как раз напротив той злополучной стройки, и лай моего бультерьера доносился откуда-то оттуда.

— Пошли, сейчас увидишь. Велосипед возьми, — остановилась Светка, заметив, что я просто прислонил велосипед к забору, — не хватало, чтобы еще и его украли.

Светка повела меня за собой и непрерывно трещала:

— Мы с тобой лопухи. Вернее, ты лопух, а я тебя послушала. Мы его на той даче искали, а он на этой, на соседней, был заперт в сарае. Рабочие-то на обеих строят. А спер его тот самый, что ты и думал. Папа его уже выгнал. Еле удержал мужиков, хотели ему морду набить. Да тут вообще такое было!.. Ночью на стройку напали, тут была такая драка… Потом те, кто напал, убежали, оставили канистры с бензином. Папа маме говорил — поджечь хотели.

Под трескотню Светки я дошел до какого-то сарая на территории одной из строящихся дач. Теперь я был уверен — из сарая доносился бешеный лай Тамерлана.

Я подбежал к раскрытой двери. Из глубины сарая, привязанный стальной проволокой к железной скобе, вбитой в заднюю стенку сооружения, рвался ко мне и лаял мой бультерьер. Я бросился к нему и обнял Тамку. Он прыгал на меня, сколько ему позволяла эта чертова проволока, врезавшаяся в шею. Он лизал и кусал меня от счастья. И исцарапал меня своими когтями. Он валился на спину, подставляя живот, и снова вскакивал, визжа и лая. Мне пришлось долго терпеть эти болезненные для меня ласки, пока пес не успокоился и не утих, блаженно развалившись на земле и подставив пузо, которое я чесал.

Затем я попросил кусачки и перекусил проволоку, стягивавшую ему шею. От нее осталась красная, местами кровоточащая борозда. Я даже не представлял, как я одену на эту израненную шею строгий ошейник с железными шипами? Другого-то я не захватил. Но Тамерлан дал надеть его беспрекословно и даже, по-моему, остался страшно доволен.

Один вопрос не выходил у меня из головы. Как же все-таки этот гад умудрился поймать Тамерлана, если никто, кроме меня, не смог сейчас к нему даже приблизиться? Впрочем, и эта загадка скоро прояснилась. Просветил меня тот самый мужик, которого мы встретили с ведром, когда заходили со Светкой на стройку и спрашивали про Тамерлана, он у строителей оказался кем-то вроде прораба.

— Этот Петро собак хорошо знает, потому как сам пес поганый, — рассказывал мне мужик, когда мы уже присели на бревно во дворе строящейся дачи. — Он ему, ну псу-то твоему, на шею сумел стальную удавку накинуть из этой самой проволоки и удавил немного. Но тот все ж его тяпнул. А я все думаю, что это Петро стал в рукавицах работать, раньше-то все голыми руками делал. Потом смотрю, когда ужинать сели, у него одна рука перемотана, говорит, топором попал. А эго, стало быть, его твой бультерьер тяпнул. Ну, когда он его удавкой-то придавил, завернул в куртку, отнес в сарай и там ему из той же проволоки хомут сделал, так, чтобы не душил, но и не снимался, и пока хомут-то прилаживал, твой пес продышался и тяпнул. А не нашли мы его знаешь почему?