Рыбалка на живца - Кораблев Артем - Страница 22

Ну, когда вы приходили-то? Мы тогда только у нас смотрели, а он его, вишь, на соседней спрятал, где сам не работал. Надо было и там посмотреть, а мы не посмотрели. У этого Петро там приятель тоже, он знал про собаку, но, говорит, не знал, что украдена. Петро говорил ему, что купил за двести баксов.

"В общем, все хорошо, что хорошо кончается", — думал тогда я, но мне хотелось еще узнать, как и что здесь происходило ночью. От рабочих было мало толку, они, оказывается, спали, а крепче всех сторож. Проснулись от собачьего лая и шума драки. А сторож вообще не проснулся, пока не разбудили. Выскочили, а у них на улице перед забором человек восемь дерутся. Жутко, говорят, друг друга били. Потом двое убежали, а двое побитые лежать остались. Так те, которые их побили, отнесли и свалили обоих просто в канаву у дороги на соседней улице. Те потом оклемались и тоже куда-то убежали. А милиция так и не приехала, наверное, и не вызывали. Потом уж нашли у забора три канистры с бензином и паклю.

Выслушав эту повесть, я пошел с радостным Тамерлашкой в гости к Светке, мне не терпелось позвонить маме и сказать, что пес действительно нашелся. На Светкиной даче меня встретил Андрей Николаевич.

— Саша, — сказал он прямо при Светке и ее маме, — я не знаю, как ты все это узнал, но я тебе очень обязан. Большое спасибо.

И с этими словами он пожал мне руку.

Светка опять ничего понимала и только удивленно смотрела то на меня, то на своего папу.

— Что вы, Андрей Николаевич, как же я мог по-другому. Это само собой как-то… — Мне, конечно, было приятно, но все же я немного смущался. — А вообще-то, Андрей Николаевич, это я вам обязан, ведь пес нашелся. — И я указал пальцем на Тамерлана, который радостно улыбался и от счастья вертел теперь хвостом всем окружающим. Иногда только он вскакивал на задние лапы и толкал меня передними, подставляя свою здоровенную башку под мою ладонь. В общем, все окончилось благополучно.

На сей раз я у Светки не задержался, хотя мне и очень того хотелось, но надо было отвезти домой Тамерлана, там его тоже ждали. Когда мы уходили и все, включая Ксюшу, нас провожали, Андрей Николаевич добавил:

— И еще, Саша, поблагодари, пожалуйста, от меня твоего папу. Большое ему спасибо. За что, он сам знает.

Теперь настала моя очередь удивляться, откуда Светкин папаша знает моего батю? Но я скрыл удивление и пообещал передать благодарность. Лихо катил я домой на велосипеде, а рядом резво бежал Тамерлашка, будто он и не бультерьер, а деревенская дворняга.

В Узорове Нас, конечно, ждала мама. Она угощала нас обоих, а Тамерлана особенно. Пес и ее всю обпрыгал, исцарапал, облизал, покусал, ласково, конечно, но все равно больновато, он по-другому не умеет. А вечером, когда вернулся с работы отец, я узнал еще одну тайну.

Оказалось, что мой папа и Андрей Николаевич давно уже были знакомы. Только Светкин отец не знал, что я сын Владислава Николаевича Губина. То-то он удивился, когда я дал ему наш номер телефона. А я хоть и рассказал отцу про Светку, когда украли Тамерлана, но тоже не упоминал ее фамилии. А познакомились наши отцы, когда на Светкиного в первый раз "наехала" козиновская компания, именно к моему бате обратился тогда Андрей Николаевич за защитой. Вот и этой ночью козиновскую банду встретили возле дачи люди из агентства моего папы. Андрей Николаевич позвонил ему вчера после нашего с ним разговора, и когда я вернулся от Светки, отец уже уехал как раз по его звонку. Все это он рассказал мне наедине, как всегда, в моей комнате, где у нас с ним порой бывали мужские беседы.

— Ну, а теперь расскажи мне, как и зачем ты связался с этой компашкой, — спросил отец, когда окончил свой рассказ.

Я понял, что под "компашкой" он подразумевает козиновскую банду. Пришлось мне опять городить басню. Ту же, что я рассказал вчера Андрею Николаевичу. Да я и не мог теперь выдумать другую, если уж они знакомы, вдруг один другому все перескажет. А правду говорить не хотелось, я еще не окончил дела об убийстве…

Выслушав, отец не стал меня пытать дальше. Только сказал:

— Ладно, не бойся. Это мое дело. Козинов тебя не тронет. А стольник, который он тебе уплатил за шпионство, давай сюда, я ему сам передам.

Я отдал отцу деньги и, честно говоря, был очень доволен, что мне их не придется возвращать лично. Было бы страшновато. Хорошо, что у меня такой надежный отец.

Часть вторая

РЫБАЛКА НА ЖИВЦА

Глава I

НОВАЯ ВЕРСИЯ, НОВЫЙ ДРУГ

Со Светкой я помирился, Тамерлан нашелся, дачи не сожгли, и Козинов не имел ко мне претензий. Даже здоровался при случайной встрече, хотя на пляже я больше не появлялся. Видать, им здорово наваляли, и отец сумел за меня заступиться. Все бы хорошо, в том числе и то, что Козинов все-таки не убийца. Да ведь дело-то осталось, Коломенцева-то убили, и велосипед у Женьки украли, а я так ничего и не распутал. И чем больше я теперь думал об этом, все больше мне становилось непонятно.

Теперь никаких улик по делу об убийстве у меня в руках не осталось. А по делу о похищенном велосипеде у меня было-то только и всего, что два следа, один от шин, а второй от сапога, тот самый на глинистой площадке, который я так и не зарисовал. Я уж даже забывать начал, как он выглядит, но все равно был уверен, что, если увижу, — сразу узнаю. Память у меня уж больно хорошая, да и след был какой-то необычный, с нестандартным рисунком на подошве.

Между тем время шло своим чередом. Прошло уже три дня после того, как нашелся Тамерлашка. Три летних прекрасных дня. Пожалуй, в этом году, да и никогда прежде, у меня таких хороших дней еще не было. По утрам я ловил рыбу, днем катался с Женькой на велосипеде, а вечерами встречался со Светкой, два раза в Митяеве, и один раз на речке. А вот перед сном я часа по два сидел в своей комнате и все перечитывал скудные записи в рабочих тетрадках. Ничего-то я из этого чтения не вынес. Ничего у меня не получалось. Это было единственное, что отравляло мне жизнь. Оба дела опять зашли в тупик. Неужели я такой тупица?..

Иногда самые ничтожные, ничего не значащие в нашей жизни мелочи приводят к неожиданным грандиозным открытиям. Так уж устроен человеческий разум. Я и сам такое замечал, и папа мне говорил про то же.

Он называл это ассоциативным мышлением. Все дело в нестандартности наших ассоциаций. И в тот раз со мной случилось нечто подобное.

После трех прекрасных дней на четвертый еще с ночи небо прохудилось. Сначала лил сильный дождь, настоящий ливень. Я слышал, когда проснулся среди ночи, как он лупит за окном по зелени во дворе, по крыше и в оконные стекла. А с утра зарядил мелкий противный дождик, во время которого и носа-то на улицу высовывать неохота. И стало так холодно, будто на дворе уже осень.

Я позвонил по телефону Светке. Она сообщила, что будет сидеть дома, и если я хочу, то могу зайти к ней в гости. Я сказал, что, может, зайду, но попозже, а может, тоже буду сидеть дома, уж больно на улице противно. Так я, собственно, и сделал.

И вот сидел я и маялся дома. Правда, не один, а с Тамерлашкой и Тимофеем. Мама тоже, конечно, была, а отец, как водится, опять куда-то уехал. От нечего делать мы смотрели телевизор. Показывали древний детектив, да еще из сельской, то есть колхозной, жизни. Он так и назывался: "Деревенский детектив". А главного героя играл старый толстый Жаров, совсем не Сталлоне и не Хауэр. И стрельбы в фильме не было, и погонь, и даже драк, но почему-то он все-таки казался мне занятным. То ли от погоды, то ли артисты хорошо играли, то ли еще от чего-то, а может, я просто люблю детективы, даже деревенские. В этом фильме кто-то у кого-то украл аккордеон, а старый участковый милиционер Анискин, которого играл Жаров, этот аккордеон и его похитителя разыскивал. И вот в один из моментов фильма этого Анискина какой-то местный, еще советский начальник спрашивает: "Так, может, ты и аккордеон нашел?" — "Может, и нашел", — отвечает Анискин. — "Так кто ж его украл?" — "Кому надо, тот и украл", — отвечает скрытный, хитрый, старый участковый.