Чары дракона - Керр Катарина - Страница 67

– Кого? О, Перрина! Да. Спасибо. И проверь, пожалуйста, чтобы он переоделся в чистую рубашку, ладно? Я сейчас сам спущусь вниз переодеться. Не забывай: теперь я – лорд Галрион, а вы с парнями – почётная стража очень важного человека. Если мы хотим вызволить лорда Родри, то должны научиться врать, как воры.

– Хорошо, лорд Галрион, – Амир поклонился ему, как следовало кланяться важному господину. – Мне послать одного из слуг заняться вашим багажом?

– Вот так и надо, парень! А если подумать, то немного помощи не помешает. Регентша нагрузила меня множеством всякого барахла и безделушек.

Среди этого барахла и безделушек имелись красивая одежда и знаки занимаемого положения: рубашка, вышитая драконами Аберуина, пара штанов в клетку рана, новый синий плащ, который застёгивался на брошь в форме кольца, с драгоценными камнями и драконами. В двух украшенных гравировкой серебряных тубусах для посланий Невин вёз письма от регентши, а в отделанном бархатом кожаном кошеле – все те монеты, что Ловиан смогла собрать для него за такое короткое время. Также имелись два небольших деревянных ящичка, в которых находились второй по качеству в Аберуине набор серебряных кубков, и самая лучшая серебряная супница – их взяли с собой в качестве подарков архонтам. Невин переоделся, повесил кошель с монетами на шею, проверил остальное и поручил все, включая свою обычную одежду и мешки с травами и медикаментами человеку, которого Амир отрядил для этой работы.

Когда Невин вернулся назад на палубу, Элейно показательно его не узнавал, и все моряки с открытыми ртами уставились на капитана, который посмел подшучивать над человеком, способным управлять ветром.

– Лорд Галрион, не так ли? – спросил Элейно и поклонился. – Ну, мой господин, мы почти у берега. Ваша почётная стража и укрощённый горностай уже собрались на корме.

– Спасибо, капитан, – Невин улыбался. – Где мы проходим таможенный контроль? Прошло довольно много времени после моего последнего визита в Сурат.

– Полагаю, что таможня едет к нам сама. Посмотрите вон туда. Разве это не они?

И действительно, то оказалась узкая маленькая галера со спущенным парусом, на вёслах сидели гребцы. На носу расположился седовласый человек с медной кожей, на одной его щеке были нарисованы два красных треугольника – знак его официального статуса в Сурате. Когда галера встала у борта «Надёжного дохода», люди Элейно сбросили вниз швартовочные концы, и, после ловкого исполнения нескольких небезопасных манёвров, галеру пришвартовали к торговому судну. Несмотря на свои седые волосы, чиновник оказался подвижным человеком, он правильно оценил расстояние и перепрыгнул с одной палубы на другую с грациозностью человека, который всю свою жизнь провёл на кораблях. Элейно поклонился, Невин поклонился, и чиновник поклонился всем.

– Судя по вашему флагу, вы из Аберуина, уважаемые господа. Как, клянусь самими Священными Звёздами, вам удалось пересечь море?

– Удача, – сказал Элейно. – И настоятельная необходимость служить гвербрету. Можем ли мы встать к причалу?

– Конечно, – чиновник прищурился и смотрел вверх на главную мачту, где на ветру трепетал флаг с серебряным и голубым драконом. – Я было подумал, когда увидел этот флаг: у меня что-то со зрением. Ну, капитан, мы всю зиму сможем наслаждаться этой историей.

Поскольку к тому времени, как корабль встал у причала, и путешественники уплатили все портовые сборы, было поздно наносить официальный визит архонту, Невин, Перрин и почётная стража отправились в великолепную гостиницу в качестве официальных гостей города Сурата. Как только Перрин, покачиваясь, сошёл с мостика на твёрдый причал, он начал оживать. Пока они добирались до гостиницы, пока их провожали в огромный номер, пленник выражал откровенную радость. По собственной инициативе он взял на себя роль камердинера Невина, отобрав багаж советника у воинов – те с готовностью расстались с ношей – и принялся раскладывать вещи по шкафам и комодам. Владелец гостиницы, неистово жестикулируя и потоком выдавая свои двадцать дэверрийских слов, которыми располагал, показал ему спальню.

– Похоже, ваш несчастный слуга очень страдал во время морского путешествия, – заметил владелец гостиницы Невину на бардекианском.

– Очень. Море ужасно в это время года.

Хозяин гостиницы колебался: он сгорал от любопытства, но был слишком опытен в своём ремесле, чтобы зазвать бестактные вопросы. Поэтому он просто сказал:

– Я пришлю вам графины с вином, лорд Галрион. А что насчёт вашей стражи? Вино на них никак не повлияет?

– Я проверю, чтобы ваша собственность никак не пострадала, уважаемый.

Владелец гостиницы поклонился так низко, что едва не коснулся рукой пальцев ног, затем поспешил прочь.

Во время вечерней трапезы в общем зале прочие постояльцы, скрывая жгучее любопытство, вежливо задавали вопросы о великолепном морском путешествии. Специально ради того, чтобы встретиться с ними, появилось и несколько местных купцов. Для города, который жил морской торговлей, путешествие лорда Галриона смахивало на легенду, на героический подвиг. К счастью, Невин мог ссылаться на своё искреннее незнание морского дела, чтобы отделаться от ненужных расспросов.

– Когда мы наняли нашего капитана, нам сказали: он – лучший в Орисинне. Очевидно, так оно и есть. Были моменты, когда я был уверен в том, что мы обречены, но он всегда нас спасал. Именно ему вы должны бы покупать вино, господа, и ему задавать вопросы.

Невин не сомневался в том, что завтра, когда Элейно спустится на берег, местные купцы именно так и поступят. Он также был уверен, что капитан корабля сумеет врать достаточно умело и убедит их, что путешествие прошло нормально, – насколько нормальным может быть такое жуткое плавание по штормовому морю.

Когда Невин вернулся в номер, он нашёл Перрина сидящим на краю обычного для гостиной возвышения. При свете масляных ламп его только что вымытые рыжие волосы блестели.

– У них тут великолепные бани. Слуга показал мне, где они. Так приятно смыть с себя вонь этого проклятого корабля, – Перрин с укором посмотрел на мастера двеомера. – Но… э-э… вы могли бы мне сказать, что мы отправляемся, черт побери, в Бардек.

– Разве я забыл сказать тебе об этом? Ну, наверное, забыл. Прости, парень. В эти дни у меня столько забот.

– Э, ну, по крайней мере, Каллин тут до меня не сможет добраться, и это все, что имеет для меня значение. – Перрин вздохнул и пустым взглядом уставился на выложенный голубыми и белыми плитками фонтан, играющий в центре комнаты. – Джилл находится на северо-востоке.

– Ты уверен в этом?

– Да. Я, это… ну… это на самом деле как зуд. – Он встал и медленно повернулся, как стрелка компаса. – Когда я стою таким образом, возникает зуд, а Амир сказал мне, что направление, в котором я смотрю, – это северо-восток.

– Да. Отлично, парень! Ты говорил в Аберуине об искуплении. Это – великолепный способ расплатиться за твои прегрешения. Если мы сможем найти Джилл без использования дальновидения, то это должно очень сильно спутать карты наших врагов.

– Врагов?

– О, я, кажется, забыл упомянуть и об этом. Наверное, старею. Понимаешь ли, боюсь, что нас и Джилл с Родри пытаются разыскать специалисты по чёрному двеомеру. Мы должны остановить их, потому что они – злобные убийцы.

Перрин посмотрел на него, собрался что-то сказать, но потерял сознание. Невин вздохнул и приказал себе с этой минуты следить за своим языком. Затем он отправился за Амиром, чтобы тот помог перенести Перрина на кровать.

Через несколько часов после полуночи, когда изменились астральные потоки, Старец отправился в свой Храм Времени и обнаружил то, чего давно ждал: статуя Невина ожила. Холодный серый каменный истукан трансформировался в образ из тёплой плоти, а когда Старец вошёл в комнату, пронзительные голубые глаза, казалось, повернулись в его сторону.

– Очень хорошо, враг мой, – произнёс Старец мысленно. – Вскоре между нами произойдёт последнее сражение. Только между тобой и мной.