Дар на веревочке (СИ) - Гордеева Евгения Александровна - Страница 46

- Когда выйдем, ополовиню, - скрипя сердцем, согласилась Делька, понимая, что отец прав. - Или, снова прикинусь парнем! - не смогла не уесть она главу семейства.

Орвид лишь ухмыльнулся, в душе отдавая должное характеру дочурки.

'Ну, она у тебя и упёртая, - вздохнул Энан, - вся в папашу!'

'Хорошая девочка…'

'Нечего меня обсуждать!' - вклинился в их разговор ехидный голос Дельки.

'Ну и ну-у-у', - жалобно простонал дух, пугаясь 'радужных' перспектив отбрёхиваться сразу и от папы и от дочки.

'И способная…' - не желая того, расцвёл в довольной улыбке Орвид.

- Идёмте уж, - вырвал их из телепатического трёпа Истома, - чего друг друга разглядываете, словно век не виделись!

- Действительно! Давай-ка, Энан, веди нас вон на ту вершину, - определился с целью Орвид.

Спасательная команда дружно скрылась в телепорте.

Проделав примерно с десяток переходов, Энан взмолился о пощаде и затребовал время на отдых и восстановление сил. Хоть и был магический фон в горах достаточный, но и нагрузку на свои способности дух получил троекратную.

'Давненько я так не трудился, - удовлетворённо сообщил Энан, - аж до дрожи!'

- Хотите, я к Вам небольшой поток силы подведу? - стесняясь, предложила Делька. - Тут их полно, только они все маленькие…

Орвид ошарашено уставился на девушку, почти физически ощущая, как 'хлопает глазами и гремит отвалившейся челюстью' Энан. Истома, сооружавший в это время себе бутерброд с ветчиной, покосился на наместника и довольно хмыкнул, вспомнив, как сам лупал глазами на сестрицу, играющуюся с потоком силы у капища. Если у него в тот момент было такое же выражение лица, то выглядел он глупым идиотом.

'Хочу, - наконец отозвался дух. - Очень… интересно'.

Делька уже научилась различать телепатические голоса Орвида и Энана, и теперь взгляд её был обращён к груди наместника, в то место, где под одеждой находился амулет, словно для неё это был другой собеседник. Хотя, так оно, по сути, и было. Она подцепила ближайший источник и поднесла его к отцу. Орвид, повинуясь её молчаливому приказу, расстегнул камзол и рубаху, открывая вросший в него амулет.

Закашлялся Истома, подавившийся бутербродом. За всё время ему лишь раз продемонстрировали магическое соединение двух сущностей, да и то тогда он был почти в невменяемом состоянии. Так что сейчас парень, впервые хорошо рассмотревший алый амулет с пульсирующей кровью, чуть не подавился. Благо, нашлось, кому постучать по спине.

- Предупреждать надо! - прокашлявшись, возмутился Том.

- Так ты же уже видел! - невозмутимо парировала Делька, деловито суетясь у амулета. - Кто же знал, что ты такой чувствительный? Хорошо? - вслух обратилась она к духу.

- Хорошо, - ответил Орвид, - почувствовав блаженство, которое сейчас ощущал Энан, напрямую из источника, получающий заряд силы. Что-то подобное он чувствовал у капища, но это был лишь жалкое подобие той феерии, которая охватила дух мага.

'Я буду тут жить…' - пьяным голосом сообщил Энан.

'Ещё чего! - возмутился его носитель. - И не мечтай!'

'Я же смогу так делать в любом месте! - поспешила заверить духа Делька. - Или, можно попробовать этот не отрывать'.

'Он же всё время пьяный будет! - не согласился с последним предложением Орвид. - Это чревато…'

'Я люблю твою дочь, Змий… Она - хоро-о-о-шая девочка. Прими мои поздравления!'

- Мне кажется, - недовольно сообщил Истома, - что вы мысленно разговариваете! А я ничего не слышу и не понимаю!

- Сейчас, сынок, - Энан вынудил Орвида уступить себе место, - я только вспомню нужное заклинание, и ты тоже будешь слышать наш разговор!

- Мысленный?!

- Мысленный!

- Упырь меня раздери… Столько чудес со мной за всю жизнь не бывало! - парень возбуждённо хлопнул себя по коленям.

- О, сынок! - патетично взвыл Энан. - Это только начало! Вот мы с тобой ещё… Э-э-э, Орвид, я ещё не поговорил с сыном! Оставь меня в покое!!! Так вот, Истомушка, - Том недовольно скривился. Не очень-то он любил, когда его так называли. Разве что, Делька, да и то, в шутку. - Я научу тебя обольщать женщин! Тебе какие больше женщины нравятся?

- Я, пожалуй, пойду, прогуляюсь, - смущённая Делька, прихватив с собой бутерброд, скрылась в кустах, оставив брата постигать науку обольщения.

- Осторожней! - два мужских голоса слились в едином призыве.

- Знаю!..

Глава 8

Я думал, хуже быть не может.

Оказалось, у меня бедная фантазия.

Внимательный взгляд проводил девушку, неспешно удаляющуюся в чащу. Лёгкая тень скользнула за ней следом, но, ни одна ветка не хрустнула под лёгкими шагами, ни одна птица не вспорхнула с дерева, потревоженная посторонним присутствием. И преследуемая, и преследователь умели быть с лесом единым целым, не нарушать покой его обитателей, не быть чуждыми природе. Ничего не подозревающая девушка нашла небольшую полянку, уселась на поваленное дерево и стала медленно жевать бутерброд, о чём-то мечтая. Преследователь некоторое время разглядывал её из-за укрытия, а потом исчез так же незаметно, как и появился. Вслед за ним метнулась птица, бесшумно разрезая воздух тёмными крыльями.

К обеду Пшота почти нагнал Микиту, но теперь ему уже не было надобности в его ответах. Он и так понял, что Милолика уехала в их имение в Шихунах.

Юная боярыня Рыльская с первого раза полюбила этот небольшой белоснежный дом на берегу озера Шихун, полюбила сам город, который был намного старше Ильвилеса, и хранил в себе древнюю, ещё доильвийскую историю, и огромное количество знаний. Одна библиотека школы механиков стоила всех библиотек столицы. А сколько древних свитков хранилось в домах местных жителей, просто не поддавалось счёту. Город мастеровых трепетно хранил заветы предков.

Особняк в Шихунах когда-то принадлежал мастеру Кулибе, самобытному механику, родоначальнику большой семьи мастеровых. Какая-то из прабабок Пшоты была из этого рода и получила его в качестве приданного. Молодой боярин любил этот загадочный, полный тайн и укромных уголков, дом. В нем всё дышало уютом и безопасностью. И Милолика в этом доме всегда была счастлива, словно ребёнок.

Пшота невесело усмехнулся, поняв причину счастья супруги. В Шихунах он ни разу не изменил ей. Но это была не его заслуга. Просто в этом древнем городе жители свято чтили семейный уклад. Жёны уважали своих мужей, мужья заботились о благе своей семьи. Там он не пытался соблазнить чью-нибудь жену, так как даже вдовы вели себя излишне целомудренно и не реагировали на знаки внимания со стороны мужчины. Возможно, если бы сам Пшота не был женат…

И вот теперь Милолика решила уединиться в этом месте, дожидаясь решения князя о разводе. А то, что Добромир подпишет её прошение, Пшота не сомневался ни секунды. Князь слишком благоволил ей, чтобы отказывать в таком деле.

Микита, заметив погоню, попытался увеличить дистанцию, но скакун боярина был значительно резвее и выносливее. Поняв, что оторваться от Пшоты не удаётся, мужчина остановил своего коня, поджидая боярина и решая: применять физическую силу или пытаться как-то договориться? Он прекрасно знал, что Рыльский больше его слушать не будет, но Микита не мог допустить, чтобы Пшота опять причинил его несравненной хозяйке страдания и неприятности.

- Сударь, Вы напрасно поехали за мной! - выкрикнул он несшемуся прямо на него всаднику.

Пшота осадил коня и с интересом посмотрел на Микиту. Ему никогда раньше не приходило в голову, что кроме сословного различия он практически ничем не отличается от того же самого Микиты. Да, он хозяин, и может повелевать слугами, а Микита - слуга, соответственно, должен ему подчиняться. Но грань между хозяином и слугой прочна в городе, а не в безлюдной местности, и не при таких запутанных обстоятельствах. И сейчас здесь, на пустынном тракте он лицом к лицу встретился со своим, практически врагом, который готов принять смерть, но не отступить от задуманного. Эта мысль его почему-то развеселила. Он усмехнулся и, не говоря ни слова, пришпорил коня, оставляя своего противника в недоумении. А пусть думает что хочет! Главным было настигнуть караван механиков, в котором, по его предположению, и должна была ехать Милолика. А всё остальное было неважно… Главное, успеть!