Терновый Король - Киз Грегори - Страница 125

– Так.

– Гораздо лучше иметь в подчинении тех, кто вас любит.

– Да, но все равно, вряд ли я понравлюсь всем. Дело в том, что я не благородного происхождения, и многие считают это для себя оскорбительным.

– А многие так не считают. Воинов скрепляют такие узы, с которыми не могут сравниться никакие титулы и ранги. Но эти узы вам еще предстоит создать.

Нейл поджал губы.

– Меня достаточно любили в Лире, если говорить вашими словами, – сказал он. – Я сражался плечом к плечу с лордами и называл их братьями. Но сейчас я не в Лире.

– Вы заработали там себе авторитет, – заметил Варгус. – А теперь должны это сделать здесь.

– Для меня это очень трудно, – признался Нейл. – Трудно заработать авторитет не в бою.

– Здесь ведутся всякого рода битвы, сэр Нейл. Особенно при дворе.

– Но я очень далек от подобного ремесла.

– Вы еще молоды. Со временем научитесь. У вас все впереди.

Нейл понимающе кивнул.

– Спасибо, сэр Варгус, – искренне поблагодарил он. – Я приму к сведению ваш совет.

Гленчест, как оказалось, походил больше не на замок, а на обнесенный стеной городок развлечений с заостренными башенками – красивыми, но совершенно не пригодными для защиты. Крепостная стена была достаточно высока, чтобы не позволить разбежаться людям и козам, но не стала бы серьезным препятствием для осаждающей армии. Через забавного вида ворота, представлявшие собой кованую решетку с узором в виде певчих птиц, сидящих в цветущей виноградной лозе, виднелся раскинувшийся внутри парк с живой изгородью, фонтанами и прудами. За деревьями Нейл приметил блестящую медную крышу величественного дома, которая весьма смахивала на перевернутую вверх дном лодку.

Замок стоял на небольшой возвышенности, а расположенный внизу городок производил впечатление чистого, аккуратного и очень маленького селения, недавно выстроенного для того, чтобы обслуживать Гленчест. Местные жители с интересом глазели на движущуюся к замку королевскую процессию.

Когда та достаточно приблизилась, от соглядатаев отделились четыре девочки, которые, весело пританцовывая, устремились к всадникам. При этом Нейл схватился рукой за меч.

– Уберите руку от оружия, сэр Нейл, – шепнула ему Фастия. – Деревенские девушки не представляют собой никакой опасности.

Те в свою очередь, казалось, не обратили никакого внимания на настороженность Нейла. Они подошли к его коню и, хихикая почти так же, как служанки принцесс, устремили на молодого рыцаря горящие глаза.

– Сэр рыцарь, – обратилась к нему старшая, девушка с темными волосами, которой с виду можно было дать тринадцать. – Не могли бы вы нам подарить что-нибудь на память?

– Что значит на память? – смущенный Нейл в недоумении уставился на них.

– Для моего сундука с приданым, – скромно произнесла девочка, опустив глаза.

– Ну, давайте же, сэр Нейл, – весело подстегнул его Варгус. – Подарите что-нибудь девочке.

Нейл замешкал, ощущая, как кровь прилила к его лицу, но потом вспомнил совет старого рыцаря.

– Я не… – Он запнулся на полуслове, и его замешательство развеселило едущую рядом Элсени.

– Эй, послушайте, – чтобы поправить положение, произнес Варгус. – Я тоже рыцарь, правда, не такой молодой и симпатичный, как он. Может, возьмете подарок от меня?

– Да, да! – закричала одна из девочек, вмиг переключив свое внимание на Варгуса.

Широко улыбнувшись, старый рыцарь достал нож и отрезал прядь своих курчавых волос.

– Это вам, мисс, – произнес он.

– Спасибо, сэр, – радостно ответила та и, схватив полученный приз, убежала.

– Здесь такой обычай, – пояснила Фастия. – Они загадывают на локоне желание, а потом молятся святой Эррен, чтобы та послала им любовь такого благородного кавалера, как вы.

– О, – выдохнул Нейл, глядя на стоявших рядом с ним и вожделевших подарка девочек, – пожалуй, вы правы. Не вижу в этом обычае ничего дурного.

Потом достал свой нож, отрезал прядь волос и передал одной из них. Та, засияв от гордости, скромно поклонилась и убежала. За ней бросились остальные девочки, требуя доли от полученного ею приза. Элсени, наблюдавшая за этой сценой, захлопала в ладоши, а Одра и Мэр, казалось, были чем-то недовольны.

– Как я уже сказал, – произнес сэр Джеймс, – этот молодой человек имеет успех у девушек.

Краем глаза Нейл заметил какое-то движение впереди процессии и, к своему огорчению, понял, что, пока его внимание занимали деревенские девушки, он упустил прибытие важных персон.

Они появились из ворот. Пажи, одетые в желтые и оранжевые рейтузы, пехотинцы в кольчугах, выглядевших так, словно были сделаны из чистого серебра, рыцари в причудливых, украшенных цветами доспехах и надетых поверх них красно-голубых накидках, отороченных золотой тесьмой. Посреди процессии несли паланкин, покрытый шелковым навесом, в котором восседала дама в переливающемся золотом парчовом платье цвета сочной лесной зелени, слегка декорированном цветами. Ее одеяние со всех сторон водопадом низвергалось вниз. У платья было слишком рискованное декольте и чрезвычайно высоко поднятый лиф. Казалось, стоит даме пошевелиться, как та небольшая часть ее грудей, которая была спрятана под лифом, выскочит наружу.

Лицо дамы с первого взгляда казалось самым обыкновенным – благородный овал, острый нос и тонкие губы. Но озорно блестящие лазурные глаза и ярко накрашенные красные губы, всегда готовые расплыться в улыбке, придавали ей своеобразную красоту. Светло-каштановые волосы были украшены серебряной диадемой.

– Моя тетя Элионор, сестра отца и герцогиня Лойса, – шепотом представила ее Нейлу принцесса Фастия, а потом, наклонившись к нему, добавила: – Моя тетушка – вдова и враг благочестия. Поэтому держите ухо востро, особенно если окажетесь с ней наедине.

Нейл кивнул, про себя заметив, что Элионор была ничуть не похожа на своего брата, короля.

– Мюриель, моя дорогая, – воскликнула герцогиня, когда они подошли ближе. – Какое несчастье, что тебе пришлось приехать сейчас! Я совсем не готова принимать гостей. Несколько дней назад мне пришлось отлучиться в деревню, и я даже не успела привести все в должный порядок. Надеюсь, вы простите мне сей тусклый прием. К сожалению, это лучшее, что удалось подготовить за такой короткий срок, но я не могла не выйти поприветствовать вас.

Пока она произносила свою речь, пажи усыпали дорогу лилиями, а остальные провожатые разливали в кубки вино и, взяв за узды лошадей, предлагали его прибывшим гостям.

– Прием, как всегда, великолепный, – взяв предложенный ей кубок, произнесла королева. – Рада тебя видеть, Элионор.

Герцогиня застенчиво отвела глаза.

– Ты всегда так добра ко мне, Мюриель. Пожалуйста, спешивайтесь с этих потных тварей, – обращаясь ко всем, сказала она. – Большинство из вас могут разместиться на сидячих местах, а гвардейцы прогуляются пешком. – И она указала рукой на четыре паланкина, немного меньших по величине, чем тот, в котором ехала она.

– Элсени, какой красавицей ты стала! – продолжала она, когда гости спешились. – А, Фастия! Да у тебя вновь появился румянец на щеках. Уж не воспользовалась ли ты моим советом и не завела ли любовника?

Фастия издала звук, похожий на икоту, а ее тетушка почему-то тотчас обратила взор на Нейла.

– Ага, – сказала она. – Отличный выбор.

– Ничего подобного, тетя Элионор, – сказала Фастия, – и вам бы следовало это знать.

– Неужели? Очень жаль. Тогда, насколько я понимаю, этого симпатичного молодого человека ты держишь просто для развлечения.

– Это сэр Нейл МекВрен, капитан королевской гвардии, – представила его Мюриель.

– Как странно. Я могла бы поклясться, что он охраняет Фастию, а не королеву. Хотя, впрочем, это еще ничего не значит.

Нейл почувствовал себя виноватым, потому что и впрямь был ближе к Фастии, чем к ее матери.

– Тетя Элионор, у вас нет никакого стыда, – не без укора в голосе сказала Фастия.

– Зато я никогда и не утверждала обратного, моя дорогая. А теперь дайте же мне вас расцеловать. И давайте поскорее уйдем с этого нещадного солнцепека.