Пиратские широты - Крайтон Майкл - Страница 55

Губернаторский особняк был построен из массивного кирпича — настоящая крепость, возведенная в северной части Порт-Ройяла. В цокольном этаже особняка и пребывал под усиленной охраной сэр Джеймс Элмонт, лежащий в лихорадке. Леди Сара Элмонт положила ему на горячий лоб полотенце, смоченное холодной водой, и дыхание больного сделалось легче.

Тут в комнату вошел мистер Хэклетт вместе с женой.

— Сэр Джеймс!

Элмонт взглянул на своего помощника тусклыми от лихорадки глазами.

— Что такое?

— Мы судили капитана Хантера. В пятницу его повесят за пиратство.

При этих словах леди Сара отвела взгляд, на глаза ее навернулись слезы.

— Вы одобряете приговор, сэр Джеймс?

— Делайте так, как считаете нужным, — тяжело дыша, отозвался губернатор.

— Благодарю вас, сэр Джеймс! — произнес Хэклетт, засмеялся, развернулся и покинул комнату.

Дверь за ним громко хлопнула. Сэр Джеймс тут же оживился и сердито посмотрел на Сару.

— Сними эту чертову тряпку с моей головы, женщина. Надо заняться делом.

— Но, дядя…

— Черт подери, ты что, ничего не соображаешь? Я все эти годы сидел в этой богом забытой колонии, финансировал каперские экспедиции — и все ради того момента, когда кто-то из моих буканьеров приведет сюда испанский галеон, набитый сокровищами! Наконец-то это случилось. Но неужто ты не понимаешь, чем все закончится?

— Нет, дядя.

— Десятая часть отойдет Карлу, — пояснил Элмонт. — А оставшиеся девяносто процентов будут поделены между Хэклеттом и Скоттом. Попомни мои слова.

— Но они известили меня.

— К черту их извещения. Я знаю правду! Я четыре года ждал этого момента и не позволю, чтобы меня одурачили. Равно как и прочих добрых жителей этого города, свободного от всяких излишеств. Я не позволю, чтобы меня облапошили какой-то прыщавый ханжа и пижон в военном мундире. Хантера необходимо освободить.

— Но как? — спросила леди Сара. — Его казнят через два дня.

— Никто не станет вешать этого морского пса. Я тебе обещаю, — промолвил сэр Джеймс. — Весь город на его стороне.

— Отчего?

— Да оттого, что если он вернется домой, то ему придется заплатить долги, причем не скупясь, с процентами. Мне и другим. Все, что требуется, — это освободить его.

— Но как? — спросила леди Сара.

— Спроси Ричардса, — ответил Элмонт.

Тут из темноты, скрывающей дальнюю часть комнаты, донеслось:

— Я спрошу Ричардса.

Леди Сара стремительно развернулась и увидела Эмили Хэклетт.

— Я хочу расплатиться по счетам, — объяснила та и вышла.

Когда они остались одни, леди Сара спросила у дяди:

— Этого хватит?

Сэр Джеймс Элмонт коротко рассмеялся.

— Еще как хватит, дорогая, — отозвался он. — Более чем, — и рассмеялся снова. — Еще до рассвета в Порт-Ройяле прольется кровь, попомни мое слово.

— Я с радостью вам помогу, миледи, — заверил Ричардс.

Верный слуга давно уже мучился от несправедливости, из-за которой его хозяин оказался под стражей.

— Кто может войти в Маршалси? — спросила миссис Хэклетт.

Она видела это здание снаружи, но, конечно же, никогда его не посещала. Это было просто немыслимо. Чувствуя преступность замысла мужа, знатная дама фыркнула и отвернулась.

— Вы можете войти в тюрьму?

— Нет, мадам, — отозвался Ричардс. — Ваш супруг поставил там свою доверенную стражу. Если они увидят меня, то сразу преградят путь.

— Тогда кто может?

— Женщина, — ответил Ричардс.

Еду и вещи первой необходимости заключенным приносили друзья и родственники. Так было принято.

— Какая женщина? Она должна быть умной и уклониться от обыска.

— Мне в голову приходит только одна особа, — сказал Ричардс. — Госпожа Шарп.

Миссис Хэклетт кивнула. Она помнила госпожу Шарп, одну из тридцати семи ссыльных женщин, с которыми они месяц назад плыли на «Годспиде». С тех пор госпожа Шарп успела сделаться самой популярной куртизанкой в Порт-Ройяле.

— Займитесь этим без промедления, — велела миссис Хэклетт.

— И что мне ей пообещать?

— Скажите, что капитан Хантер щедро вознаградит ее. Я уверена, что именно так он и поступит.

Ричардс кивнул, потом заколебался и спросил:

— Мадам, я надеюсь, вы осознаете, каковы будут последствия освобождения капитана Хантера?

— Я не просто осознаю их. Я этого жажду, — отозвалась женщина с такой холодностью, что у Ричардса мурашки побежали по спине.

— Хорошо, мадам, — откликнулся он и исчез в ночи.

В темноте черепахи всплывали на поверхность и щелкали клювами. Миссис Шарп, поигрывая подолом, рассмеялась и увернулась от стражника, гладившего ее грудь. Она послала ему воздушный поцелуй и зашагала дальше сквозь тень под высокой стеной Маршалси. В руках у нее был глиняный горшок с тушеной черепашатиной. Другой стражник провел ее к камере Хантера.

Этот тип пребывал в подпитии и был угрюм. Он вставил ключ в замок и остановился.

— Чего вы ждете? — спросила девушка.

— Какой замок откроется, если не приналечь как следует? — спросил стражник, плотоядно поглядывая на нее.

— Тот, который хорошо смазали, — не менее плотоядно отозвалась госпожа Шарп.

— Да, леди, и тот, к которому подобрали правильный ключ.

— Уверена, что ключ у вас правильный, — заметила девушка. — Что же касается замка, то с этим придется подождать до подходящего момента. Дайте мне поговорить несколько минут с этим голодным псом, а потом мы сможем открыть замок так, что вы этого до конца жизни не забудете.

Стражник хохотнул и открыл дверь. Девушка вошла. Стражник запер за ней дверь и остался стоять рядом.

— Позвольте мне недолго остаться наедине с этим человеком, — попросила госпожа Шарп. — Проявите вежливость.

— Не дозволено.

— А кто узнает? — поинтересовалась девушка и выразительно облизала губы, глядя на стражника.

Он ухмыльнулся в ответ и ушел.

Едва стражник удалился, она поставила горшок с едой на пол и развернулась лицом к Хантеру. Капитан не узнал ее, но он был голоден, а тушеная черепашатина вкусно пахла.

— Вы очень добры, — пробормотал Чарльз.

— Вы даже не представляете насколько, — отозвалась девушка и быстрым движением задрала подол до самого пояса.

Жест этот был потрясающе бесстыдным, но то, что он открыл, потрясало еще больше. К икрам и бедрам девушки был пристегнут целый арсенал — два ножа и пара пистолетов.

— Про меня поговаривают, будто мои тайные места опасны, — произнесла госпожа Шарп. — Теперь вы знаете, почему это так.

Хантер быстро снял с нее оружие и засунул себе за пояс.

— На сколько же я могу рассчитывать? — поинтересовалась она.

— На сотню, — отозвался Чарльз. — Даю слово.

Девушка оглянулась в ту сторону, куда ушел стражник.

— Я напомню вам ваше слово при случае, — сказала она. — Ну а пока что, может, вы меня изнасилуете?

— Думаю, так будет лучше всего, — согласился Хантер и повалил девушку на пол.

Она принялась вопить и визжать, и на шум примчался стражник.

Он мгновенно уловил суть сцены, поспешно отпер дверь, влетел в камеру и прорычал:

— Ах ты чертов пират!

Тут нож Хантера погрузился в его шею. Стражник зашатался, отступил, ухватился за лезвие, торчащее у него из-под подбородка, вырвал нож, и кровь ударила фонтаном. Потом он рухнул на пол и умер.

— Скорее, леди, — попросил Хантер, помогая Энни Шарп подняться на ноги.

В тюрьме стояла тишина. Все заключенные Маршалси слышали поднятый шум и хранили полное молчание. Капитан прошел по коридору, отпирая двери камер, потом отдал ключи тем, кто уже вышел, и отправил их завершить дело.

— Сколько стражников на воротах? — спросил он у Энни Шарп.

— Я видела четверых, — ответила она. — И еще дюжину на опорном пункте.

Это создавало сложности для Хантера. Стражники были англичанами, и у него душа не лежала убивать их.

— Придется схитрить, — сказал он. — Позовите начальника.