Пиратские широты - Крайтон Майкл - Страница 56

Девушка кивнула и вышла во внутренний двор. Чарльз остался ждать ее в тени.

Хантер не удивлялся самообладанию этой женщины, только что оказавшейся свидетельницей жестокого убийства. Он не привык к дамам, которые чуть что — и падали в обморок, как это было в моде при французском и испанском дворах. Англичанки не отличались склонностью к сентиментальности и в некоторых отношениях были жестче любого мужчины, причем это относилось как к простолюдинкам, так и к женщинам из знатных семейств.

Начальник Маршалси вышел к Энни Шарп и в последнее мгновение заметил ствол пистолета Хантера, торчащий из тени.

Капитан жестом велел ему подойти.

— А теперь слушай, — приказал он. — Ты можешь велеть своим людям сойти вниз и положить мушкеты наземь. Тогда все останутся в живых. Или же ты можешь настоять на драке. Тогда все умрут.

— Я ждал вашего побега, сэр, — отозвался начальник стражи. — Надеюсь, вы меня не забудете впоследствии.

— Посмотрим, — отозвался Хантер, не желая ничего обещать.

— Коммандер Скотт завтра лично примет меры, — официальным тоном заявил начальник стражи.

— Коммандер Скотт не доживет до завтра, — возразил Чарльз. — А теперь выбирайте.

— Я надеюсь, вы не забудете.

— Я могу не забыть, что вам не следует перерезать глотку, — отозвался капитан.

Начальник стражи приказал своим людям спуститься, и Хантер лично проследил, чтобы их заперли в камерах Маршалси.

Миссис Хэклетт выдала инструкции Ричардсу и вернулась к супругу. Он сидел в библиотеке, выпивал после ужина в обществе коммандера Скотта. Их обоих за последнее время очаровал винный погреб губернатора, и теперь они поглощали его содержимое, пользуясь болезнью хозяина.

В данный момент оба были безоглядно поглощены выпивкой.

— Дорогая, — заявил мистер Хэклетт, когда его супруга вошла в комнату, — вы пришли как нельзя более вовремя.

— В самом деле?

— В самом деле, — подтвердил Роберт Хэклетт. — Потому что я именно сейчас излагал коммандеру Скотту, каким образом вы понесли ребенка от этого пирата, Хантера. Вы, конечно же, понимаете, что вскоре он повиснет в петле и будет болтаться на ветру, пока от него не останется один скелет. Насколько я слыхал, в здешнем мерзком климате это случается быстро. Я уверен, что вы понимаете толк в быстроте, а? Кстати, если уж говорить о вашем соблазнении, то коммандер Скотт прежде не был знаком с подробностями этого происшествия. Я его просветил.

Миссис Хэклетт густо покраснела.

— Такая скромница! — заметил муж, в голосе которого появились угрожающие нотки. — Никому бы и в голову не пришло, что перед ним обычная шлюха. Однако же только это она из себя и представляет. Как вы думаете, сколько стоит ее благосклонность?

Коммандер Скотт понюхал надушенный платочек.

— Могу я позволить себе откровенность?

— Конечно, что за вопрос? Говорите, говорите!

— На вкус нормального мужчины она слишком тощая.

— Однако же его величество не отказался полакомиться.

— Возможно, но это уже выходит за пределы обычного, не так ли? Наш король предпочитает страстных иноземных женщин.

— Ладно, — раздраженно перебил его Хэклетт. — Ну, так сколько она стоит?

— Я бы сказал, что ее цена не превышает… ну, если учесть, что она отведала королевского копья, то, может, и побольше… но в любом случае не выше сотни реалов.

Миссис Хэклетт, вся багровая, развернулась, собираясь уйти.

— Я не намерена больше терпеть это!

— Напротив, — возразил ее супруг, вскочил с кресла и преградил ей путь. — Вы заключите новую сделку. Коммандер Скотт, вы — джентльмен с большим житейским опытом. Вы заплатили бы сотню реалов?

Скотт сделал слишком большой глоток и закашлялся.

— Я — нет, сэр, — ответил он.

Хэклетт схватил жену за руку.

— А какая цена устроила бы вас?

— Пятьдесят реалов.

— Договорились! — воскликнул Хэклетт.

— Роберт! — возмутилась его жена. — Боже милостивый!

Роберт Хэклетт ударил жену по лицу с такой силой, что она отлетела в другой конец комнаты и рухнула в кресло.

— Итак, коммандер, — обратился к собутыльнику Хэклетт, — вы — человек слова. Я готов поверить вам в кредит в этом вопросе.

Скотт оторвал взгляд от своего кубка.

— Что?

— Я сказал, что готов в этом вопросе поверить вам в кредит. Деньги потом.

— Э-э? Вы имеете в виду… э-э… — Он указал на миссис Хэклетт.

Глаза женщины округлились от ужаса.

— Именно это я и имею в виду, причем не откладывая.

— Здесь? Сейчас?

— Совершенно верно, коммандер. — Мертвецки пьяный Хэклетт, пошатываясь, пересек комнату и хлопнул военного по плечу. — А я буду наблюдать, развлечения ради.

— Нет! — пронзительно вскрикнула миссис Хэклетт.

Мужчины словно бы не услышали ее крика, хоть он и был громким. Они пьяно уставились друг на друга.

— Честно говоря, я не уверен, что это благоразумно, — сказал Скотт.

— Чепуха! — возразил Хэклетт. — Вы — джентльмен с репутацией, которую надо поддерживать. В конце концов, эта женщина достойна короля, ну, по крайней мере когда-то она была таковой. Давай, приятель.

— Черт подери! — воскликнул коммандер Скотт и поднялся, хотя на ногах держался нетвердо. — Черт подери, сэр, я это сделаю! Что достаточно хорошо для короля, то вполне подойдет и для меня. Я это сделаю.

Он принялся расстегивать брюки.

Коммандер Скотт был до крайности пьян, и справиться с застежкой ему оказалось нелегко. Миссис Хэклетт принялась кричать. Муж прошел через библиотеку, снова ударил ее по лицу и рассек ей губу. По подбородку женщины побежала струйка крови.

— Пиратской или королевской шлюхе важничать не положено. Наслаждайтесь, коммандер.

И Скотт двинулся к женщине.

— Помоги мне, — прошептал губернатор Элмонт племяннице.

— Но, дядя, как?

— Убей охранника, — заявил он и вручил ей пистолет.

Леди Сара Элмонт взяла его и ощутила непривычную форму оружия.

— Вот так взводишь курок, — объяснил Элмонт, показывая, как это делается. — Теперь осторожно! Подходишь к двери, просишь разрешения выйти и стреляешь.

— Как это?

— Прямо ему в лицо. Не промахнись, дорогая.

— Но, дядя…

Губернатор смерил ее свирепым взглядом.

— Я — больной человек, — произнес он. — Так что помоги мне.

Девушка сделала несколько шагов по направлению к двери.

— Прямо ему в горло, — с долей удовольствия подсказал ей Элмонт. — Он это заслужил, вероломный пес.

Леди Сара постучала в дверь.

— Что такое, мисс? — спросил охранник.

— Откройте, — попросила она. — Я хочу выйти.

Послышалось царапанье, потом щелчок, и замок повернулся. Дверь отворилась. Леди Сара увидела охранника, молодого человека лет девятнадцати, со свежим и невинным лицом, на котором читалось удивление.

— Что угодно вашей светлости?

Леди Сара выстрелила ему в рот. Сила выстрела толкнула ей руку, а охранника швырнула назад, как будто его ударили в лицо. Он согнулся и осел на пол, а потом перевернулся на спину. Девушка с ужасом увидела, что у него больше нет лица — лишь кровавое месиво на его месте. Бедняга еще несколько минут бился в судорогах. По штанине потекла моча, и леди Сара почувствовала запах экскрементов. Затем тело застыло.

— Помоги мне встать, — проворчал ее дядя, губернатор Ямайки, и с трудом сел на кровати.

Хантер собрал своих людей к северу от Порт-Ройяла, неподалеку от самого большого острова. Ближайшая проблема, стоявшая перед ним, носила чисто политический характер — как отменить вынесенный ему приговор. С практической же точки зрения вышло так, что стоило ему бежать, и горожане тут же собрались под его руку.

Не менее практический характер носил и вопрос о том, как он отреагирует на несправедливое обращение, ибо на кону стояла репутация Хантера среди жителей города.

Чарльз мысленно просмотрел список, состоящий из восьми имен: Хэклетт, Скотт, судья адмиралтейства Льюишэм, торговцы Фостер и Пуэрмен, лейтенант Додсон, капитан торгового судна Джеймс Фипс и Сансон, последний по очередности, но отнюдь не по важности.