Дом у озера - Виггз Сьюзен - Страница 29

Но и тогда ему не было так худо, как сейчас, когда он видел себя на обложке желтого журнала.

Джей Ди вздрогнул, услышав шаги на крыльце. Кэлли.

Он торопливо сунул журнал в плиту. Летом ее не топили — ночи стояли теплые, — но Джей Ди уже знал, что разведет огонь вечером.

— Кэлли? Спасибо, что пришла.

— Мне не в тягость, а лишних денег не бывает.

Гордая девушка. И со своими секретами. Джей Ди надеялся, что когда-нибудь, со временем, она, может быть, и поделится ими. Пока еще он не знал, в чем дело, но чувствовал — что-то не так. Похоже, у них было кое-что общее.

— Как ты себя чувствуешь?

— Как — что? — Девушка убрала за ухо волосы и растерянно посмотрела на него.

— Я хотел сказать… э-э… как дела? — исправился Джей Ди.

— В порядке. Готова приступить.

Он уже думал, что, может быть, зря предложил Кэлли работу. Убирать в доме совсем не трудно, тем более человеку, запрограммированному армией на поддержание чистоты. С другой стороны, хотелось ей помочь. Сегодня Кэлли вовсе не походила на нормального, здорового подростка, была вялой и апатичной, а темные пятна на коже подозрительно напоминали acanthosisnigricans,или, проще говоря, дерматоз. Спросить напрямик Джей Ди опасался — девушка могла посчитать, что он сует нос куда не следует, и просто-напросто убежать. Рассчитывать что она доверится ему и все расскажет, не приходилось. Уж если не призналась Кейт…

Он показал, где что находится, в том числе продукты и напитки, и предложил брать перерыв в любое время по ее усмотрению.

Кэлли посмотрела на него с некоторым недоверием:

— Вы… ну, из тех, что повернуты на чистоте, или как?

— Или как.

— А радио можно слушать? — спросила она, засовывая в рот пластинку жевательной резинки.

— Конечно. У меня и компакт-диски есть.

Кэлли сразу же оживилась:

— Что-нибудь приличное?

— Это зависит от того, что тебе нравится. — Он кивком указал на полку.

— Так… «Игглз». Лучшее». Не очень…

— Посмотри еще.

— О! «Мазерс оф Инвеншн». — Она открыла коробку и вытащила диск. — Это уже лучше. — Элтон Джон был забракован вместе с «Грейтфул Дед» и «Куин», но зато в число избранных попали «Карз», «Токинг Хедс» и Эрик Клэптон.

— Любопытные у тебя предпочтения, — заметил Джей Ди.

— Всю жизнь любила музыку. И память у меня хорошая — услышу вещь хоть раз, уже не забуду. Моя мечта — быть диджеем. Им ведь можно играть все, что нравится.

— А ты никогда не думала заняться этим всерьез? Сделать так, чтобы мечта стала работой? — Вспомнив кое о чем, он бросил взгляд на полку над письменным столом. Университетский каталог все еще стоял там нетронутый.

— Думала, конечно. — Кэлли достала из-под раковины бутылку «Уиндекса». — Да только шансов у меня маловато. Образования не хватает. Постоянного адреса нет. Даже свидетельства о рождении.

— Чем будешь заниматься, когда лето кончится?

— Постараюсь найти жилье. Работу какую-нибудь. Пусть диплома у меня и нет, но голова-то имеется.

— А как насчет мечты?

Пузырь из жвачки громко лопнул.

— Мечта — она и есть мечта. Она потому так и называется, что ненастоящая.

— По-моему, ты вполне могла бы стать диджеем. Это не так уж нереально.

Она покачала головой.

Вполне разумная девчушка, принимая во внимание все обстоятельства. Даже Кейт удивилась, что ребенок, перенесший такое, вырос нормальным. Джей Ди хорошо ее понимал. Когда жизнь в доме превращается в кошмар, нужно сильно постараться, чтобы остаться нормальным.

Уж он-то знал. Еще до того, как пойти в первый класс, где каждого ребенка просили рассказать о себе и родителях, Джей Ди понял, что лучше всего придумать вымышленную семью вместо настоящей, чтобы люди не спрашивали, почему его мать никогда не бывает на школьных спектаклях и не посещает заседания родительского комитета. Учителям и одноклассникам он говорил, что отец работает дипломатом за границей, а мать занимается в вечерней школе — учится на лингвиста. В шесть лет он еще не представлял, что такое «лингвист» и «дипломатическая служба», но уже пользовался этими понятиями, как и другими знаниями, почерпнутыми из единственного источника информации — телевизора.

Наблюдая за другими семьями по телевизору, он накладывал их жизнь на свою. В его придуманной семье все заботились друг о друге, как Хакстеблсы, были сообразительны, как герои «Семейных уз», обладали чувством юмора, как персонажи «Растущей боли». Эти бесконечные программы научили вещам, которые и в голову не приходили его матери, — он усвоил такие ценности, как верность и сострадание. Целительная сила детского воображения стала главным инструментом в его арсенале. Она да еще пожарное депо, располагавшаяся в квартале от дома.

У большинства детей есть отец или отчим, Джей Ди рос при пожарной части, где всегда было полно мужчин. Он ни о чем их не просил, но ему помогали все. Потом, обнаружив неподалеку станцию скорой помощи, стал больше времени проводить там. Там ел, там получал совет и поддержку, каких не находил дома.

Позднее, став парамедиком, он многое понял. В этой профессии у человека развивается особое чувство к людям. Похожее на его чувство к Кэлли Ивэнс. Теперь он понимал, что в доме Кейт Ливингстон девушка обрела, возможно, ту стабильность и нашла то сочувствие, которых не знала всю свою жизнь.

Кейт… Он едва знал ее, но видел — она настоящая. От нее веяло теплом и надежностью, любовью и щедростью, как от матерей в телесериалах, как от той женщины, которую он придумал вместо настоящей матери и о которой рассказывал на уроках. Даже в мокрой старой рубашке она выглядела как модель на подиуме.

В этот день Джей Ди собирался поработать с лодкой. О существовании ялика он знал давно — Сэм упоминал о нем каждый раз, когда рассказывал об их летнем доме, и даже показывал фотографии. История его стала частью мифологии озера. Сэм чуть ли не умолял Джей Ди спустить ялик на воду.

Интересно, когда он последний раз видел эту семейную реликвию. Дерево высохло, лак сошел практически весь. Корпус напоминал горку хвороста — поломанные шпангоуты, прогнившая насквозь обшивка, осыпавшаяся пылью эпоксидная смола. Поскольку его познания области кораблестроения исчерпывались самыми общими представлениями, Джей Ди запасся книгами, руководствами, справочниками и планами, а в первую очередь решимостью довести дело до конца. Необходимые инструменты и материалы нашлись в доме, остальное он купил в городе. Работа требовала прежде всего хирургической точности и неукоснительного следования правилам. Ему это нравилось. Использование железных гвоздей не допускалось — годились только деревянные, из виргинской хурмы или черешни. Все перекрытия и пазы полагалось прокладывать водостойким герметиком. Сам не зная почему, Джей Ди чувствовал, что просто обязан сделать это: починить сломанные части, сгладить шрамы, вернуть суденышко к той жизни, для которой оно и создавалось. Понятная, соизмеримая с человеческими возможностями задача, конкретные, видимые результаты — такой проект был ему по вкусу. Речь не шла о жизни и смерти. И перед ним не было хрипящего или орущего от боли пациента. Никто не умрет, и сам он не сделает ничего такого, чего нельзя было бы исправить.

Корпус уже лежал перед ним на пильных козлах. Пора приниматься за дело: зачищать, шлифовать, конопатить — возвращать больного к жизни. Скоб понадобилось больше, чем хирургу зажимов. Стоявшая поблизости мусорная корзина быстро заполнялась щепами и опилками, в воздухе запахло кедром и хвоей. Из дома доносилась музыка. Кэлли нашла альбом «Джетро Талл». Поглядывая в сторону дома, Джей Ди видел иногда мелькавшую в окне девушку.

Джей Ди потерял счет времени, а солнце потихоньку прокладывало путь по небу, и озеро вспыхивало и поблескивало в его лучах. Стайка диких уток сорвалась с тихой глади и, роняя капли воды, устремилась ввысь. Из динамиков ударил знакомый ритм. «Тупой как пробка». По защищенному маской лицу струился пот. Мелкая древесная пыль оседала на влажные руки. Слушая музыку, Джей Ди вдруг почувствовал, как в груди словно шевельнулось что-то. Какое-то неясное, полузабытое чувство. Он узнал его не сразу, но все же узнал. Впервые с прошлого Рождества он был счастлив. Счастлив не вообще, а именно сейчас. Нехитрая физическая работа любимая музыка, жаркие пальцы солнца на спине — они вернули что-то такое, чего Джей Ди не чувствовал давным-давно, о чем успел позабыть.