Город стекла - Клэр Кассандра - Страница 55

У дверей что-то мелькнуло. Если бы не полная луна, Люк и не заметил бы, не узнал того, кто проскользнул мимо входа. Не разыгралось ли воображение? Порой, когда Люк очень уставал, в игре света и тени мерещилась Джослин.

Откуда ей тут взяться?

Люк поднялся на ноги.

— Пойду подышу. Скоро вернусь, — сказал он и двинулся к дверям, спиной чувствуя взгляды собравшихся, даже Аматис.

Сеньор Монтеверде зашептал на ухо жене, и в потоке слов Люк уловил lobo,«волк» по-португальски. Небось решили, что Люк идет нарезать круги по площади и выть на луну.

Воздух на улице был свеж и прохладен. Небо отливало серым, как листовое железо. На востоке алела полоска рассвета, окрасившая ступени крыльца бледно-розовым. На ступенях Люка дожидался Джейс. Его белый траурный наряд, словно пощечина, напомнил о потерях — уже понесенных и тех, которые еще предстоит понести.

Люк остановился за несколько ступеней до Джейса:

— Зачем пришел, Джонатан?

Джейс не ответил, и Люк мысленно проклял себя за забывчивость. Джейс страшно не любил, когда его называют полным именем, и обычно отвечал очень резко. В этот раз полное имя, похоже, не резало Джейсу слух. Его лицо было ничуть не менее мрачным, чем лица взрослых в Зале. И хотя, по закону Конклава, Джейса только через год признают совершеннолетним, он уже хлебнул столько лиха, сколько иной взрослый не видит за всю жизнь.

— К родителям пришел?

— К Лайтвудам? Нет, — Джейс покачал головой, — я к тебе.

— Хочешь о Клэри поговорить? — Люк спустился на несколько ступенек. — С ней все хорошо?

— Да, все путем. — Услышав имя сестры, Джейс напрягся, отчего неспокойно стало самому Люку. Впрочем, Джейс не соврет, если с Клэри что-то случилось.

— Тогда в чем дело?

Джейс заглянул мимо Люка в Зал через открытые двери:

— Как собрание?

— Не особенно бодро. Охотники не желают сдаваться Валентину, но еще меньше они желают присутствия в Совете нежити. Не получив мест в Совете, мой народ биться не станет.

Глаза Джейса вспыхнули.

— Конклав будет не в восторге от твоего плана.

— Я не развлекать их пришел. Лишь бы поняли: мой план лучше, чем заведомое самоубийство.

— Конклав будет тянуть резину. На твоем месте я бы поставил им крайний срок. Так они лучше работают.

Люк невольно улыбнулся:

— К закату все, кого я призову, явятся к Северным вратам. Если к тому времени Конклав не даст согласия, мои воины развернутся и уйдут. Дольше мы ждать не сможем, иначе до полуночи в лесу не укрыться.

Джейс присвистнул:

— Эффектно получится. Надеешься, толпа нежити вдохновит Конклав или хотя бы напугает?

— Отчасти и то, и другое. Многие члены Конклава связаны с Институтами и к виду нежити привычны. А вот реакция коренных идрисцев меня волнует: нежить у врат может их сильно напугать, посеять панику. Впрочем, не помешает лишний раз напомнить горожанам, насколько они уязвимы.

Джейс взглянул на руины Гарда, черным шрамом уродующие холм.

— Вряд ли кому-то нужны еще напоминания. — Джейс ясным, серьезным взглядом посмотрел на Люка. — Я тебе кое-что скажу, но это между нами.

— Зачем же мне? — Люк не сумел скрыть удивления. — Скажи Лайтвудам.

— Ты здесь по-настоящему главный, сам знаешь.

Люк не спешил отвечать. Глядя в бледное, изможденное лицо Джейса, он внезапно — позабыв о собственной усталости — ощутил, как в сердце рождается сочувствие. Захотелось доказать пареньку, которого столько раз предавали взрослые, что эти самые взрослые не все одинаковы.

— Ладно, говори.

— Я доверяю тебе и потому, что ты сумеешь все объяснить Клэри.

— Объяснить?

— Мой поступок. — В широко раскрытых глазах Джейса отражалось восходящее солнце, отчего парень выглядел моложе своих лет. — Я иду за Себастьяном, Люк. Буду преследовать самозванца, пока он не выведет меня к Валентину.

Люк пораженно выдохнул:

— Ты знаешь, как выследить его?!

— Еще в Бруклине Магнус показывал, как использовать следящее заклинание. Мы при помощи фамильного перстня хотели найти моего отца. Ничего тогда не получилось, зато...

— Ты не маг. Заклинание тебе не дастся.

— Это всего лишь руны. Инквизитор примерно так же следила за мной, когда я отправился на корабль к Валентину. Для работы понадобится лишь нечто, принадлежащее Себастьяну.

— После Себастьяна ничего не осталось. Он тщательно прибрался в комнате. Видимо, знал, что его попробуют выследить.

— Кое-что есть: нитка, пропитанная кровью. Немного, но для поисков хватит. Заклятие действует, я проверил.

— Нельзя вот так просто срываться в погоню, Джейс. Я не пущу тебя.

— Не выйдет, Люк. Сначала побей меня прямо здесь, на крыльце. Однако побить меня ты не сумеешь. — В голосе Джейса звучала странная смесь уверенности и отвращения к самому себе.

— Понимаю, хочется побыть героем-одиночкой...

— Я не герой, — безо всякой интонации произнес Джейс, словно констатируя простейший из фактов.

— Даже если с тобой ничего не случится... Ты о Лайтвудах подумал? О Клэри?..

— По-твоему, о Клэри я не подумал? И о семье тоже? Почему тогда я решился на слежку?

— Как будто мне не было семнадцать лет! Кажется, что у тебя есть сила спасти мир... и ты в ответе за планету...

— Взгляни на меня. Взгляни и скажи, что я обычный семнадцатилетний парень.

Люк тяжело вздохнул:

— Ты далеко не обычный.

— Теперь скажи, что я задумал невозможное. — Люк не ответил, и Джейс продолжил: — Не спорю, твой план хорош: собрать нежить и гнать демонов до самых врат Аликанте — это лучше, чем покорно позволить им растоптать себя. Но Валентин того и ждет. Сопротивлением его врасплох не застанешь. А вот слежки за Себастьяном он не предвидел. Нам выпал шанс, который нельзя так просто отбрасывать. Сейчас любой шанс — подарок.

— Может быть, — согласился Люк. — Однако для одиночки эта миссия слишком опасна. Даже для тебя.

— Как ты не поймешь, она по плечу лишь мне! — В голос Джейса закрались нотки отчаяния. — Если Валентин и почувствует слежку, меня он подпустит достаточно близко...

— Близко для чего?

— Чтобы убить его. А ты как думал?

Люк посмотрел на паренька сверху вниз, стараясь разглядеть в нем черты Джослин. В Клэри они проступали отчетливо, однако Джейс всегда и везде оставался самим собой: замкнутый, сдержанный, одинокий.

— Силенок хватит? — спросил наконец Люк. — Отца-то убить?

— Хватит, — далеким и глухим, словно эхо, голосом ответил Джейс. — Ты, наверное, скажешь: нельзя убивать Валентина, потому что он мой отец, а отцеубийство — непростительное преступление?

— Нет. Я скажу: ты должен быть стопроцентно готов. — Внезапно Люк ощутил, как какая-то часть его смирилась и приняла решение Джейса. — Нельзя оборвать все связи здесь, погнаться за Валентином, настигнуть его и сдать перед последним барьером.

— О, я не сдам. — Джейс отвернулся, глядя на площадь, которая еще до вчерашнего утра полнилась трупами. — Мой отец сделал меня таким. Ненавижу его за это и потому убью. Пусть себе «спасибо» скажет.

Люк покачал головой:

— Твое воспитание, Джейс, не имеет над тобой власти. Ты поборол его. Валентин не сумел очернить твою душу...

— И не надо было. — Джейс посмотрел на небо, на полосы синего и серого; в роще вокруг площади начинали просыпаться птицы. — Мне пора.

— Лайтвудам передать что-нибудь?

— Нет. Они тебя возненавидят за то, что отпустил меня. Я им записки оставил — сами все поймут.

— Тогда зачем...

— Зачем я рассказал тебе о задумке? Чтобы ты был в курсе. Составляя план действий, помни: я слежу за Валентином. Найду — пришлю весточку. — Джейс бегло улыбнулся. — Такой вот запасной вариант.

Люк пожал ему руку:

— Будь твой отец другим, он бы гордился тобой.

Удивленный на мгновение, Джейс покраснел и одернул руку:

— Знал бы ты... — Он прикусил губу. — Ладно, забудь. Удачи, Люциан Грэймарк. Ave atque vale.

— Надеюсь, не прощаемся.