Трилогия о Драко: Draco Dormiens, Draco Sinister, Draco Veritas - Клэр Кассандра - Страница 57

— Привет, — поздоровался он, напряженно соображая, кто перед ним. — Ты ведь Джинни, да? Брат дома?

Джинни свирепо захлопнула дверь прямо у него перед носом. По обе стороны дверей воцарились тишина. Затем заговорил другой голос — такой знакомый голос, заставивший Джинни подпрыгнуть.

— Джин, — Гарри говорил успокаивающе, — это я. Я тут… гм… с Малфоем. Ты не могла бы впустить нас?

Если бы Гарри попросил Джинни поджечь дом, она и тогда могла бы послушаться. Открыв дверь, она недоверчиво посмотрела на обоих юношей, стоящих за порогом: Драко выглядел ошарашенным, Гарри был усталым и бледным, но это был самый настоящий Гарри — зеленоглазый, с растрепанной непослушной шевелюрой и зигзагообразным шрамом на лбу… Он тоже вытянулся с момента их последней встречи. Свой «Всполох» Гарри держал в руке.

— Рад видеть тебя, — сказал он несколько настороженно. — У вас все в порядке?

Губы Джинни задрожали:

— Гарри… О, Гарри… Мы так волновались… Эрмиона…

За спиной Джинни появился Рон. Увидев Гарри и Драко, он без улыбки сказал:

— Вам обоим лучше войти.

Драко взглянул на Гарри, ошеломленного таким неожиданно прохладным приемом. Тот пожал плечами, и юноши, шагнув за порог, проследовали за Роном и Джинни на кухню.

****************

— Держу пари, вы пролетали мимо совы, которую мы вам послали, — сказал Рон. Все четверо сидели за кухонным столом в доме Висли и пили чай. Драко, кроме того, методично опустошал банку с арахисом. Гарри кусок в рот не лез, — он выяснял подробности событий последних двух дней: от новостей в «Ежедневном Пророке» до письма Эрмионы к нему. — Боров был слишком измучен, чтобы снова лететь в Ирландию, поэтому нам пришлось взять сову на городской почте.

Гарри почти не отреагировал — он был погружен в свои мысли и с трудом улавливал суть того, что ему говорит Рон:

— Так, значит, когда она уезжала, она показалась тебе несколько странной?

— Я уже говорил тебе, — с легким нетерпением повторил Рон. — Я имею в виду, само по себе то, что она удрала с Крумом, уже в высшей степени странно, но были и другие странности… Да, она выглядела какой-то не такой…

— Мне кажется, что он использовал какое-нибудь любовное зелье, — твердо заявила Джинни. — Конечно, это незаконно, но у него куча денег и он знает массу людей, так что вполне мог его достать…

— Но если ему было нужно только влюбить ее в себя, к чему тогда этот ложный след с Болгарией, если Крум сейчас в Лондоне? А если он в Лондоне, тогда где Эрмиона? — спросил Драко.

— Наверное, она не желает, чтобы мы знали, где она, — размышлял Гарри. — Может, ей хочется, чтобы мы оставили ее в покое?

— Не пори чушь, — отрезал Драко, — если бы она все это время была влюблена в Крума…

Он замешкался. Он хотел сказать, что тогда бы в зеркале Джедан она бы увидела Крума, а не Гарри, но он не знал, было ли Рону и Джинни известно о зеркале, а это было слишком личным, чтобы говорить вслух. Странно было знать о Гарри то, чего не знают его друзья.

— …тогда почему она не осталась с ним в Болгарии два года назад? Могла же! Нет, она попросила Рона забрать ее оттуда. Должно быть, не так уж ей там понравилось.

— Но тогда ей было только четырнадцать, — прошептал Гарри.

— Ну почему, — все больше и больше раздражаясь, поинтересовался Драко, — из всех нас только ТЫ готов поверить, что она уехала по собственной воле?

— Да нет же! — огрызнулся Гарри. — Просто я не думаю, что гоняться за Виктором Крумом в припадке бешеной ревности — это то, чем стоит…

— Гоняться за Крумом в припадке бешеной ревности — это именно то, что ты должен делать! — оборвал его Драко. — Но остается вопрос: она сбежала с Крумом или нет? И спрашивается, кто лучше знает ответ на этот вопрос, чем сам Крум? Поэтому я предлагаю найти его — чем скорее, тем лучше — и вежливо расспросить. А если не сработает, навалимся на него вместе и пригрозим выбрить его единственную бровь.

Рон прочистил горло.

— Я согласен с Малфоем, — произнес он со странным неприятным чувством в животе: он скоре бы съел хорошую порцию тараканьих козинаков, чем согласился с Драко Малфоем. — Когда мы прочитали в газете, что Крум сейчас в Лондоне, то снова обратились к Перси, и он сказал нам, что все игроки национальных сборных живут в Международном Квиддитч-клубе на Диагон аллее. Мне кажется, нам стоит туда отправиться и поговорить с ним…

— Я там бывал, — заметил Драко. — С отцом. Там очень серьезная охрана. Эти звезды мирового спорта, они же настоящие знаменитости, поэтому так просто с улицы туда не зайдешь.

— Знаете что… я могу выдать себя за Перси, — с надеждой сказал Рон. — В смысле, мы здорово похожи, так что я скажу, что я Перси Висли и мне надо встретиться с Виктором Крумом…

— А зачем? — оборвал его фантазии Драко, глядя на Рона прищуренными серыми глазами. — А зачем тебе понадобился Виктор Крум?

— Ну… — протянул Рон, — я пока еще не придумал…

— Вот поэтому, — заявил Драко, — разработку плана надо поручить мне.

— Тебе?! — Рон вскочил на ноги и с вызовом посмотрел на него.

— Я слитеринец, — холодно напомнил Драко и встал, сверля Рона не менее вызывающим взглядом. — Коварный, сообразительный, искушенный в закулисной возне. Я привык иметь дело с хитроумными планами. А ты не узнаешь хитроумный план, даже если он выкрасится в синий цвет и будет в голом виде отплясывать на столе под аккомпанемент песенки «Коварные планы снова здесь!».

— Это не так! — взревел Рон, теряя самообладание. — Я разрабатывал очень хитрые планы!

— Ты же из Гриффиндора! — презрительно хмыкнул Драко. — Твой план будет чем-то вроде «все вместе на счет три!».

Рон рванулся к Драко, но в этот момент Гарри встал между ними. Рон налетел на Гарри, в результате чего тот рухнул на кухонную плиту, а сам Рон ушиб локоть. Гора кастрюль и сковородок полетела на пол, а зеркало над плитой закричало: «Следите за собой, нахалы!».

Рон потирал ушибленную руку:

— Какого черта ты влез, Гарри!

Гарри поднялся на ноги. Он выглядел взбешенным:

— Вот что, Рон. Нам нужно поговорить. Снаружи. Сейчас.

Все еще потирая локоть, Рон последовал за Гарри в темный сад. Джинни и Малфой остались на кухне в несколько неловком положении.

Юноши отошли шагов на десять, когда Гарри резко развернулся и яростно заговорил:

— Рон, да что на тебя нашло, зачем ты так накинулся на Малфоя?! Он же просто дразнит тебя, а ты позволяешь ему себя довести! Наверняка у него нет никакого плана!

— Что на меня нашло?! — обычно Рон, когда злился, становился таким же красным, как и его волосы, но сейчас негодование душило его настолько, что лицо стало почти белым, а веснушки казались чернильными кляксами. — Нет, ты мне скажи, что на тебя нашло, Гарри! Я что — дал разрешение притащить в мой дом Малфоя? А?! Ты же знаешь, что его отец сделал моему!.. Ты забыл, как в моей семье относятся к Малфоям?! И что сказали бы папа и мама, если бы узнали, что он был у нас дома?!

Кровь отхлынула от лица Гарри:

— Рон, я не подумал, что…

— Вот именно — ты не подумал! Ты вообще разучился думать! Что с тобой, Гарри?

— Кроме того, что моя девушка сбежала с семифутовым болгарским игроком?

Рон всплеснул руками.

— Вот только не надо говорить, что все это из-за того, что Эрмиона тебя бросила! — отрезал он. Его буквально трясло от гнева. — Сваливаешься мне на голову в обнимку с Малфоем: «О-о, Малфой мой сосед по комнате», «Малфой мой самый лучший друг», «Малфой станет моим братом»… Малфой, Малфой, Малфой!.. А ты ведь знаешь, что он за фрукт!

— Он спас мне жизнь… — заметил Гарри.

— Только для того, чтобы залезть Эрмионе под юбку, — в голосе Рона зазвенел металл.

— Так ведь не получилось, — Гарри попытался изобразить улыбку.

— Ты не знаешь этого, — без выражения сказал Рон.

Гарри перестал улыбаться:

— Не смешно.

— А я и не смеюсь! — заорал Рон. — Эй, парень, проснись, включи мозги! Он тебе не друг!