Трилогия о Драко: Draco Dormiens, Draco Sinister, Draco Veritas - Клэр Кассандра - Страница 58

— Я знаю, — ответил Гарри.

Рон остановился в замешательстве и с удивлением посмотрел на Гарри.

— Да, он мне не друг. Я не знаю, кто он. Но знаю, что ему можно доверять — по крайней мере, если дело касается Эрмионы. Для нее он сделает все что угодно. Он мог бы продать меня торговцам живым товаром, если бы это сделало ее счастливой, и — знаешь что? — я бы не возражал, — Гарри вздохнул и запустил руку в волосы, которые и так уже приобрели пугающе растерзанный вид. — Ты мой лучший друг. И знаешь, почему? Потому что я сам выбрал, чтобы ты был моим другом. А Малфоя я не выбирал, но он есть, и никуда мне от этого не деться.

Выражение гнева начало сползать с лица Рона. Теперь стало видно, насколько он устал. Он прислонился к стене и укачивал свою разбитую руку.

— Я не понял, почему мы можем доверять Малфою.

— Две причины, — сказал Гарри, — Эрмиона любит его, а мы все знаем, что она далеко не дура.

— Опять ничего не понимаю, — поразился Рон. — Почему это хорошо, что Эрмиона его любит?

— Я ведь сказал, что она его любит, а не влюблена в него без памяти. Если уж на то пошло, она и тебя любит, но я же не лезу с тобой в драку?

— Ты либо весьма самонадеян, либо обманываешься, — вздохнул Рон. — И я не уверен, что именно из этого.

— Вторая причина, — продолжил Гарри, поднимая палец, — и очень веская. — Он расстегнул свою куртку, полез во внутренний карман, вытащил оттуда что-то весьма потрепанное и протянул Рону.

— Плутоскоп! — изумился Рон. — Тот, что я купил для тебя в Каире! Я и не знал, что он еще цел!

Гарри улыбался.

— Он никогда не включается, когда Малфой рядом. Следовательно… ему можно доверять.

— Следовательно… он сломан, — сказал Рон, но и он чуть улыбнулся.

— Не—а, он несколько раз крутился в последнее время: когда Лупин беседовал с нами, я четко чувствовал, когда он хотел от нас что-то утаить.

— Правда? — заинтересовался Рон. — Что, например?

— Ну, всяко-разно… Когда мы вошли к нему в кабинет, он спрятал в стол «Ежедневный Пророк»… Думаю, он не хотел, чтобы я узнал про исчезновение дементоров…

— Так он же в курсе, что у тебя на них в некотором роде… аллергия…

— Ну да… Но я не могу поверить, что он до сих пор думает, будто я слишком хрупок. Я имею в виду, после всего, что я пережил… я хотел сказать, мы пережили, — поправился Гарри, подняв глаза на Рона. — Я бы не стоял здесь, если бы не ты… — Гарри застеснялся, но храбро продолжал: — Когда Сириус и Нарцисса поженятся, Малфой станет мне вроде брата… номинально… Но мой настоящий брат — это ты. В смысле, если бы можно было выбрать себе брата, я выбрал бы тебя…

Уши Рона порозовели, но выглядел он чрезвычайно довольным:

— Да, — сказал он. — То есть… И я тоже.

Гарри улыбнулся ему:

— Ну что? Будем обниматься?

Рон покачал головой:

— Это как-то не по-мужски… Наверное, лучше так… — и он легонько толкнул Гарри в плечо.

— Отлично, — Гарри ответил ему тем же. — И пошли лучше внутрь, пока твоя сестра не устроила Малфою вскрытие вилкой для тостов…

*************

Относительно развития событий на кухне Гарри был не так уж и далек от истины. Как только юноши вышли в сад, Джинни подошла к столу, уселась в кресло и, скрестив руки на груди, стала с ненавистью смотреть на Малфоя.

Он поднял на нее глаза, ничуть не смутившись. Он привык к пристальным взглядам:

— А ты изменилась…

— В лучшую или худшую сторону? — осведомилась Джинни с плохо скрываемым любопытством.

— В лучшую… Ты вроде только вернулась из-за границы? Ездила по обмену?

— Да, — она рассеянно крутила пальцем свое блюдце. — А ты ездил?

— Отец пытался продать меня армянскому колдуну, когда мне было три года — это считается?

Джинни нахмурилась и с недоумением спросила:

— Ты пытаешься меня рассмешить?

— Если бы я пытался это сделать, — самодовольно заметил Драко, — ты бы сейчас каталась по полу от смеха.

— Ты все такой же самовлюбленный, как я вижу. Бедняжка Малфой.

Глаза Драко вспыхнули.

— А ты, как я вижу, все также влюблена в Гарри, — заметил он со злобной насмешкой. — Бедняжка Джинни…

Вспыхнув, Джинни шлепнула блюдце на стол и вскочила.

— Неудивительно, что Эрмиона предпочла Гарри тебе, — заявила она со всей возможной язвительностью. — Ты отвратителен.

Она вылетела из кухни. Драко проводил ее взглядом:

— Да ладно, что я такого сказал?! — проорал он ей вслед, но она была уже вне пределов слышимости.

В этот момент открылась входная дверь и вернулись Рон с Гарри. Рон многозначительно взглянул на опустевшее место, где недавно сидела Джинни:

— Где моя сестра?

Выражение раздражения исчезло с лица Драко, и оно стало невинным, как у младенца:

— Она убежала.

— И чем же ты ее напугал?

— Да ничем, — Драко был сама любезность. — Она испугалась, что не сможет устоять передо мной.

Рон собирался что-то ответить, но Гарри быстро встрял:

— Давайте вернемся к делу. К Эрмионе и тому, где она.

— Хорошо, — хором ответили Рон и Драко.

Гарри глубоко вздохнул:

— Мы должны осмотреть ее вещи. Вдруг там окажется что-то, что поможет найти разгадку того, где она сейчас? Но я… м-м… не хочу делать это сам. Драко… что ты скажешь насчет того, чтобы залезть в ее вещи без разрешения?

— О, прекрасно! Это делает меня мерзавцем?

— Не более, чем раньше.

— Отлично. Тогда я пошел, — Драко взбежал по лестнице.

Юноши слышали, как он вошел в комнату Эрмионы и захлопнул дверь. Воцарилась тишина.

Гарри и Рон переглянулись.

— Ты думаешь о том же, что и я? — спросил Рон.

— Ага! — Гарри поднялся, и они вместе загрохотали по лестнице. — Малфой! — закричал Гарри, остановившись перед дверью. — Ты уже что-нибудь нашел?

— Нет! — откликнулся тот. — Но я читаю ее дневник и примеряю ее платья!

Вытаращив глаза, Рон распахнул дверь. Драко с непонятным выражением лица стоял посреди комнаты, скрестив на груди руки. Комната была в том же идеальном порядке, как и в то время, когда Эрмиона жила в ней. Ее чемодан, нетронутый, лежал на диване.

Гарри не смог удержаться и усмехнулся.

— Ты не смог сделать этого! — хрипло произнес он.

Малфой помрачнел:

— Я пытался… я хотел обыскать ее вещи, но у меня появилось какое-то странное чувство в желудке…

— У нормальных людей это называется «совесть», — не выдержал Рон.

— Ради Бога! — раздался нетерпеливый голос. Это была Джинни. Она отодвинула Рона и Гарри от дверного проема и протиснулась в комнату между ними. — Давайте я сделаю это. Мы обе девушки, и это для ее же блага. Отойди, Малфой, — резко скомандовала она, и он, к своему собственному изумлению, шагнул в сторону, дав ей возможность открыть чемодан Эрмионы и обыскать его. Ничего в нем не обнаружив, она повернулась к столу, но его ящики были практически пусты. Только под столом обнаружился скомканный кусок пергамента, который Джинни, едва развернув, молча передала Гарри.

Он прочитал его и закусил губу. Это было то самое письмо, которое Эрмиона начала писать накануне, но так и не закончила, не решив, как же ей обратиться к Гарри. Все, что там было — это "дорогой Гарри… милый Гарри… Гарри, любовь моя…".

Он поднял глаза и встретился взглядом с Джинни.

— Надеюсь, теперь ты не считаешь, что она убежала с Крумом по собственной воле? — спросила она устало. — А, Гарри?

Он снова взглянул на мятый клочок, потом свернул его и сунул в карман.

— А теперь мы поговорим с Крумом…

— Ура! — радостно подхватил Драко. — Пойдем надерем ему задницу!

— Мы пойдем не для того, чтобы надрать ему задницу, — вставил Рон, — а для того, чтобы вытащить из него информацию.

— Прекрасно, — широко улыбнулся Драко. — Но если не выйдет, то мы все же надерем ему задницу. Это будет запасной план.

— Кстати, о планах! — повернулся к нему Гарри. — В чем заключался твой блестящий план нашего проникновения в Международный Квиддитчный Клуб?