Особенности эльфийской психологии - Патрикова Татьяна "Небо В Глазах Ангела" - Страница 81

– Ни с чего, – отмахивается Андрей, и долгое время молча занимается приготовлением завтрака на двоих. А я понимаю, что даже злиться на него уж не могу. Наверное, я, как и наш психолог, где-то устал, где-то привык. Хотя, какое там привык за меньше чем неделю знакомства? Странно. Но, что удивительно, обнадеживающе.

Завтракаем мы котлетами-полуфабрикатами и макаронами в качестве гарнира. Местная пища менее ароматна, чем наша. Зато сытная, этого не отнять. Андрей такое-то время наблюдает за тем, как я уплетаю за обе щеки, и все мои мысли в тот момент заняты тем, как бы не подавиться под этим его взглядом. Прожевав, я вопросительно смотрю на него, он криво усмехается и говорит в сторону:

– Просто все пытаюсь соотнести парня, похожего на эльфа, с моей кухней и котлетами из упаковки.

Я фыркаю. Да, наверное, для их мира, не знающего ни магии, ни иных рас, кроме человеческой, это выглядит более чем непривычно.

Мы заканчиваем завтракать и дальше для меня начинаются подлинные мучения. Если бы знал, что все так будет, когда он приглашал меня с собой по магазинам, то, очень даже может быть, отказался бы. Почему? Да, потому что мерцнуть в человека для меня оказалось еще проще, чем в эльфа. Я заставил Андрея стоять рядом и держать руки на моих плечах, поэтому ориентировался на его образ. В целом в этом мерцании я менял только внешность, почти не изменяясь по внутреннему содержанию. Да и то, сделать глаза больше похожими на человеческие и укоротить волосы до такой же длины, как у Андрея, с моим опытом в мерцаниях было раз плюнуть. Трудности начались потом. С одеждой. Одеваться так, как наш психолог – в классические, как он выразился, брюки или джинсы, в которые он влез, собираясь в магазин, и в футболки или рубашки местного покроя, мне совершенно не хотелось. А уж когда я увидел его куртку: черную, невзрачную, из какой-то грубой плащевой, ткани, пришлось бить тревогу.

Андрей, когда до него, наконец, дошло, что именно меня не устраивает в его стиле одежды, хмыкнул, обозвал ни за что ни про что мажором, и, видя мой хмурый взгляд, вышел из ситуации довольно изящно. Включил компьютер и усадил меня за Интернет. Что такое поисковик, я уже знал, но мне бы и в голову не пришло искать во всемирной сети образцы мужской одежды. Андрей же, ухмыляясь от уха до уха, пояснил мне: Интернет – это большая свалка, в которой каждый найдет что-то себе по душе. В итоге насмотревшись на фотографии мужчин-моделей, я выбрал себе строгий светло-серый френч, стальные брюки и белую водолазку с высоким горлом, которое даже пришлось подвернуть. Закончив конструировать свой костюм, я повернулся прямо в кресле к Андрею, который подозрительно тихо сидел на нашем все еще разложенном и не застеленном диване. 'Не знал бы, что ты у нас не человек, пожалуй, мог бы влюбиться', – огорошил меня психолог. Встал и, как ни в чем не бывало, вышел из комнаты. Я отключил компьютер и пошел за ним, соображая, сколько в этой его фразе было доли шутки. Может быть, это была самая обычная попытка сделать завуалированный комплемент? Дескать, выглядишь отлично и все такое.

Он ждал меня в прихожей. Уже обутый. Но не в ботинки, в которых я видел его на наших классных часах, а в какие-то непонятные кроссовки, как назвал их мне переводчик. Такую обувь я точно носить не собирался. Поэтому освежил в памяти образ черных лаковых ботинок с вытянутыми носами, которые видел на одной из выдернутых Андрее картинок, и поднял глаза от пола. Психолог все это время терпеливо ждал. Потом он окинул меня критическим взглядом, улыбнулся, показал мне большой палец (как я уже знал, этот жест символизирует у них одобрение), и мы выбрались на лестничную клетку, как называлась эта часть их многоквартирного дома.

Это было ужасно. Низкие потолки, узкие лестничные пролеты, ни намека на лифт. Пришлось несколько этажей пройти пешком. И улица. Унылая, серая. Только деревья, на которых уже стали появляться желтые листья – первый признак осени, как-то разнообразили пейзаж. На детской площадке в деревянной облезлой песочнице ковырялись детки в цветных одежках, за ними присматривали очень старые женщины, лет по триста пятьдесят на вид, не меньше. Сидели они на слегка покосившейся скамейке с облупившейся краской, судя по всему, когда-то она была зеленой. И этот запах, от которого сразу же начал чесаться нос. Переводчик подсказал, что металлические устройства с колесами, раскрашенные в разные цвета и имеющие разные формы, это так называемые автомобили, средства передвижения, что-то вроде механических повозок, только работают без магии, а с помощью двигателей внутреннего сгорания. Ими был заставлен весь дом и, когда мы вышли со двора на оживленную улицу, и я увидел, как именно эти агрегаты перемещаются в пространстве, сразу стало понятно, что это за удушливая вонь.

Я спросил у Андрея, неужели нельзя было найти более безвредный способ заставить эти машины двигаться. На что он пожал плечами и ответил вопросом на вопрос – аА зачем? Я, признаться, растерялся. А пока придумывал, как ему объяснить, Андрей заговорил сам. Он сказал, что у их народа распространено мнение, что после нас, хоть потоп. На их поколение воздуха и прочих ресурсов хватит, а, как там будут жить потомки, никого не волнует. Сказать, что я был шокирован, значит не сказать ничего. А, когда попытался возмутиться, напирая на то, что такими темпами уже через двести лет от их мира ничего не останется, и это явно будет на памяти еще их поколения, наткнулся на стену отчуждения, словно Андрей так и не понял, о чем я пытался ему сказать. Или же была какая-то иная причина его отчужденности. Но, как ни пытался, я так и не смог её увидеть.

Какое-то время шли молча и каждый думал о своем, а потом он привел меня в супермаркет электроники, как гласила огромная, подсвеченная красным, надпись над входом в здание причудливой формы, сплошные окна, как зеркала и странный на мой вкус дизайн. Весь путь мы проделали пешком. Хоть я и надеялся, что мне уже сегодня удастся прокатиться на тех автомобилях, которые относятся тут к общественному транспорту. Знание о них я, опять-таки, почерпнул из переводчика.

Андрей хотел купить ноутбук – портативный компьютер. И я был согласен с его решением ровно до того момента, пока не увидел габариты устройства. Дальше мы с ним спорили. Спор выиграл я. Дело в том, что, по моему мнению, смотреть что-либо на таком маленьком экране просто неудобно. Да, я пока смутно себе представлял, что такое футбол и что такое кино, но в Интернете мне уже попадались так называемые клипы или видеоролики. Даже на довольно крупном мониторе компьютера они смотрелись куцо и невнятно. Что же будет с ноутбуком, у которого экран меньше. Да и сам он весь как-то не ахти.

Спас меня продавец, у которого на нагрудной карточке было написано – 'Менеджер торгового зала, Артем'. Он спросил, хотим ли мы узнать что-либо о заинтересовавшем нас товаре, и я, не дав Андрею и слова вставить, объявил, что хотим. И указал взглядом на то, что в последствии и Андрей, и переводчик, и продавец назвали плазменным телевизором. Вот это я могу понять – экран в пол стены. Дальше снова были споры. Андрей упрямо повторял, что такая дура нам не нужна, да и всей его премии на нее не хватит, пожалуй. И лучше уж тогда мультимедийную установку и ноут в довесок купить, будет удобнее. Решив выяснить, что это за установка такая, я спросил не у Андрея, а у Артема, молодого парня лет восьмидесяти на вид. Продавец прекрасно объяснил мне все, и я загорелся купить все вышеперечисленные товары.

Андрей по-настоящему смог вмешаться в ход моих мыслей лишь однажды, когда спросил, как я собираюсь все это подключать, ведь все эти устройства работают на электричестве. Пока он делал вид, что ждет ответа, я успел расстроиться, поэтому не сильно, но довольно чувствительно, ткнул его кулаком в плечо, когда этот интриган расплылся в широкой улыбке и объявил, что не мешало бы тогда приобрести несколько 'пилотов' с большим метражом шнура. Сначала мне было непонятно, каких пилотов он имеет в виду, но продавец, расплывшись в ответной понимающей улыбке, отвел нас к другой витрине, где показал на устройство, которое у местных в простонародье называется 'пилот'. Андрей сказал, что можно будет подключаться у него в квартире и тянуть шнур в класс, уже там подключая к сети купленный мной телевизор и не только, правда, сразу же попытался оговориться, что может и не получится такое – из мира в мир. Пришлось заверить его, что в случае с его квартирой, фактически интегрируемой в наш класс, просто не может не получиться. А потом к нам вернулся продавец с сообщением, что весь интересующий нас товар есть на складе, и пришлось на время отложить все наши разговоры про иные миры.