Это было жаркое, жаркое лето - Князев Алексей - Страница 104

Вот и пришел мне звиздец, — как-то отвлеченно подумалось Сергею, словно все это происходило вовсе и не с ним. — Это их третий кореш, и сейчас уже он станет обучать меня, а не наоборот, а потом и те к нему присоединятся… Война, в общем, идет с переменным успехом, как это обычно и бывает в жизни… Но где же насобачился так здорово драться?

«Лундгрен», видимо просчитав обстановку, поняв примерно, как здесь могло все происходить и о чем сейчас думает Сергей, нагнувшись, приподнял его, крепко схватив за плечо.

— Не бойся, я не с ними, — он показал на двоих.

— Я… не… бо… юсь… — кое-как удалось выдохнуть Сергею. Круги перед глазами постепенно теряли свою яркость, становясь уже какими-то блекло-розовыми — видимо солнце потихоньку скрывалось за горизонтом.

— Не боишься, ну и молодец, — одобрил «Дольф» и слегка поддерживая Сергея, повел его внутрь вагона. — Пойдем, расскажешь, что тут у вас произошло. Надеюсь, ты их не зашиб?

— Жить будут… — Ответ дался Сергею уже легче. — Просто поучил маленько вежливости. — Он с уважением оглянулся на незнакомца. — А ты силен. Меня как щенка… Покажешь?

— Иди, иди, — усмехнулся «Лундгрен», показывая Сергею рукой, — вот мое купе. — Он завел его внутрь, где никого не оказалось и пояснил:

— Попутчики недавно сошли, так что у меня здесь свободно. — И добавил:

— Чаю хочешь?

— Хрена нам сделают, а не чаю — я уже пробовал. — Сергей действительно делал попытки уговорить толстую сварливую проводницу налить ему чаю и в ответ услышал множество весьма любопытных подробностей о своих умственных способностях, которые, по мнению хозяйки вагона, оставляли желать лучшего.

— Сделают! — усмехнулся его новый знакомый и вышел в коридор.

Сергей подивился, какую спокойную уверенность в себе и скрытую силу излучает его мощная фигура. А ведь пожалуй, что ему-то как раз и сделают, — неожиданно подумал он и воспринял уже как должное, когда тот вернулся с двумя стаканами дымящегося чая в руках.

— Как тебе все так просто удается, а? Научи! — попросил он, с удовольствием отхлебнув ароматный напиток.

— Да так… — уклонился «Дольф» от ответа и опять усмехнулся. — Понимаешь, жить надо проще, особенно, если родился по второму разу… А вот ты нервный, напряжен словно взведенный курок, я это сразу заметил. — Произнесенное звучало немного таинственно, но Сергей не стал уточнять, что это за «второе рождение», весьма справедливо полагая, что тот все равно не ответит — прецедент уже был. Вообще, его попутчик был весь из себя каким-то таинственным, на манер восточного сенсея.

А Чиж действительно, еще на вокзале приметил этого высокого темноволосого парня, который выглядел подобно сжатой пружине и как-то настороженно озирался по сторонам. «Словно убегает от кого-то, — подумалось тогда ему, — непременно во что-нибудь вляпается, если вовремя не расслабится…» И оказался прав. Эпизод, только что произошедший в тамбуре, подтвердил его опасения и он решил поговорить с парнем, который ему чем-то приглянулся. Может, удастся помочь тому освободиться от какого-то неведомого, давящего на него груза.

— Ну как, оклемался? — поинтересовался он, с удовлетворением отмечая, что его новый знакомый допил весь чай без остатка и вроде как окончательно пришел в себя. — Может, еще чаю хочешь?

— Да нет, — рассмеялся тот, — уже все нормально! Да и не хочется, чтобы ты во второй раз испытывал судьбу — я имею в виду нашу проводницу. А ну как не даст по второму разу, а только наорет, как на меня?

— Даст, — опять спокойно ответил тот и Сергей вновь ему поверил. — Никуда не денется. Ну, не хочешь — как хочешь. — И протянул крепкую руку. — Давай знакомиться, что ли? Александр Чиж.

— Сергей Остапов, — ответил Сергей, также протянув руку и слегка подивившись такой интересной фамилии — Чиж.

— Ну что, Серега, рассказывай? Из-за чего у вас там весь сыр-бор разгорелся? — поинтересовался тот и Сергей поведал ему о своей теории относительно происхождения некоторых поганых языков и как со всем этим надо бороться.

Чиж искренне хохотал во время всего его повествования и когда тот закончил, весело произнес:

— Ну, ты меня, признаться, уморил! — И добавил уже задумчиво:

— А что, вообще-то твоя версия довольно интересна.

Я думаю, ты во многом прав. Мне как-то не приходилось раньше над этим задумываться. Единственное, что меня смущает — как бы эти козлы… — при этом слове они одновременно рассмеялись, — обозлившись, не сорвали свою злость на ком-нибудь другом. Ведь не все же могут так замечательно с ними объясняться, как это только что сделал ты.

— Это верно. — Сергей огорченно развел руками. — Переборщил малость. И тут же спросил:

— Вот ты говоришь, что не все такие как я. А сам меня одним пальцем… Как это у тебя получается? Где такому учат? Покажешь мне что-нибудь из своего арсенала?

— А что, и покажу как-нибудь при случае, — заверил его Чиж. — Обязательно покажу. А вот рассказать, извини, не могу. Не моя это тайна. И раскрой я рот, знаешь, много неприятностей может произойти. Для того, кто слушал — тоже, кстати, — добавил он.

— Ну что ж, нельзя, так нельзя, — легко согласился Сергей, ничуть не огорчившись — отказ Чижа прозвучал как-то совсем для него не обидно.

А тот, подумав, что его могут принять за какого-нибудь дешевого темнилу — дескать, нагнетает тут псевдотаинственную обстановку, делает вид, что вынужден скрывать невероятные тайны Мадридского двора, предложил:

— А что, может тяпнем по маленькой? У меня есть; с одним типом не допил… — Он достал из спортивной сумки бутылку водки. — Может и тебя отпустит — я смотрю ты еще напряжен, все не расслабишься никак.

— Давай, — охотно согласился Сергей. — У меня и закуска имеется. — Он вспомнил, что сестра что-то собирала ему в дорогу. — Сейчас принесу… — Он ушел в свое купе.

Вскоре они уже организовали весьма неплохой стол — сестра Сергея положила ему запеченную в духовке курицу и еще много чего, вызывающего аппетит. В итоге пришлось идти в вагон-ресторан еще за одной, а там, на месте, решили взять сразу побольше — оба чувствовали, что и второй может не хватить… В итоге, сидя в свободном купе — к ним так никого и не подсадили, — они к скорому времени перебрали все мыслимые и немыслимые темы, начиная рыбалкой и заканчивая, как водится, своим видением международного положения… Затем Чиж, поначалу и в мыслях не имевший подобного намерения, вдруг рассказал Сергею про свою Ольгу, про их любовь, про то, как жалеет, что уехал, не поставив ее в известность, и что приехав, первым же делом помчится к ней, извинится, и пока она немедленно не согласится стать его женой, никуда от нее не уйдет. А после спросил, посмотрев в глаза внимательно слушающего его парня:

— А у тебя есть девушка?

И Сергей, помолчав, вдруг так же неожиданно для себя самого откровенно рассказал новому знакомому, как работал в интим-клубе, как расправился с двумя подонками, после чего вынужден был уехать из города, про Вику… Теперь, рассказывая про нее Александру, он уже не сомневался, что любит ее ничуть не меньше, чем тот свою Ольгу, а ведь еще только утром не был в этом так твердо уверен. Признавшись Чижу, что она проститутка, Сергей пытливо заглянул ему в глаза, боясь увидеть в них насмешку и решив про себя, что в этом случае сейчас же врежет ему что было сил, не взирая на последствия — он был уверен, что его новый знакомый отделает его как бог черепаху — в драке тот наверняка был сильнее, но увидел в них только искреннее понимание и сочувствие в связи с тем, что Сергею пришлось ее покинуть.

— Ты ей обязательно напиши, Серега. Сейчас же, как только приедешь. А еще лучше, вообще, забери ее просто к себе, — посоветовал он. — Съезди за ней сам, лично, как только получишь ответ; а если понадобится, найди меня — мы с тобой ее силой отвоюем, хоть против всего города придется пойти, я обещаю… — И добавил:

— Хватит уже одного дурака — меня. И так места себе не нахожу — ведь больше двух недель у своей Ольги не появлялся, представляю, как она обиделась. Она ведь такая гордая…