Это было жаркое, жаркое лето - Князев Алексей - Страница 142

— Саша, не надо. Саша…

— Уйди, ты, блядь, — все так же не поворачивая к ней лица, глухо произнес Чиж. — Уж как раз ты-то была с ним по своей воле.

— Прекрати истерику, ты ведь мужчина! — Сергей отстранил Таню, вспыхнувшую от несправедливого обвинения, брошенного ей прямо в лицо, и встал напротив пребывающего в оцепенении Александра. — Девчонка-то в чем перед тобой провинилась? Она нам помогает, а ты…

Чиж поднял на него ничего не видящие глаза.

— А ты что тут еще… — Казалось, он сейчас встанет и набросится на своего друга с кулаками, его тело уже напряглось… Но тот спокойно выдержал его взгляд, и так же, как перед ним это делала Таня, положил ему руку на плечо:

— Сашка, прекрати истерику, — тихо повторил он и Чиж внезапно обмяк. Его тело затряслось, послышались звуки, похожие на рыдания, но лицо было каменным и глаза оставались сухими. — На вот, закури. — Сергей протянул ему зажженную сигарету и тот, машинально взяв ее в руки, глубоко затянулся. Через секунду его потряс бешеный кашель и, вернув сигарету приятелю, он впервые посмотрел на него и замершую рядом девушку уже вполне осмысленным взглядом:

— Извини, Сергей, — негромко сказал он. — Я просто был не в себе. — И перевел глаза на женщину, щеки которой до сих пор горели от стыда и обиды. — Извини, Таня. Если можешь.

Я… я не хотел тебя обидеть. У меня это вырвалось случайно, я не хотел так сказать. Я совсем не думаю, что ты такая… такая…

— Ладно! — Таня махнула рукой. — Тут ведь и любой подумал бы обо мне то же самое, что и ты. Да только… только, думаешь, я с ним по своей воле? Да я его давно уже просто боюсь и не испытываю к нему иных чувств. Мне уже и никаких денег от него не надо, лишь бы… — Она все-таки не сдержалась, заплакала.

— Ладно, Сашка, пойдем, покурим на кухню, не будем девушке комнату коптить. — Сергей увлек друга за собой. — А ты, — повернулся он к Тане, — бросай-ка рыдать и быстренько к нам присоединяйся. Хоть чайку нам какого смастеришь…

Через некоторое время Таня, уже полностью приведшая себя в порядок, разливала по кружкам горячий чай. От бутербродов все дружно отказались — никому кусок не полез бы сейчас в глотку.

— Нет, я сейчас же поеду и убью подонка, — продолжая прерванный разговор, монотонно повторил Чиж. — Поеду и убью.

— Ну вот что мне с ним прикажете делать? — Сергей хлопнул ладонью по столу. — Там охрана, все такое… И потом, главное ведь совсем другое. Где Оля — мы пока не знаем? — Он повернулся к женщине. — Тань, ты говорила, что знаешь, где она. Расскажи?

— Ну, — неуверенно начала та, — я ведь только думаю, что знаю. Я же Олю вообще ни разу не видела, и в этом месте со спортзалом ни разу не была — это точно.

— Так где же? — нетерпеливо спросил Сергей. — Давай, давай, хоть предположениями своими поделись. Пусть хоть догадки будут, все лучше, чем ничего. Кстати, а откуда у тебя эта кассета? — Таня коротко рассказала…

— Ах, вот оно что! — засмеялся Сергей. — То-то я приглядываюсь — синяки, что ли, у тебя проглядывают, и губенка вроде того-самого. Да спросить как-то постеснялся.

— Да это еще ерунда, все уже почти прошло! — не выдержав, тоже рассмеялась женщина. — Вы бы видели, какой я совсем недавно была! О-о-о! Такая красавица!

— Так поэтому ты и испугалась нас? Думала, что мы пришли от Мышастого? Решила, он узнал про то, что ты сделала копии и послал нас тебя… — забросал ее предположениями Сергей.

— Ну да, — подтвердила его догадки Таня. — Он ведь убьет меня, если что. — Она посерьезнела. — Кроме шуток. Просто убьет. Я его знаю.

— Да, хоть я никогда его не видел, но уже хорошо представляю себе эту сволочь, — согласился Сергей. — Таких уничтожать надо. Ну, так где, говоришь?

— Понимаете, ребята, я только предполагаю. Он незадолго до всех этих событий прикупил себе особнячок в районе Белого озера. Вот я и думаю, может он специально его прикупил, для подобных темных делишек? Потому что у него и так ведь всего хватает. И с дружками они все время собирались совсем в другом месте. Зачем ему еще этот особняк?

— А где он конкретно? Там вокруг много домов? Около Белого озера — что, поселок? — подал, наконец, голос и Чиж.

— Ну, вообще-то мне там ни разу бывать не доводилось, — неуверенно начала девушка. — Вроде бы так — половина на половину. Много недостроенных домов… Почему-то все крутые в другом месте строиться начали, а там что-то не заладилось.

— Ясно! — Чиж кивнул. — Все сходится. Тогда такое место как раз и подходит. Рядом никого нет… Так что с адресом?

— Я точно не знаю, — призналась Таня. — Он еще только документы вроде бы оформляет через своего заместителя. Есть такой, Самойлов его фамилия. Сейчас он в отъезде, появится завтра. А я только краем уха про все это слышала, ну, бумажки кое-какие печатала.

— Ерунда! — заявил Чиж. — Так отыщем! Поездим, присмотримся — где еще недостроено, а где уже живут.

— Слушай! — повысил голос Сергей. — Знаешь, мне ведь все это уже порядком надоело. Ты, как я понимаю, профессионал. Ну так и не пори горячку. Поедем да поедем… Сначала нам побольше всяческой полезной информации узнать бы надо.

Ты можешь поточнее все выяснить? — обратился он к девушке.

— Нет, — подумав, ответила та. — К нему самому, естественно, не сунешься, а Самойлова, как я уже сказала, сейчас нет на месте. Вот когда приедет, можно будет попробовать. Он ко мне давно неровно дышит, и я уж нашла бы способ как-нибудь запудрить ему мозги.

— Послушай… — опять влез Чиж, обращаясь к Тане. По его напряженному голосу оба собеседника поняли, что сейчас тот спросит о чем-то очень важном. — А почему ты сказала, что… — Он сглотнул. — Что она еще жива? Ведь эта запись как раз, наверное, трехнедельной давности и есть. Как только она приехала, он сразу же ее и… — Не договорив, он опять с усилием сглотнул. — А после всего сотворенного он ведь мог уже давно от нее избавиться. Говори как думаешь, не бойся, я уже пришел в себя. Полностью пришел, точно, — прибавил он, заметив ускользающий Танин взгляд.

— Ну… — Та все же замялась. — Раз ты твердо обещаешь мне больше не волноваться и слушать без истерик… — Чиж со всей серьезностью утвердительно кивнул. — В общем… Судя по всему, не один только мой шеф поступил с Олей таким вот образом. — Девушка с опаской посмотрела на мужчину, который яростно заиграл желваками.

— Продолжай, — глухо сказал он. — Я же тебе обещал.

— Ну, в общем, дело такое, — уже быстро заговорила Таня, надеясь поскорее закончить с неприятной ей темой. — У него дружки имеются. Трое или четверо самых закадычных. Всяких таких бывших шишек, высокопоставленных. Они вместе охотятся, рыбачат, так просто выпивают, шашлычки, девочки…

Понимаете? — Друзья одновременно кивнули. — Ну вот. А последнее время они все словно взбеленились. До этого спокойная, размеренная жизнь шла. Хоть он и бандюга, но воевать-то ему вроде не с кем — все уже давно разделено-переделено. Занимался так, рутиной. А потом словно с цепи сорвался — задумал, видать, что-то. Зашевелился, ожил, глаза горят, все суетится, особняк вот купил неизвестно для чего, ремонт тут же, буквально за считанные дни сделал. А зачем, если все равно жить в нем не собирается? И дружки его тоже, звонят по десять раз на дню — видимо поторапливают или интересуются, как там у него дела продвигаются. И своего Бугая в поездку на два дня отправлял на своей машине. Ну, телохранителя своего. Ведь, судя по описанию, это он в Благогорске на почте шустрил, правильно? — Друзья опять кивнули. Действительно, увидев телохранителя Мышастого, они сразу поняли, что это тот самый детина, которого им столь красочно описал Майкл.

— Стоп, а почему — Бугай? — заинтересовался Сергей.

— Фамилия его, — коротко объяснила Таня.

— О, подстать, — засмеялся тот и покачал головой.

— Не перебивай, — бросил ему Чиж и вопросительно посмотрел на Таню. — Дальше.

— Так вот, — продолжала молодая женщина, — по времени все сходится. И логически тоже, понимаете? Прикупил дом для своих темных делишек, вызвал Олю, — Таня уже в который раз сочувственно поглядела на Чижа, — а потом, сразу же после этого, целую неделю где-то пропадал — все беспрерывно ездил куда-то. В офисе его в то время и не бывало совсем. И меня тоже забыл на время. Ну… как женщину забыл, понимаете? — Хотя никто из друзей и не думал комментировать ее поступки и влезать личную жизнь, девушка все же не выдержала, покраснела. — А мне от этого одно только облегчение. Ведь я же не…