Дальние пределы человеческой психики - Маслоу Абрахам - Страница 79

некоторой степени поддаются описанию в терминах высокой синергичности

или в терминах безопасной социальной организации. Я надеюсь, что

молодая поросль социальных психологов попытается использовать в своей

работе концепцию Бенедикт, чтобы противопоставить ее доктрине,

базирующейся

Синергизм в обществе и в человеке

221

на принципе распределения ограниченного количества благ, на принципе

<или тебе или мне>.

Также могу посоветовать вам недавно вышедшую в свет книгу Ликерта <New

Patterns of Management> (78), в которой представлены результаты

тщательных исследований различных аспектов этого явления, называемого

нами синергизмом в индустриальной организации. В книге есть одно

место, где Ликерт рассматривает <отказ от власти>, пытаясь уяснить

трудный для него парадокс, состоящий в том, что хорошие мастера,

настоящие лидеры, высоко оценивающиеся по реальным производственным

результатам, меньше держатся за власть. Как посмотреть на тот факт,

что чем меньше человек ценит власть, тем больший авторитет он

приобретает? Попытка Ликерта решить этот парадокс интересна уже

потому, что это попытка человека западной культуры понять явление,

достаточно чуждое этой культуре.

Я могу заявить, что отныне ни один самый одаренный мыслитель не сможет

сконструировать новую Утопию, не приняв концепцию синергизма. По моему

искреннему убеждению, с этого момента не может существовать Утопии,

или Евпсихеи (это название мне представляется более удачным), в

основании которой не были бы заложены некие высокосинергичные

общественные институты.

Синергизм внутри человека

Идентификация. Концепция синергизма справедлива и на уровне отдельного

индивидуума, и на уровне межличностных отношений, между двумя

индивидуумами. С ее помощью очень удачно раскрываются отношения уже

описанной мною высшей любви (89, с. 39-41). Любовь как таковая

определяется по-разному -как единство интересов, как слияние иерархий

базовых потребностей, как сострадание любимому в боли и радости. Мы

можем заметить, что в большинстве предложенных определений любви

подразумевается некоего рода идентификация. Здесь уместно провести

параллель с понятием высокого синергизма. В любви два человека

организуют свои взаимоотношения таким образом, что выгода,

преимущества одного из них становятся преимуществами другого, а не

ущемляют его интересы.

Некоторые недавние исследования сексуальной и семейной жизни беднейших

классов в нашей стране (там же, с. 61) и в Англии (142) описали то,

что бъшо названо эксплуатирующими отношениями, то есть отношениями с

явно низким синергизмом. В таких семьях очень важными становятся

вопросы:

<кто здесь мужик>, или: <кто в доме хозяин>, или кто из двоих

заслуживает большей любви, - при этом подразумевается, что тот, кто

любит больше, тот чем-то обязан другому или в чем-то виноват перед

ним. Все это проявления низкого синергизма, и вызваны они

ограниченностью.

222

Общество

По моему мнению, понятие идентификации, несущее в себе

фрейдовско-адлеровскую концепцию и интонации их продолжателей, может

быть расширено нашим пониманием вопроса. Кажется, мы уже вправе

заявить, что любовь - это своего рода рост <Я>, развитие личности,

вскрытие идентичности человека. Думаю, каждый человек переживал нечто

подобное во взаимоотношениях со своими детьми, с женами и мужьями, с

людьми, очень близкими ему. Так бывает, когда мать желает, чтобы ее, а

не ее ребенка, мучил кашель. Она чувствует себя сильной, а значит,

если бы она заболела вместо него, все было бы лучше. Что это, если не

полное слияние, уничтожение психологического различения между <Я> и

<не-Я>? Мне думается, такой подход к явлению вносит новый оттенок в

понятие <идентификация>.

Преодоление дихотомии <эгоизм-альтруизм>. Мне хотелось бы вслед за

Бенедикт совершить логический прыжок в своих рассуждениях. На первый

взгляд, в ее работах слишком часто сквозит прямолинейное

противопоставление эгоистического и альтруистического, резкая

полярность, культ дихотомии этих двух качеств. Но для меня очевидно,

что, постоянно упоминая дихотомию <эгоизм-альтруизм>, она

подразумевает ее преодоление в самом непосредственном смысле, в смысле

сотворения иного гештальта, создания некоей духовной целостности,

призванной продемонстрировать нам, что не существует

противопоставления <эгоизм-альтруизм>, есть лишь не до конца понятое

единство. У высоко развитых, у психологически здоровых людей, у

самоактуализированных людей, - назовите их как угодно, - вы с первого

взгляда обнаружите в одних случаях редкий по самоотверженности

альтруизм, и редкий эгоизм, - в других случаях. Те, кто читал работы

Фромма о здоровом и нездоровом эгоизме или знаком с адлеровским

понятием Gemeinschaftsgefuhl, знают, о чем я веду речь. Когда мы

думаем о таких людях, каким-то непостижимым образом диаметральная

противоположность этих двух качеств, их дихотомичность, грустные мысли

о том, что люди не желают думать о благе человечества - все это

отступает на задний план. Эгоизм и альтруизм оказываются здесь тесно

переплетены между собой, питают и обусловливают один другого, вы

совершенно по-иному, целостно воспринимаете это явление, которому пока

не подобрано подходящего имени. С этой точки зрения высокая

синергичность помогает преодолеть дихотомию, помогает добиться слияния

враждующих сущностей в единое образование.

Интеграция когнитивного и конативного. Кроме всего вышесказанного, я

считаю концепцию синергизма полезной для понимания психодинамики.

Иногда эта польза бывает совершенно очевидна, например, если

представить себе внутриличностную интеграцию как проявление высокого

синергизма, а патологические варианты интрапсихической

диссоциированноста - как проявление низкого синергизма.

Синергизм в обществе и в человеке 223

С помощью теории синергизма, я думаю, можно добиться большей четкости

теоретических формулировок при исследованиях свободного выбора у

животных и у детей. Ведь можно сказать, что эти эксперименты наглядно

демонстрируют проявления синергизма или слияние когнитивного и

конативного начал психического. В них создается ситуация, при которой

голова и сердце, рациональное и нерациональное говорят на одном языке,

ситуация, при которой стихийные импульсы индивидуума ведут его в

мудром направлении. Это однозначно согласуется с концепцией гомеостаза

Кэнона, с тем, что он называет <мудростью тела>.

В этой связи мне хочется вспомнить расхожее заблуждение, особенно

свойственное тревожным, неуверенным в себе людям. Это странное мнение,

что особенно страстное желание возникает у человека в отношении того,

что вредно или неполезно для него. Вкусная пища вызывает ожирение.

Здравый смысл обычно <заставляет> сделать то-то и то-то. И человек с

неохотой понуждает себя подчиниться этому зануде - своему здравому

смыслу, а в глубине души считает, что то, чего ему на самом деле