Классическая драма Востока - Гуань Хань-цин - Страница 181

181

Сцена вторая

Рассказчик

Откуда эта женщина идет? Она живет на улице Хонтэмма, А эта узенькая улочка, пожалуй, Немногим шире, Чем тонкий стан ее Стройнее юной ивы. Как листья ивы, Волосы блестят, Недаром муж ее — купец, Почтенный Ситидзаэмон, Торгует маслом, Отжатым из семян растений: Душистым маслом для волос, Кунжутным маслом, Очищенным бальзамом для бумаги. Ее зовут о-Кити, И она Идет с детьми на поклоненье Будде. Кто дал ей имя [330] О-Кити — "Счастливая" — И так ошибся! Она еще в расцвете красоты. Поверить трудно, Что это — мать троих детей, Заботливая, добрая хозяйка, И каждый встречный Охотно смотрит на нее. Двух младших девочек она взяла с собой: Малютку бережно несет, А шестилетнюю ведет за ручку, И эта дочка теребит ее: "Маманя, я хочу попить чайку!" О-Кити видит чайный домик Невдалеке, У самого пути, Там можно выпить чаю, И закусить, и отдохнуть. О-Кити Да! Да! Зайдем! Передохнем немножко. Рассказчик Они вошли. Присели. А тут, гляди, Как раз шагает мимо Ёхэй — знакомый паренек Из лавки Каватия, лет этак двадцати. Лицом смазлив, Но мот, бездельник, И он еще живет В родительском дому, У отчима, на даровых хлебах, Под крылышком у матери своей. А дом и лавка Его родителей — Рукой подать, Как раз напротив дома, Где держит лавку Ситидзаэмон, Маслоторговец, муж о-Кити, И оба дома Соседством близким связаны И дружбой. И вот Ёхэй идет на богомолье, И с ним идут два закадычных друга: Вот этот — Ягоро, Известный всем под кличкой "Щетка", А вот — Дзэмбэй, Верзила красномордый. Все трое Торгуют маслом, но, вернее, — Способны лишь проторговаться. Все трое заодно В любовных похожденьях И завсегдатаи в квартале Сонэдзаки. Они проматывают все свое добро По вечерам, А утром дремлют в лавке, Как будто жизнь не стоит ни гроша — Пустое сновиденье… Но сейчас От сна очнулись, Они шагают бодро… И поочередно Несут увесистый бочонок, Пять мер вина, — Довольно, чтоб напиться Вдрызг всем троим, Еще в придачу ящик С закусками. Меж ними уговор: Как встретится им по пути монах, Тогда они меняются поклажей.

Ёхэй.Эта мерзавка Котику, продажная тварь, здорово провела меня. Надула меня, надула. Мне отказала, а сама потащилась с этим богатым дружком, с Восковой Свечкой, прямо в Нодзаки, на празднество поглядеть. Дождусь, как пойдет она обратно по этой дороге, тут я ей и покажу!

Рассказчик

Как вдруг из глубины харчевни Его окликнул кто-то: "Эй, послушай, Ёхэй! А ну-ка, загляни сюда!" Ёхэй узнал по голосу о-Кити.

Ёхэй.А-а! Да это о-Кити-сама отправилась в храм на поклоненье. И с двумя малышками? Знал бы я, пошел бы тебя сопровождать! А муженек-то твой, Ситидзаэмон, верно, остался присматривать за лавкой?

О-Кити.Нет, мы отправились вместе с ним, да по дороге он задержался по делам. Забот-то у него не оберешься! Вот и пришлось ему заглянуть в два-три места. Но не беда, он скоро должен здесь быть с моей старшей дочкой. Ну-ну, заходи сюда, присядь, отдохни. И друзей твоих можешь позвать!

Рассказчик

Ёхэй сдается. Как не согласиться, Когда красотка-женщина зовет?

Ёхэй

Ну что ж. Зайду. Пожалуй, надо трубку пососать!

Рассказчик

Он плюхнулся на мягкую подстилку С развязностью завзятого гуляки.

О-Кити.Ну, что ты скажешь, Ехэй-сама [331]? Видел ли ты когда-нибудь такую уйму паломников и паломниц? И богатеи, и бедняки, и девицы из знатных семейств, и почтенные купецкие жены. О, гляди, гляди: вот идет какая расфуфыренная. Одежда на ней фиолетовая, а подол светло-лиловый. Пояс-то, пояс — пестрей не бывает! Уж наверное — продажная девица. Ты только погляди!

Ёхэй.О! А вон там, вон та, на эту посмотри! Кимоно из полосатого крепа и пояс с яркими кругами! Голову дам на отсечение — она из веселого квартала Симмати, самая шикарная из всех девок!

О-Кити.Да-да! Меня нисколько не удивляет, что молодой повеса на праздник приглашает такую записную красотку и без счета сыплет деньгами направо и налево. Ты ведь тоже, верно, не прочь пройтись в такой компании. А ну-ка, признайся, кого бы ты выбрал, Когику из веселого квартала Сонэдзаки или Мацукадзэ из квартала Симмати? Ну, что скажешь? Не правда ли, я все, все на свете знаю? В самом деле, почему ты не подцепил одну из этих красоток?

Рассказчик

Все это льстит Ёхэю, Он попадается на удочку легко.

Ёхэй.Уж и не говори! Вот ведь досада! А я-то задумал пустить всем пыль в глаза и появиться сегодня с самой нарядной девицей. Я давно из кожи лез, чтоб это заранее устроить. А эта мерзавка Мацукадзэ вдруг объявила мне, что давно уже с кем-то уговорилась.