Тайна реки Злых Духов - Корчагин Владимир Владимирович - Страница 47

Валерий проводил его презрительным взглядом.

— С ума сошел! Мы еле идем. Силы тают с каждым часом. А ему далась какая-то жила! Упрямый дьявол!..

Наташа вспыхнула:

— Не смей так говорить о нем! Слышишь, не смей! Не тебя же он послал на поиски жилы. — Она усмехнулась. — Не так уж много ты тратишь сил, лежа на боку.

Валерий вскочил и нервно заходил по траве.

— Так ведь время уходит. Время! Неужели ты сама не понимаешь, что каждая потерянная минута приближает нас к гибели?

Наташа поморщилась.

— Брось свои громкие фразы, Валерий! Надоело! Неужели ты в самом деле думаешь, что ты здесь самый умный?

Валерий остановился.

— А ты чего, собственно, все эти дни косишься на меня? Или думаешь, что я больше всего виноват в этой истории?

Наташа тряхнула головой.

— Нет. Во всем этом виновата я. Только я. И очень виновата. Но не перед тобой…

— Еще бы! — воскликнул Валерий язвительным голосом. — Сейчас для тебя вообще существует только Андрей Иванович.

Наташа покачала головой.

— И не перед Андреем Ивановичем… — начала она, но тут же замолчала.

Валерий подошел к ней ближе.

— Ну, хорошо, — сказал он примирительно. — Не будем больше вспоминать все это. Зачем нам, в самом деле, ссориться? Не все ли равно, кто здесь больше виноват. В такой глуши можно совсем одичать. Но я уверен, что мы вырвемся отсюда. И там, в нашем городе, все пойдет по-старому.

Наташа снова покачала головой.

— Нет, больше ничего не будет по-старому.

— Как?.. — Валерий даже отступил на шаг и пристально взглянул в лицо Наташи. — Что ты хочешь этим сказать?

— Только то, что слышишь, — проговорила она тихо, но твердо.

— Наташа! — голос Валерия дрогнул. — Ты еще сердишься на меня?

Она молчала. Он подошел к ней ближе.

— Ну, прости меня! Ты же знаешь, что я для тебя…

— Хватит, Валерий, — сказала она спокойно и решительно, — мне давно уже надоели твои цветистые фразы.

Улыбка сбежала с его лица. С минуту он молчал. В душе его нарастало раздражение.

— Скажите пожалуйста! — воскликнул он язвительно-вежливым тоном. — Ей надоели мои фразы!.. Может быть, тебе надоела и моя дружба?

— А разве мы были друзьями?

— Вот как! Так кто же был твоим другом? Уж не этот ли голодранец Сашка?

Наташа встала и посмотрела ему прямо в глаза:

— Да, он был моим другом. И я больше никогда не позволю тебе говорить о нем ничего плохого.

Это было последним ударом. Лицо Валерия побледнело.

— Не позволишь? — проговорил он, задыхаясь от злости. — Не позволишь?! А кто ты такая, чтобы не позволить мне? Я… Я… А знаешь ли ты, кто он такой, твой Сашка? Не знаешь?! Так я тебе скажу.

Валерий прищурил глаза и, подойдя почти вплотную к Наташе, заговорил:

— У Сашки никогда не было отца! Вот!.. Его мать нарочно придумала, что отец Сашки погиб на фронте. Этого отца не знает ни один человек в городе. Его вообще никто не знает. Вот кто такой твой Сашка. — Валерий перевел дыхание. — Ты думаешь, почему он все время кричит о справедливости? Ему больше ничего не остается, как кричать об этом. Такие всегда требуют справедливости! Ну! Что ты теперь мне скажешь?

— Что я скажу тебе на это? То, что ты просто дрянной человечишка, — она усмехнулась, — хотя весь город знает, что у тебя есть высокопоставленный и всеми уважаемый папаша.

У Валерия перехватило дыхание. Впервые он не нашелся, что ответить. В нем все клокотало от бешенства. Он судорожно искал какую-нибудь ядовитую фразу, чтобы отомстить Наташе, и, не найдя ничего другого, выпалил:

— Впрочем, что я говорю о Сашке. Теперь ты занялась обработкой более важной птицы…

Он кивнул в сторону, куда ушел Андрей Иванович, и в то же мгновение голова его дернулась от удара, а щека запылала, как ошпаренная кипятком.

Валерий растерянно заморгал глазами. Это было настолько неожиданно, что сначала он даже не знал, как реагировать на поступок Наташи. Но в следующую минуту кулаки его сжались, и неизвестно чем закончился бы этот разговор, если бы он не услышал вдруг шагов за своей спиной.

Валерий обернулся, и глаза его встретились со спокойным, чуть насмешливым взглядом Андрея Ивановича. Было ясно, что он все видел.

— Андрей Иванович, вы видели? — воскликнул Валерий.

— Что?

— Как что? Она ударила меня!

Андрей Иванович пожал плечами:

— Нет, этого я не заметил.

Валерий подскочил к нему.

— Но это же безобразие.

— Да, пожалуй. Но я никогда не поверю, что ты можешь довести девушку до такого состояния, чтобы она тебя ударила.

Валерий круто повернулся и отошел в сторону. А Андрей Иванович как ни в чем не бывало вынул из кармана какой-то небольшой предмет и сказал:

— Посмотрите, что я принес.

В руках его был свинцово-серый металлический кубик с таким сильным блеском, какого Наташа не видела ни у одного минерала. Он сиял на солнце так, что на него было больно смотреть. Но Наташа не замечала этого. Красная от негодования и смущения, она молча теребила кончики кос, боясь поднять глаза на Андрея Ивановича.

Он подошел к ней ближе.

— Ну, что нос повесила? В нашем положении это не годится. — Он легонько тронул ее за подбородок. — Выше голову!

Наташа невесело улыбнулась.

— Вот так-то лучше. Смотри, что я нашел в нашей жиле! — Андрей Иванович положил ей в руку блестящий кубик с совершенно ровными и гладкими, словно отполированными, гранями. — Ради этого стоит и поголодать.

Кубик оказался настолько тяжелым, что Наташа чуть не выронила его из рук.

— Вот это кристаллик! — воскликнула она все еще вздрагивающим голосом, перекладывая кубик из одной руки в другую.

— А это как раз и не кристаллик! — возразил Андрей Иванович.

— Как не кристаллик? Что же это такое?

— Я выколол этот кубик сам из сплошного куска минерала.

Наташа недоверчиво посмотрела на Андрея Ивановича:

— Такой ровный?

— Да. И это не составило мне никакого труда. Смотри!

Андрей Иванович взял у нее кубик и легонько ударил по нему молотком. Он разлетелся на множество мелких кубиков.

— Ой! Какая жалость! — воскликнула Наташа. — Зачем вы это сделали?

Андрей Иванович рассмеялся:

— Не горюй! Я просто хотел тебе показать, как легко колется этот минерал на кубики. Это его характернейшее свойство — совершенная спайность по кубу. А образцы его у меня есть еще.

Андрей Иванович порылся в кармане и вынул целую пригоршню больших и маленьких кубиков. Одни из них были совершенно гладкими. Другие покрыты ровными прямоугольными ступеньками. Но и те и другие ослепительно сверкали.

Наташа взяла в руки один из ступенчатых кубиков и вдруг вспомнила, что нечто подобное она видела в музее у Петра Ильича.

— Андрей Иванович! А я знаю, что это такое.

— Да ну?

— Да. Это галенит. Верно? Я видела его в минералогическом музее.

— Верно, Наташа. Это галенит, или свинцовый блеск. Важнейшая свинцовая руда. И ты знаешь, сколько его в этой жиле!.. Вот какую услугу оказал нам твой пушистый войлочек. Кроме галенита здесь наверняка есть и другие ценные минералы. Но… нам надо двигаться дальше. А сюда мы еще вернемся.

На следующий день они остановились на отдых раньше обычного. Наташа совершенно выбилась из сил, и Андрей Иванович велел готовиться к ночлегу. Взобравшись на ровный сухой пригорок, ребята сразу же повалились на траву, а геолог пошел в лес набрать хвороста для костра.

В лесу было сумрачно и сыро. Миновав густые заросли ельника, росшего на опушке, Андрей Иванович направился к сухому завалу. Но не успел он сделать и десятка шагов, как увидел множество маленьких холмиков, беспорядочно разбросанных по лесу. Между ними виднелись заметные углубления.

Что бы это могло быть? Неужели древние выработки? Геолог решил осмотреть их и вскоре наткнулся на груду камней, напоминающую развалины большого горна или печи. Возле нее возвышался большой бугор, еле прикрытый чахлым мхом.

Андрей Иванович склонился над ним.