Меченная демоном - Облачная Марина - Страница 25

Я закрыла его губы рукой.

- Я делаю то, что должна делать. Помоги мне снова в тебя поверить.

Казалось, пронзительные глаза отца заглянули до самого дна души.

- Хорошо, - наконец произнес он. - Ты только не потеряй себя, Янни, моя радость.

С этими словами Руфус эрн Олорэ вышел из комнаты. Я не стала говорить ему, что беспечной Янни давно не существует, что ее изжила язва Ди.

Ветер дул все сильнее, постепенно перерастая в смерч. Меня начало неодолимо тянуть вверх. Бездна, представляю себе, как обрадуется Яррей, если из порта выпрыгну одна я. К реву воздушной тяги добавились глухие удары сверху. Инстинкт самосохранения настойчиво советовал отпустить трубу водостока и отдаться на волю порта. Наконец дверь открылась, тело демона залетело прямо в воронку, голос отца прокричал:

- Живее, я задержу их!

Я расцепила пальцы, и гравитация снова сошла с ума.

ГЛАВА 9

в которой все идет наперекосяк

Перед глазами дрожали и сливались разноцветные пятна. Наконец осталось только два: в одном я узнала бледный профиль Яррей, а другое, надо понимать, сгусток алого пламени у нее за плечом. Пламя давало больше тени, чем света, выхватывало из темноты дощатые бока каких-то коробов, ларей, массивы тюков.

Я села. Пол покачивался, снаружи приглушенно плескала вода. Не доверяя вестибулярному аппарату, пережившему муки порта, я на четвереньках подползла к чародейке. Та водила руками над Зешш-Итео, который лежал навзничь и редко моргал. Что с ним сотворил Укротитель?

- Мощные Тормозящие чары. Я сделаю все, что смогу, но все равно отходить будет несколько боев, - хмуро отозвалась Яррей, и я поняла, что вновь думала вслух.

Уф, могло быть и хуже. Чары хотя бы действуют только на близком расстоянии. Было б то заклятье, лежал бы лежнем до тех пор, пока мы не отыскали бы носитель (что затруднительно и довольно-таки противно: обычно их вводят внутрь).

Закончив с демоном, мажиня дала волю негодованию:

- Почему так долго? Порт уже начал закрываться. Я чуть с ума не сошла! - свистящим шепотом выпалила она.

У меня внутри извергся маленький, но очень злой вулкан.

- Долго?! Да мы четыре перезвона ждали, когда откроется клятый порт! Попали в лапы Гильдии! Чудом спаслись! А она еще недовольна, долго, видите ли! - голос сорвался на самой высокой ноте, я надсадно закашлялась.

- Тише, тише, - чародейка замахала руками с паническим выражением на лице. - Нас могут услышать.

Не поняла? Мы ведь вроде как в безопасности на корабле. Или нет?

- Яррей, в чем дело? - я тоже перешла на зловещий шепот.

Та опустила голову, будто провинившийся ребенок.

- Я чуть было не провалила легенду. Глупо вышло: у всех на виду выронила сумку, из нее вещи посыпались. Капитан как увидел спектральный определитель, в лице переменился. "Откуда?" спрашивает. Я соврала, что от наставника осталась, храню, как память. Ну, он вроде бы поверил. Только с тех пор меня ни на звяк одну не оставляют. Постоянно рядом либо сам капитан, либо один из его заместителей. Я все думаю, видел ли кто, что пирамидка начала менять цвет? Если да, то все пропало.

Ох уж эта мне паникерша!

- А ты не думала, что просто-напросто приглянулась капитану, и таким образом он проявляет заботу? Ведь молодая женщина на корабле - это...

- О, сьер Ворон сама любезность, - даже в неровном свете магического светильника было видно, как покраснела молодая женщина. - Но я чувствую, что он не доверяет мне.

Грех не воспользоваться такой оплошностью.

- Ах, он для нас уже просто Во-орон? - с ехидцей протянула я. - А как же Вечная Любовь?

Негасимое пламя зафыркало, зашипело, как разъяренная кошка. Я ожидала, что чародейка ответит в своей обычной язвительной манере, к примеру, пройдется по поводу моего лица, которое впервые видела без покрова. А потом мы, само собой, поссоримся, выпустим пар и разойдемся, умиротворенные. Однако она сдержалась и почти миролюбивым тоном(!) попросила:

- Давай не будем тратить время на взаимные оскорбления. Мое исчезновение могут обнаружить в любой момент, и тогда... - она поежилась.

Страхи чародейки казались мне сильно преувеличенными, о чем я не преминула сообщить:

- Моряки, конечно, магов недолюбливают, но не до такой же степени, чтобы из-за профессиональных счетов бросать за борт.

- О, за борт меня не сбросят, - Яррей невесело усмехнулась. - Всего лишь закуют в ректонит и продадут в рабство. Капитан был так любезен, что поведал мне о роде своих занятий.

О боги... Вернее, одна конкретная богиня, есть ли предел твоей жестокости? Как ты могла подсунуть нам пирата-маготорговца?

Я могу влиять только на твой Путь, не на ее, проскрипел в голове сварливый голос. Похоже, Владычица Путей тоже не слишком довольна развитием событий.

Маготорговцы - явление не новое. Вопрос в том, каким ветром одного из них занесло в Южный Причал. Для этого надо быть либо самоубийцей, либо больным на всю голову, либо запредельно наглым. Один шанс на миллион, что маготорговец выживет в Великом Навире.

Маги и пираты, охотники и жертвы. Вот только роли постоянно меняются.

Представьте себе реку, кишащую зубаньями. Стайка таких рыбок может в считанные тики превратить человека в остов без единого кусочка плоти. В родной стихии зубаньи всемогущи. Но вытащите одну из них на берег (будьте готовы расстаться как минимум с парой пальцев), и она окажется совершенно беспомощной.

Представьте себе, что река - Великий Навир, а Гильдия - стая зубаний. В нашей стране магов в десятки раз больше, чем во всем мире. Увы, вся сила Гильдии - в (вынужденном) единстве. Обезвредить отбившегося от стаи мага-одиночку проще простого. Есть особый сплав, ректонит называется. Закуйте мага в ректонит, и сила замкнется внутри, ее нельзя будет ни расходовать, ни накапливать. Кстати, это единственное вещество, которое действует на Пожирающих души. В Навире сплав под запретом (исключение - Демонов Склеп), а вот за его пределами в свободном доступе. Отчасти именно поэтому наша страна отгородилась от внешнего мира горными массивами и береговыми рифами. До сего момента пираты казались мне своеобразным щитом: из-за них гильдийцы не сунут носа за границу. То, что добычей маготорговцев может стать кто-то из нас, в голову почему-то не приходило. А должно бы. Вольно же мне наступать второй раз на одни и те же грабли!

Мозг усиленно искал выход из сложившейся ситуации.

- Тебе надо утроить усилия по обольщению этого пирата, - решила я наконец. - Если он в тебя по-настоящему влюбится, демона-с-два кому продаст. А то, глядишь, и поможет за просто так.

Яррей покачала головой:

- Ты просто не знаешь, КАК он ненавидит магов. Ты бы слышала, как он о нас говорит. Это не профессиональное, это личное: сьер Ворон как-то обмолвился, что гильдийцы очень дурно обошлись с его сестрой.

Я закусила губу. К сожалению, некоторые маги убеждены, что люди - существа низшего сорта, и обращаются с ними соответственно. Естественно, все истории, порочащие честь Гильдии, замалчиваются. Взятки, запугивание, стирание памяти - в ход идет все. Оказывается, иногда выходят проколы.

- Что ты предлагаешь делать?

- Сидеть в трюме. Если капитан вас увидит, сложит один плюс один и получит два. Тогда нам всем конец: ректонита у него предостаточно.

Время тянулось, как густой сироп. Каждый долгий, как вечность, миг был наполнен тревогой. За отца. За Яррей. За демона. За себя. Чтобы делать хоть что-то, я развила суету вокруг Зешш-Итео, устроила ему роскошное ложе из тюков. Потом оборудовала отхожее место, закляв от запаха пустой бочонок. Потом принялась исследовать трюм. Ничего особенного. Единственная находка, стоящая внимания - ящик с галетами, за который пришлось сразиться с ударными отрядами корабельных крыс. Ну и прыткие же твари! Вдоволь погоняв грызунов шаровой молнией, я поняла, чем себя занять.