Меченная демоном - Облачная Марина - Страница 26

Чары... В юности я грезила о них отчаянно и безнадежно, как безногий может грезить о горячем скакуне. Пирамидка в моих руках раз от раза упрямо окрашивалась в цвет индиго, но я убедила себя, что я вне спектра, что способности проявятся, только нужен небольшой толчок. Отсюда все мои эскапады: чтобы проявить белого мага, требуется сильная эмоциональная встряска. Схватка с демоном - куда уж сильнее? Судьба сыграла странную шутку: дождись я посвящения в подмастерья и узнай, как можно повысить уровень, как пить дать в лепешку разбилась бы, лишь бы выслужить Пожирающего. А потом, будто одного раза было мало, выкинула еще один трюк: Зешш-Итео все-таки добавил мне силы, хотя я этого не желала. Но будь я проклята, если не собираюсь ее использовать!

Чары... кружево чистой силы. Одно и то же плетение дает разные результаты, смотря в какую стихию его облечь. В теории каждый маг может использовать любую из стихий. На практике ограничиваются одной-двумя: чем больше маг отождествляет себя с избранной стихией, тем легче дается волшебство, и тем оно мощнее. Яррей, к примеру, выбрала огонь, который отражает ее пылкую (и вспыльчивую) натуру. Отец предпочитает землю, да он и сам как скала. А мне после долгих лет заклинательства легче всего поддается металл.

Говорят, что, используя сразу несколько стихий, можно заработать проблемы с психикой. Но искушение слишком велико. Я знаю одну-единственную чару, но знаю ее назубок. Ну-ка, попробуем...

- Ди?

Голос демона отвлек меня от экспериментов со сгустком негасимого огня. От тех, которые делала Яррей, он отличался меньшими размерами и сине-зеленым цветом (все-таки не удалось до конца очистить чару от влияния металла). Я пыталась заставить пламя следовать за мной, но сгусток то зависал на месте, то суматошно носился по трюму, так и норовя что-нибудь поджечь.

- О, очнулся наконец, - обрадовалась я. Какая-никакая, а компания.

- Где мы? - Зешш-Итео диковато озирался.

- Да корабль это, корабль.

Демон с недоумением разглядывал свое ложе, словно гадая, откуда оно могло взяться. После продолжительного молчания я неловко спросила:

- Ты как вообще?

- ?

- Может, болит что-нибудь?

Да что за чушь я порю? Но язык, стосковавшийся по речи, молол что попало:

- Ты уж извини, придется посидеть взаперти до конца плавания.

- ???

На бедного Зешш-Итео было жалко смотреть: челюсть упала, глаза выпучены, того и гляди начнет щипать себя, чтобы проснуться. Оно и понятно. Понятие "человечность" даже близко не передает отношение мага-хозяина к слуге-демону. Чего уж там, я сама показала себя не с лучшей стороны. Удобно попрекать и третировать того, кто полностью в твоей власти.

- Гм, послушай, я тут хотела извиниться перед тобой, гм, - я запнулась. Обращения "демон", "душеглот" и другие прозвища, которыми я его щедро одаривала, вдруг показались неуместными.

- Гм, Зешш? - рискнула я.

Тот скривился. Н-да, пожалуй, неудачная мысль. На древнесарийском "зешш", наверное, означает нечто вроде "высасывать-и-глотать". А что, если...

- Итео?

Он просительно заглянул мне в глаза:

- Хочу быть Ллоем.

Ну нет, так далеко мое свежеприобретенное сострадание не простиралось. Впрочем, он и не настаивал.

На том с лирикой было покончено. Настал черед насущных проблем.

- Как долго ты можешь протянуть без пищи? - прямо спросила я.

За что уважаю Зешш-Итео, так это за то, что он никогда не играет в непонятки.

- Раз, два, три, четыре. Четыре дня и еще полстолько, - он считал, старательно загибая пальцы. Вообще я заметила, что чем дольше демон "голодает", тем сильнее проявляются природные данные тела-носителя.

- Уверен?

Он вздохнул:

- Пробовал. Хотел уйти. Ушло... одно тело.

Четыре перезвона минуло, осталось два. Негусто. Впрочем, мелкой хвостатой живности в трюме предостаточно. А пока демон еще вменяем, надо прояснить некоторые важные вопросы.

- Знаешь, мне сказали что между нами необычная связь. Ты понимаешь, о чем речь?

Он кивнул.

- А объяснить можешь?

Зешш-Итео принялся массировать виски.

- Связь - это больно. Тяжело. Давит, - он потер шею. - С тобой не так. Словно ты и я - это одно.

Бездна, вот тут я испугалась не на шутку. С самого начала мне было на редкость уютно в компании Ллоя, будто наедине с самой собой. Это беспокоило, но совсем чуть-чуть. К тому же я нашла, чем обяснить свои чувства. Когда обнаружилось, что он демон, все изменилось. Ощущать внутреннее родство с Пожирающем души мерзко и противоестественно, даже мысль о совокуплении с удавом мне так не претила. Надо ли объяснять, почему я страстно желала отделаться от "слуги" и что было сил отбрыкивалась от навязанной богами миссии?

- Когда... - в горле пересохло. - Когда связь возникла?

- Когда посмотрел в глаза, - бесхитростный ответ Зешш-Итео стал последней хворостиной в мой погребальный костер.

Папа был прав.

ЭТО болезнь.

ЭТО началось давно.

ЭТО уже безнадежно?

Посмотрим.

Я стиснула зубы. Без боя не сдамся!

Когда я вывалила свои озарения на Яррей, та удрученно покачала головой:

- Вот что творит изоляция в замкнутом пространстве.

Мне стало обидно. В качестве сокрушительного аргумента я пересказала мажине слова отца и Укротителя, обильно снабдив их своими комментариями.

- Хорошо-хорошо, я над этим подумаю, - подозрительно ласково отозвалась та. - А ты мозг не напрягай, отоспись, помедитируй, книжку вон почитай, - она сунула мне затертый томик поэзии.

Я топнула ногой. Ее неверие еще выйдет нам боком!

Отчаявшись убедить Яррей, я взялась за демона:

- Послушай-ка, ты ведь жил сотни раз. Напряги извилины! Ты обязан помнить, как распутать стоклятую связь.

Но Зешш-Итео только руками развел.

- Не могу. Новое тело - новая память.

Вот гадство! Богиня, ну ты-то что молчишь?

Но вскоре проблему Связи заслонила непосредственная угроза.

Голодный демон.

Отведав крысятины, Зешш-Итео никого не узнавал, прятался по углам и с тупым упорством грыз деревянное днище трюма. Однако с каждым боем он слабел все больше.

- Он не насыщается, - кусала губы Яррей. - Объем крысиной души слишком ничтожен.

- Но их же здесь много, - я хваталась за эту истину, как утопающий за соломинку.

- Попробуй напои умирающего от жажды из пипетки, - соломинка позорно затонула.

Вскоре после этого разговора чародейка приволокла огромного лосося.

- Ты не представляешь, каких трудов мне стоило его позаимствовать, - промолвила она, утирая пот.

Однако ее подвиг оказался напрасным: человек-крыса с аппетитом слопал угощение, но демону от этого лучше не стало.

- Как думаешь, это можно принять за доказательство теории об отсутствии души у рыб? - в Яррей не вовремя проснулся ученый. Нашла время размышлять на отвлеченные темы!

- Сделай хоть что-нибудь, - взвыла я. - Он погибает!

Мажиня закатила глаза.

- Диянни, собери мозги в кучку. Это же Зешш-Итео. Смерть для него все равно что для нас послеобеденный сон.

А то я не знаю.

- Сама собери! Что будет, если он умрет вот так? Куда перейдет сущность Пожирающего?

Настал черед Яррей задуматься.

- Вероятно, в ближайшее тело.

Вот-вот, и я о том же. Кто у нас "ближайшее тело"?

Мажиня запустила пальцы в шевелюру.

- Мне надо все обдумать.

На следующий день чародейке долго не удавалось ускользнуть из-под бдительного ока капитана. Едва припортовавшись, она заявила:

- Я вижу лишь один выход - пожертвовать кем-то из экипажа.

Хладнокровно выбрать и принести жертву? Брр. Я не пошла бы на такое даже ради спасения собственной души. Не говоря уже о том, что вся конспирация полетит в бездну. Впрочем, у меня созрело другое предложение: