Строптивая невеста - Коултер Кэтрин - Страница 76

София смотрела на происходящее с выражением растерянной радости на лице. Синджен подбежала к Софии и, схватив ее за руку, взволнованно заговорила:

— Софи, это совсем не то, что ты, наверное, подумала, клянусь тебе.

— А я ничего такого и не подумала, — ответила София. — Райдер не может быть их отцом, во всяком случае, их всех. Посмотри, вон тому высокому мальчику на вид лет тринадцать — четырнадцать, а Райдеру — двадцать шесть, вот и считай… И вообще я уже поняла: у моего мужа все не как у людей.

— Они все — его дети, но по-настоящему только Дженни его дочка. Но он любит их всех. Он каждого ребенка спас, кого — от болезни, кого — от несчастья, среди них есть даже один найденыш, Райдер наткнулся на него прямо на улице…

В этот момент к Софии подошел Райдер вместе с кричащей и визжащей оравой и, не глядя на жену, сказал:

— Это мои дети. Познакомься.

София, улыбаясь, познакомилась со всеми и для каждого ребенка нашла добрые, ласковые слова. Краем глаза она наблюдала за Райдером и заметила, что он удивлен.

Когда процедура знакомства закончилась, Райдер строго сказал:

— А теперь, озорники и озорницы, вы отправитесь вместе с Синджен и Джереми на кухню, там миссис Чиверз и кухарка угостят вас чем-нибудь вкусным. Я приду позже и расскажу вам, почему в доме нет никакой мебели, договорились?

— А я расскажу вам о привидении, — добавила Синджен, — о призраке Новобрачной Девы. Вдруг он из Нортклифф-холла перебрался в Чедвик-хаус вслед за Райдером?

Одна из девочек, Эми, вскрикнула от восторга и ужаса.

Дети ушли, и Райдер, взяв жену за руку, подвел к маленькой девочке, стоявшей в стороне. Встав перед ребенком на колени, он протянул вперед руки, и девочка пошла к нему. Он обнял ее, стал целовать ее волосы, гладить голову, спину.

— Ах, Дженни, малютка моя, я так без тебя скучал. Познакомься с Софи, любовь моя. Софи хорошая, хотя и не такая красивая, как ты. — Райдеру с трудом удалось успокоить ее.

Райдер посмотрел на жену, и она увидела в его глазах тревожное выражение и моментально поняла причину тревоги: Райдер боялся, что она, его жена, встретит девочку неприветливо.

София опустилась рядом с мужем на колени и ласково обратилась к ребенку:

— Привет, Дженни. Какое у тебя красивое платьице. Я очень рада, что ты здесь, твой папа тревожился о тебе, малышка. Сколько тебе лет?

Райдер взял правую руку дочери и, загнув вниз большой палец, сказал:

— Один.

Девочка повторила вслед за ним:

— Один.

Райдер согнул еще три маленьких пальчика, а четвертый — лишь до половины.

— Итак, — сказал он, — нам четыре с половиной года. Правда, Дженни?

— Да, папа, — ответила девочка.

— Какая ты уже большая, — сказала Софи, — и какой у тебя красивый медальон! Можно я посмотрю?

Девочка медленно протянула ручку к Софии и дотронулась кончиками пальцев до ее ладони, а потом протянула медальон. София открыла медальон и увидела внутри два миниатюрных портрета.

— О, какие замечательные портреты! — воскликнула она. — Это, конечно, ты, Дженни, и твоя мама. Твоя мама красивая, и ты тоже. А вот глазки у тебя папины, голубые-голубые.

— Папа, — сказала Дженни и обняла Райдера за шею, уткнувшись личиком в его щеку.

Райдер, гордый, сияющий, довольный, объяснил:

— Это одно из ее новых слов. Дженни — обратился он к дочке, — идем-ка в дом и выпьем лимонада. Софи пойдет вместе с нами.

На кухне творилось нечто невообразимое. Дети шумели, возились, бегали, а миссис Чиверз и кухарка, миссис Бедлок, выглядели так, словно попали в сумасшедший дом, правда, они при этом добродушно улыбались. Детей утихомирила Синджен и рассадила их на полу, а затем, получив из рук кухарки огромное блюдо с печеньем и пирожными, разложила лакомства по тарелкам и раздала детям.

Когда Райдер, Софи и Дженни вошли на кухню, миссис Чиверз пожаловалась:

— С такими аппетитами, как у этих маленьких обжор, у нас скоро ничего из съестного не останется. У меня трое внуков, и они всегда едят столько, словно наедаются на всю оставшуюся жизнь.

— Тогда мы пошлем в Лоуэр-Слотер миссис Бедлок, чтобы она скупила всю провизию в городе, — весело предложила Софи.

Райдер почему-то покраснел, посмотрел на жену, но она отвела взгляд, чему он был несказанно рад.

Следующие несколько часов он был занят с детьми и, как мог, избегал Софию, что было сделать легко, так как его вниманием всецело завладели дети, которым нужно было все показать, провести по дому, рассказать о коварном мистере Дьюбусте и других новостях. София, видя, что муж избегает ее, спокойно занялась домашними делами, а вечером, встретив Райдера в коридоре, не дала мужу проскользнуть мимо и буквально приперла его к стенке.

— Не спеши, Райдер. Мне надо поговорить с тобой, и ты меня выслушаешь, а если нет — тебе придется горько пожалеть об этом.

Райдер от слов жены моментально вспылил и спросил:

— Интересно, как ты собираешься меня здесь удержать? Силой? Привяжешь меня или загородишь своим телом дорогу?

— Я серьезно, Райдер. Давай немного прогуляемся на воздухе.

Райдер раздраженно передернул плечами и не оглядываясь пошел к выходу, а София заспешила вслед за мужем. Они вышли из дома и направились к небольшому яблоневому саду. Неподалеку играли дети, с ними была Синджен, исполняющая одновременно роль наставницы и няньки и очень довольная собой и своими подопечными. В саду было тихо, и Райдер, не желая первым начинать разговор, молча шагал по дорожке, пока наконец София не сказала засмеявшись:

— Ты меня позабавил сегодня, Райдер. В самом деле. И я знаю, почему ты избегал меня весь день и почему ты до сих пор смущен. Я не поверила тому, что все эти дети — твои и нанесла жестокий удар по твоему мужскому самолюбию.

— Иди к черту, Софи.

— Ты от меня так просто не отделаешься, дорогой муженек. Ты смущен еще и потому, что сегодня я увидела твое истинное лицо. На поверку ты оказался не самоуверенным баловнем судьбы, которому на все и всех наплевать, а добрым, благородным человеком, у которого в груди бьется любящее сердце. И ты из-за этого расстроен, не так ли?

— К чему ты клонишь? Что тебе напела эта несносная девчонка Синджен? И не делай из меня какого-то дурака.

— Синджен действительно мне много чего рассказала. Пока ты всеми правдами и неправдами скрывался от меня, я приперла ее к стенке и «несносная» девчонка выложила мне все. Она поначалу боялась, бедняжка что я возьму ружье и застрелю тебя. Потом, поняв, что я вовсе не такая кровожадная, какой она — да и ты меня считали, она начала рассказывать о твоих любимцах, о том, что ты не хочешь, чтобы кто-либо вмешивался в твои с ними отношения, что даже твои родственники не знают о детях, что она сама узнала о них случайно. Ты считаешь, что эти дети — твое личное дело, ты тратишь на них свои собственные деньги, те деньги, что оставил тебе в наследство дядя Брэндон. Бедный дядюшка, как предполагает Синджен, наверное, не раз перевернулся в гробу от твоей филантропии, но он, понятно, не в силах помешать тебе. Зато те добрые дела, что ты творишь с помощью денег дяди, помогут ему попасть в рай, так, во всяком случае, думает твоя сестра.

— Моя сестра… Она ведет себя безобразно, а язык у нее как помело. Она, видимо, рассказала тебе и о квартальных встречах, чтоб у нее язык отсох!

София удивленно посмотрела на мужа.

— А-а, — удовлетворенно сказал он, — болтушка кое о чем все-таки умолчала. Забудь о том, что я сказал, Софи.

— Забыть? Ни за что! С какой стати? Немедленно выкладывай, что это еще за квартальные встречи такие? Я жду.

Райдер выругался.

— Ругайся, сколько хочешь, — заметила его жена, — тебя это не спасет. Итак?

— Вот черт. Ну ладно. Дуглас и я регулярно, раз в квартал, встречались в его кабинете и пересчитывали моих детей. Ты понимаешь, время от времени появлялись новые ребятишки. Дуглас считает их всех моими внебрачными детьми.

— Представляю, как он изумится, когда узнает правду!