Кровь в огне (СИ) - Бондарь Ирина Михайловна - Страница 11

— Но… — я никак не могла понять, ведь все, что мне было известно о вампирах из человеческого курса о других расах, немного не вписывалось в картину, нарисованную Кайтом.

— Есть и досадные исключения. У вампиров сейчас насчитывается одиннадцать кланов, каждый из которых подчиняется своему князю, а те, в свою очередь, Старшему Князю, главе нашего народа. Но есть и такие, кто не согласен с политикой Старшего насчет людей, тогда они покидают наши территории и живут отдельно, становясь бескланниками. Они-то и уподобляются древним предкам, охотясь на людей, как на животных, ставя под угрозу наше существование. О них известно человеческому правительству, так что ведется целенаправленная охота. Кстати, законопослушные вампиры, которые постоянно проживают в том или ином человеческом городе, обязательно регистрируются в отделениях магического патруля, так что с ними не возникает проблем.

— А как же то, что я слышала об «усыплении вампиром»? Это для кого придумано, если мы не убиваем людей?

— Для тех, кто не считает необходимым соблюдать установленные правила, но и не хочет попасть на человеческий костер. Для наркоманов и слабаков, не способных контролировать себя и вовремя остановиться. Кстати, учитывая твое необычное происхождение, должен спросить, скольких людей ты убила, пока не научилась справляться? Ведь не было никого, кто мог бы рассказать тебе о народе и наших правилах. Удивительно, между прочим, что тебя не поймали в первые же несколько недель, ведь молодой вампир да еще и без опытного сопровождающего гораздо более уязвим, чем все думают.

— Я никого не убивала! — меня слегка оскорбил последний вопрос наставника. — Неужели я похожа на чокнутую безумную психопатку?

— Рэй, дело не в твоем умственном развитии или состоянии, а в физиологии. Таковы все вампиры, да и обращенный насильно сходит с ума в первую же неделю без поддержки, от жажды и боли перехода.

— Я не убивала! Безумие было, но…не знаю, чувство мести, за которое вы так меня осуждаете, пересилило все, даже жажду. Хотя, первая неделя действительно была самой трудной.

— Но как же ты жила с этим?

— Я и сама не знаю. Просто…я была слишком поглощена болью и местью, слишком хорошо помнила ужас и отвращение, когда тот сумасшедший вампир рвал меня на площади, что не могла и помыслить о том, чтобы самой укусить кого-то, а о существовании заведений, где за пригоршню золота меня с радостью бы накормили, не знала. В конце первой недели, когда совсем ослабла, на меня напал какой-то маньяк и тут-то это случилось. Первое причастие, так сказать, — я криво усмехнулась. — И все равно на краю сознания билась мысль, что так нельзя, так что даже этого самого первого моего маньяка я не допила до конца, не использовала яд. После чего в голову пришла замечательная мысль, что так можно выходить из положения: и людям не вредить, и себя не забывать. Так и начала выслеживать всех тех уродов, которые промышляли охотой на девчонок. Я ни одного из них не убила, честно!

Лицо Кайта оставалось неподвижным, но я понимала, как он потрясен, изумление пробивалось сквозь щиты, а я в последнее время очень продвинулась в изучении своего эмпатического дара.

— Я тебе верю. И, знаешь, в очередной раз ты удивляешь меня, заставляя радоваться тому, что наши пути пересеклись, — я покраснела: крайне редко Кайт хвалил меня. — Проведя столько времени в исследованиях, я сделал вывод, что убийство людей при кормлении, лишает нас небольшой части силы и еще чего-то неуловимого, благодаря чему мы способны испытывать нормальные чувства, как и все живые существа. Вампиры, которые не могут оставить так называемого «донора» вживых, спустя некоторое время уже не способны воспринимать мир нормально, радоваться, любить, наслаждаться жизнью. Остается жажда, злоба, желание причинить боль, ненависть, враждебность, в общем, только темная сторона личности. Остальное отмирает за ненадобностью под действием чужих смертей.

— Но…наставник, разве и мы не мертвы? — признаюсь, меня до сих пор преследовало в кошмарах мое пробуждение в гробу, бррр!

— Нет. Прислушайся к себе, ведь твое сердце бьется.

— Ну и что! Ведь я умерла, и меня даже похоронили в уютной могилке на красивом кладбище, — в голосе прорезались чуть истеричные нотки.

Итак, кроме магии, истории, боевых искусств и прочих полезных занятий добавился еще один предмет: анатомия и физиология вампиров.

— Основой существования вампиров является магия смерти, — наставник неторопливо мерил шагами класс, пока я торопливо конспектировала лекции. — как ты, наверное, уже знаешь, в нашем мире существует два вида вампиров, истинные и обращенные.

— В нашем? Значит, вампиры есть и в других мирах?

— В Паутине миров обитает великое множество вампиров, даже таких, кто может находиться на солнце круглые сутки или обладать способностями, которых нет у нас. Но во всех есть одна черта: ни один вампир не может обойтись без крови. Кого-то устраивает охота на животных, кто-то охотится за людьми или представителями других рас, есть затейники, которые разработали искусственный заменитель. Но, в общем, смысл всегда один. Не перебивай. Истинные вампиры — раса с особенными способностями, сотворенная некогда нашими создателями драконами. У нас так же истинными называют тех, кто родился от браков людей и вампиров, но это не совсем верно, хоть и близко к истине. Всем вампирам нужна кровь, как одна из неизменных составляющих рациона, а такие полулюди-полувампиры в этой добавке уже не нуждаются, наследуя многое от обеих рас, но и теряя кое-что, лишенные крыльев, как у вампиров, неспособные выходить на солнце, как люди. У вампиров детей быть не может, поэтому существует процедура усыновления, когда пара берет из человеческого приюта ребенка и обращает его. Мы берем только безнадежно больных детей, которым суждено жить не дольше нескольких лет, воспитываем их, а когда приходит время, обращаем, после чего ребенок продолжает расти, формироваться умственно и физически, становясь полноценным членом семьи. По нашим законам семья не имеет права иметь более двух детей, кроме того, обращение дозволено проводить только тем, кому исполнилось более двухсот лет, таким образом численность вампиров остается достаточно небольшой. За нарушение правил преступники караются смертью, причем казнят не только их, но и обращенного. Жестокое правило, но необходимое.

Я записывала, поражаясь количеству ограничений в вампирьем обществе, множеству условностей, которые помогали малочисленному народу выживать в соседстве с другими сильными расами.

— За насильное обращение тоже полагается смертная казнь, но, поскольку такое способен совершить только безумец, да и после подобного превращения новорожденный вампир сходит с ума, уже давно не было подобных случаев.

— Что ж, значит, мне повезло, — горько прокомментировала я.

— Рэй, преступников отлавливают и карают очень жестко! Наша психика очень сильна и гибка, вампиры практически никогда не теряют рассудка, за исключением новорожденных, такие не живут долго. Даже могу предположить, что твой сир уже давно наказан, — Наставник рассматривал темные облака, затянувшие ночное небо.

— Сир это тот, кто обратил меня?

— Да.

— Надеюсь, что это не так. Что-то мне подсказывает — я права.

— Не что-то, а чутье. Обращенный и обративший связаны, ты права, это означает, что сумасшедший убийца все еще на свободе.

— А подробнее об этой связи?

— Позже. Обращенными вампирами называют тех, кто преобразился под действием магии смерти, заключенной в вампирьем яде. Отравленный и укушенный человек, в котором оставили от нескольких капель до одного литра крови, умирает, от двух до пяти дней считается мертвым, в то же время его тело меняется, появляются новые органы, новые чувства, крылья, внутренняя структура организма становится иной. После того, как метаморфозы завершены, сердце снова начинает биться под воздействием все той же магии, так рождается вампир, сохраняющий личность и воспоминания умершего человека. Но ты не мертва, Рэй, ты просто стала существом другого вида, иной расы. Кстати, сердца у тебя теперь два, если ты до сих пор не заметила. Одно находится посередине груди, защищенное уплотненным щитом из сросшихся костей, второе — чуть ниже и правее, меньшее по размеру, дублирующее функции основного. Там, где было твое сердце раньше, теперь пусто. Большое и малое сердца бьются по очереди, медленнее, чем человеческие, создавая впечатление нормального ровного пульса. Кости становятся на порядок крепче человеческих, улучшается способность к регенерации, уменьшаются легкие, поскольку потребность в воздухе тоже сокращается, температура тела повышается на несколько градусов, но наша кожа обладает повышенной устойчивостью к воздействиям окружающей среды, так что она холоднее на ощупь, чем у людей. Крылья, собственно, представляют собой сгустки энергии и чистой магии, как ты уже поняла, их можно прятать в теле и извлекать по необходимости, в бою они могут стать вполне материальными, доставляя противнику немало хлопот. Эти изменения касаются и мозга, способа мыслить и думать, именно поэтому присутствие сира обязательно при пробуждении. И вот почему новорожденный вампир при отсутствии опытного наставника сходит с ума — старые воспоминания и новое восприятие конфликтуют, выводя из равновесия. Тебя спасло чувство мести, но это единственный случай, который мне известен, а почти две тысячи лет исследований чего-то да стоят.