Гость из пекла - Волынская Илона - Страница 74

– Но, дорогой… – снова возразила мама. – Я все равно не понимаю! Как тебе, взрослому мужчине, серьезному бизнесмену, может помочь моя девочка?

– Наша… наша девочка, дорогая, – с усмешкой в голосе напомнил Тео. – Скажем так… У Ирэн есть возможности… и связи.

– У девочки тринадцати лет? – изумилась мама.

– Почти тринадцати. Тринадцать еще не исполнилось, в этом и прелесть, – напомнил Тео. – Послушай меня очень внимательно, дорогая… – Голос Тео вдруг зазвучал серьезно и проникновенно.

Конечно, Ирка не могла его видеть, но была уверена, что он взял маму за руки, и добрые кроткие глаза из-под стекол кругленьких очочек, делающих Тео таким трогательным и беззащитным, теперь заглядывают маме в лицо.

– В Германию мы вернуться не можем. У меня и раньше было там не очень надежное положение, а теперь… – Тео не закончил, только вздохнул, и мама также вздохнула ему вунисон. – Здесь тоже плохо. Все активы были вложены в банк, и считай, они пропали. Кроме того, меня ждет долгое разбирательство с вашими властями по поводу взрыва и гибели моих сотрудников… And where all their bodies disappeared[31], – снова по-английски добавил Тео. – Чем это разбирательство может закончиться, я даже боюсь и подумать. Говорят, ваша полиция не слишком заинтересована в поискахнастоящего виновного – ей главное, как это говорится, закрыть дело. Найти, на кого свалить вину, и чем для такого плох нищий немец?

Мама громко всхлипнула:

– Как такое могло произойти…

– Дорогая, поверь мне… Вот просто поверь на слово, ладно? Если бы не твоя дочь, никакой бы катастрофы не произошло. Мы бы сейчас снова поехали смотреть участки под дом, может, заехали в магазин, купили бы тебе какую-нибудь мелочь за пару тысяч евро… Веришь?

– Как я могу тебе не верить? – явно сквозь слезы пробормотала мама – ей было безумно жаль этого прекрасного дня, который так и не состоится! – Ты меня никогда не обманывал. Говорил, куплю колечко – покупал колечко, говорил, куплю шубку – покупал шубку…

– Вот видишь! Но теперь я получаюсь лгун перед тобой – ведь я не могу выполнить других обещаний! Мне не на что купить тебе дом. Еще я тут присмотрел в автосалоне очаровательный небольшой «Рено»… а через пару лет, как раскрутимся, можно было бы на «Порш» поменять… Но что об этом говорить, ничего ведь не осталось! Мне придется искать работу – возможно, кассиром, как думаешь, меня возьмут кассиром?

Мама в ответ снова горестно всхлипнула.

– Прости, но тебе тоже придется искать работу – впрочем, за тебя я не волнуюсь, у тебя ведь есть опыт работы в немецких магазинах, так что здесь за тебя просто ухватятся… Как, ты не поняла, дорогая? Работу нам придется искать здесь – у меня не хватит денег на билет в Германию, да и ваша полиция меня не отпустит. Надеюсь, твоя мать будет так добра, что не выгонит нас из дому? – смиренно спросил Тео.

Мама просто взвыла.

– Только не это! Только не зависеть от моей матери! Как… как она будет смеяться… Но что я могу сделать? – захлебываясь слезами, вскричала она. – Если Ирка не хочет? Я говорила с ней, я просила, я сказала, как для меня важен твой успех…

– Ты такая милая! Такая добрая! – нежно сказал Тео.

– Наверное, я слишком добра, – с горечью ответила мама. – Раз Ирка меня даже не слушает.

– Иногда немного строгости только на пользу ребенку, – словно мимоходом отметил Тео. – Ирка слишком долго жила без тебя и утратила главное достоинство ребенка. Послушание. Ты, как мать, просто обязана устранить этот недостаток в ее воспитании.

– Она такая самостоятельная… – растерянно пробормотала мама.

– Но еще маленькая. Пока маленькая. А ты – мать. Ты лучше знаешь, что хорошо для нее. Для всех нас.

– Что хорошо для нас, то должно быть хорошо и для Ирки, – резко ответила мама. – В конце концов, она моя дочь! Наша дочь…

– Вот это правильная позиция, дорогая!

– Да, но я совсем не знаю, как объяснить это Ирке! – снова поникла мама.

– Не надо ничего объяснять Ирке! Сейчас я все объясню тебе, а ты просто сделаешь, как я велю. Ирэн тебе потом только спасибо скажет, когда повзрослеет и поймет…

Ирка у дверной створки закусила губу, чтоб не заорать. Давай, говори, сволочь рогатая!

За спиной заорал телефон. Разговор в спальне смолк… и тут же изнутри послышались быстрые шаги. Ирка сиганула прочь от двери в спальню… створка распахнулась.

– Ирка? – настороженно глядя на нее, сказала мама. – А… Ты давно тут стоишь?

– Я… тут вообще не стою. На телефон выскочила, – Ирка кивнула на разрывающийся на полке аппарат.

– Чего тогда трубку не берешь? – еще более настороженно спросила мама.

– А… беру. – Ирка схватила трубку. – Алло!

– Ирочка? – пропел ей в ухо голос, такой приторно-вежливый, не сразу и поймешь, что мужской. – Бабушку позови, пожалуйста…

– Да… минутку… – не слишком задумываясь, кто бы это мог быть, ответила Ирка и заорала: – Бабушка! Тебя к телефону!

В кухне закрутили воду, послышались бабкины шаги и ворчание:

– Кому я в субботу утром занадобилась…

– Ты будешь слушать, о чем бабушка разговаривает? – разглядывая замершую посреди коридора Ирку, едко поинтересовалась мама.

– Я… Нет… – Ирка отступила к их с бабкой комнате. – А ты?

– Я тоже – нет, – кивнула мама, скрываясь в спальне.

Бабка прошаркала мимо, удивленно поглядела на Ирку:

– Чого стовбычишь? – и взяла трубку. – Слухаю! Чого треба?

Ирка закрыла за собой дверь комнаты. Бабка не любит маму и Тео тоже, но если Ирка при ней прижмет ухо к их двери, вряд ли воспримет это спокойно. Впрочем, Ирка и так догадывается, к чему Тео клонит… и что он может маме предложить. Она – хортицкая ведьма, она знает чертей, все их фокусы и повадки. Только напрасно Тео рассчитывает: мама ни за что не согласится! Пусть мама любит деньги и красивую жизнь (а какой нормальный человек не любит!), но она ни за что не подставит Ирку. Есть вещи ценнее денег.

– Я ей верю! Верю! – твердо сказала Ирка.

Странная мысль пришла ей в голову – девочка Ирка, которая так долго ждала свою маму, верит. А верит ли… хортицкая ведьма?

В задумчивости Ирка подобрала валяющуюся на столе случайную бумажку, оторвала тонкую белую полосочку и скатала в трубочку. Взгляд ее бездумно шарил по комнате. Все-таки не удивительно, что маме дом кажется таким нищим, даже прибрать толком не получается, паутина по всем углам…

Ирка рассеянно прихватила со стола ручку, поиграла ей между пальцами. А если она ошибается? Как стыдно будет! Ладно… Лучше стыдно, чем…

Иркины мысли метались, как стая вспугнутых с кормежки голубей. С Танькой надо связаться, вот что!

Вошедшая – почти вбежавшая – в комнату бабка аж притормозила, с недоумением разглядывая Ирку, стоящую на стуле под люстрой.

– Прибраться решила чи повеситься? – поинтересовалась она.

– Ты моего ноутбука не видела? – вопросом на вопрос ответила Ирка и спрыгнула со стула.

– Не бачила! – мотнула головой бабка – она торопливо рылась в шкафу, перебирая одежду, и на губах ее играла счастливо-восторженная улыбка, но о смысле этой улыбкиИрка задумываться не стала. Тем более что бабка немедленно наябедничала: – Мамаша твоя заходила, може, вона и поцупыла?

– Не говори глупостей, – обронила Ирка.

– Може, выйдешь, нарешти, мени треба переодягнуться! – не слишком вслушиваясь в ответ, потребовала бабка.

Ирка кивнула и вышла – она тоже не слушала бабку. Она остановилась в темном коридоре, потом, неслышно ступая, снова подкралась к дверям спальни. По ту сторону царила абсолютная тишина – ни звука. Ирка подумала… шумно выдохнула, набираясь храбрости, и решительно постучала в дверь.

– Что такое? – Мама высунулась в щелку, словно не хотела, чтобы Ирка заглянула внутрь.

– Я ищу свой ноутбук, – несмело спросила Ирка.

– И что – ты думаешь, я его взяла? – агрессивно поинтересовалась мама.

Ирка склонила голову к плечу – из комнаты отчетливо доносилось знакомое клацанье клавиш.

– Ну да, взяла, – с принужденным смешком кивнула мама. – Тео он нужен!