Сага о Хрольфе Жердинке - Андерсон Пол Уильям - Страница 68

68

— Нет на свете другого такого человека, как мой брат Хрольф. Дурное дело мы затеяли… — но недолгий приступ стыда прошел, и она продолжала мрачно: — Но, раз начав, доведем дело до конца.

А тем временем дружинники конунга весело пировали в королевских палатах. Только Бьярки, Хьялти и Свипдаг оставались печальны — каждый по своей причине — стараясь, чтоб другим не передалось их настроение. Остальные же вспоминали былые дни, хвалились своими подвигами и славили конунга, который был, без сомнения, веселее всех в зале.

Предрассветный туман пал на мерзлую землю, когда Хрольф Жердинка и его воины, вооружившись, вышли за ворота Лейдры.

3

Тучи рассеялись. Вдалеке, за стеной частокола, серовато-бурая земля, местами покрытая тонкими слоем снега, почти сливалась с небосводом цвета потускневшего железа. День выдался морозным и безветренным. Рать конунга Хьёрварда не отличалось пестротой воинских облачений. Даже боевые стяги, казалось, поблекли. Она состояла из толпы наемников, собранных по всему свету. Было среди них много грабителей и убийц, объявленных вне закона, злобные лица виднелись под купленными для них Хьёрвардом шлемами.

В отличие от этих головорезов, дружинники конунга Хрольфа были одеты в плащи ярких цветов. Его собственный плащ был ал, как живое пламя. Штандарты его вождей, украшенные изображениями птиц и зверей, выстроились клином, окружая королевское знамя — зеленый ясень на золотом фоне.

— Вперед! — закричал Хрольф.

Меч Скофнунг взметнулся ввысь. Дружинники ответили гортанными криками. Затрубили рога и луры, залаяли боевые псы, и защитники города, все как один, бросились на врагов. Хотя те значительно превосходили их числом, все же дружинников Хрольфа было не так уж мало. По их шеренге катилась та волна, подобная колыхаемой ветром ржи, что говорит об отменной воинской выучке.

Сверху засвистели стрелы. Зловеще ощетинились копья. Град тяжелых камней обрушился на их щиты. Хрольф перешел с шага на бег, его дружина действовала с ним заодно, как часть его тела.

Защитники Лейдры врезались в ряды Хьёрвардова войска. Запело железо. Какой-то воин замахнулся на Хрольфа своей секирой. Хотя конунг был ниже ростом и легче своего противника, он не растерялся и отразил этот мощный удар своим щитом, в то время как его клинок с громким звоном ударил сбоку. Нападавший упал. Хрольф оглянулся и начал прорубать себе путь в глубь рядов мятежников. Справа от него звенел Голдхильт, меч Хьялти, увенчанный золотой рукоятью, слева секира Свипдага металась, как ураган. Пес Грам рвался из-под ног, пытаясь схватить врага за горло, а над головой кречет Хайбрикс парил на сверкающих крыльях.

Удар за ударом обрушивался на шлемы, щиты и кольчуги, порой доставая до мяса и костей. Копья и стрелы глубоко вонзались в живую плоть. Пронзенные, изрубленные воины тонули в потоках крови. А по завалам тел шли дружинники Лейдры. Вражеские всадники, пытавшиеся расчистить пространство для решительного натиска, не находили ничего, кроме людского месива, где их подстерегала смерть.

Хьялти Возвышенный весело пел:

Много кольчуг изорвано в клочья,многие шлемы пробиты, помяты,многие всадники сброшены с седел,Только наш конунг неустрашимыйвесел по-прежнему, словно пируетс полною чашей доброго меда.Каждый удар его силы исполнен,Кто из героев с ним может сравниться?Силой, возросшей двенадцатикратно,многих бойцов он поверг в этой битве,Пусть убедится Хьёрвард коварный,как славный Скофнунг жалит смертельно,как он поет, пробивая кольчуги,груди пронзая насквозь супостатам!

Хрольф Жердинка, забрызганный кровью, но без единой царапины, веселым смехом подбадривая своих воинов, продолжал пробиваться дальше. Мало-помалу вражеские ряды перед ним дрогнули и расступились. Жестокой была эта схватка: если бы число воинов с обеих сторон было примерно равным, она бы уже закончилась.

Но у властителя Лейдры недостало сил, чтоб превозмочь вражеское войско. Хотя он разбил его в центре, но фланги практически не понесли потерь. Под развевающимися стягами, под трубное пение рогов дружина Хрольфа отступила в боевом порядке, почти не нарушенном во время атаки. Воинам ничего не оставалось, как переводить дыхание, прежде чем резня вспыхнет с новой силой. Свипдаг заревел на тех, кто был слишком увлечен битвой:

— Быстро занимайте место в строю! Враги хотят, чтобы мы выдохлись, преследуя их! Однако, — добавил он, резко повернувшись к своему господину, — если мы не сможем в ближайшее время прорубить путь сквозь шеренги врагов к тем шатрам, где королева Скульд сейчас бормочет свои заклинания — нам придется биться с кем-то похуже, чем эти воины. Та нечисть, которую мы видели лишь мельком, боится сражаться при свете дня. Но этой ведьме дай только время, и она сумеет их заставить.

Его единственный глаз гневно взирал поверх груд мертвецов и корчившихся от боли, стонущих раненых на шеренги вражеских воинов, готовящихся к продолжению битвы.

Хьялти, смахнув пот со лба, оглянулся вокруг и сказал удивленно:

— Э-э, а где Бьярки? Мне казалось… он должен быть сердцем нашего правого фланга… Вон его стяг, его воины… но я нигде не вижу его самого.

Веселье покинуло конунга. Он оборотился назад и прищурившись разглядел рядом маленького Вёгга. Юный швед облачился в кожаную куртку, нахлобучил на голову ржавый шлем, смахивающий на котелок, и вооружился огромным ножом для разделки мяса. Его колени подгибались от усталости, кровь текла из разбитых губ.

— Подойди ко мне, — позвал его Хрольф.

Вёгг повиновался.

— Твое место в тылу, парень, — сказал конунг.

— Но ведь я один из твоих людей… — ответил он, — ведь так?

— Хорошо, тогда ты будешь вестовым. Беги и узнай, что случилось с Будваром-Бьярки. Может, его убили, или взяли в плен, или что еще? Кто-нибудь должен был это видеть, ведь он мужчина весьма внушительных размеров, да и борода его ярко-рыжая приметна!

Вёгг бросился выполнять поручение. Хрольф проводил его взглядом.

— Думаю, он излечился от страха, — сказал он задумчиво. — В его впалой груди бьется настоящее сердце.

Хьялти, погладив усы, потопал ногами и похлопал рукой об руку, стараясь согреться во время бездействия, казавшегося бесконечным. Было похоже, что битва никогда не продолжится. Первое столкновение заняло большую часть этого, самого короткого дня в году. Солнце терялось в серой дымке, окутавшей небо.

Вскоре вернулся Вёгг.

— Господин, — начал он, — никто не видел Бьярки. Ничего о нем не известно с той самой минуты, как мы вышли из города.

— Не может этого быть! — вмешался Хьялти. — Разве мог он так поступить — не занять место в бою рядом со своим конунгом?.. Он, кого мы считали самым бесстрашным из нас?

Конунг Хрольф обнял его за плечи и сказал:

— Он, должно быть, там, где может больше всего помочь нам. Вся его воля не может быть направлена сейчас ни на что другое. Береги свою собственную честь, будь всегда впереди и не вздумай насмехаться над твоим старшим другом, ибо никто из вас не может сравниться с ним. — И добавил в волнении, обращаясь ко всем воинам: — Я не хочу обидеть никого из вас — все вы великие воины.

Хьёрвард и вожди его рати пытались воодушевить своих воинов горячими речами и построить их в лучшем боевом порядке, чем прежде. Теперь они лавиной устремились на защитников Лейдры. Хрольф, издав вновь боевой клич, повел своих дружинников навстречу.

Еще больше дротиков и стрел засвистело в воздухе, еще больше звенящих ударов и предсмертных криков огласило округу. Встретившись в бою с воинами, не принимавшими участия в предыдущей схватке, люди Хрольфа могли оказаться в плачевном положении. Но они продолжали яростно рубить и колоть, прокладывая себе путь сквозь вражеские порядки, как и прежде. Ничто не могло противостоять им.