Отродье ночи (Шорохи) - Кунц Дин Рей - Страница 61

— Сука.

Слезы ручьем покатились из глаз Салли. В горле у нее заклокотало.

— Ты должна знать, где она, — сказал Фрай. — Она наняла тебя.

— Мы постоянно убираем в ее доме. Но она не сказала, куда едет.

— Она вчера была дома?

— Нет.

— Как же вы попали внутрь?

— Что?

— Кто вам дал ключ?

— А, да. Ее агент. Литератор. Мы заезжали к нему за ключом.

— Где это?

— Беверли-Хиллз. Если хотите знать, где женщина, отправляйтесь туда. Он должен сказать.

— Его имя?

Она помолчала.

— Какое-то забавное имя. Я видела его на бумаге, но точно не помню, как оно произносится.

Он вновь поднес нож.

— Топелис.

— Произнеси по буквам.

Она произнесла.

— Я не знаю, где сейчас мисс Томас. Может, мистер Топелис знает. Он знает наверняка.

Фрай убрал нож. Он пристально смотрел на Салли. Какая-то мысль мелькнула у него в голове.

— Твои волосы. Они такие темные. И глаза. Какие черные глаза.

— Что такое? — заволновалась она, почувствовав, что еще не пришел конец ее мучениям.

— У тебя такие же глаза и волосы, такой же цвет кожи, как у нее.

— Не понимаю. Что вам нужно? Мне страшно.

— Надеешься обмануть меня? — ухмыльнулся Фрай, довольный тем, что раскусил ее замысел.

Он знал. Знал.

— Ты надеялась, что я уеду искать этого Топелиса, — сказал Бруно, — а сама хотела удрать.

— Топелис знает, где она. Он знает. А я нет. Я, правда, ничего не знаю.

— А я знаю, где она сейчас, — сказал Бруно.

— Если знаете, то отпустите меня, — попросила Салли.

Он засмеялся.

— Поменялись телами, не так ли?

Салли уставилась на него.

— Что?

— Ты каким-то образом вышла из Томас и вселилась в эту женщину, правда?

Салли уже не плакала. Ужас высушил все ее слезы.

— Сука. Вонючая сука. Ты точно думала, что обманешь меня?

Он засмеялся.

— Что ж, после всего, что ты мне сделала, ты еще хотела остаться неузнанной?

В ее голосе был ужас.

— Я вам ничего не сделала. Господи! Что вам нужно от меня?

Бруно склонился над ней. Взгляд его был невыносим.

— Ты там, да? Там, глубоко, прячешься, правда? Да, мать? Я вижу тебя, мать.

В зарешеченные стекла ударились первые тяжелые капли дождя. Выл ночной ветер.

— Я до сих пор не могу понять, почему Фрай выбрал именно меня? — сказала Хилари. — Когда я приехала сюда для киносъемок, он вел себя вполне дружелюбно. Ответил на все мои вопросы о виноделии. Мы пробеседовали часа три, но никаких странностей я за ним не заметила. А через несколько недель он объявился у меня в доме, с ножом в руках. Теперь же, как следует из письма, я оказалась его матерью. Почему я?

Джошуа поерзал на стуле.

— Я смотрю на вас и думаю.

— Что?

— Может, он преследует вас... потому, что вы похожи на Кэтрин.

— Не хотите ли вы сказать, что у нас появилась новая пара двойников? — спросил Тони.

— Нет, — ответил Джошуа. — Сходство незначительное.

Джошуа встал, подошел к Хилари, взял ее за подбородок и, повернув к себе лицо, внимательно рассмотрел его.

— Волосы, глаза, цвет кожи, — задумчиво сказал он. — Да, все похоже. Есть какое-то неуловимое сходство в выражении лица. Только Кэтрин была не столь красива, как вы.

Джошуа опустил руку. Хилари поднялась и подошла к столу Райнхарта. В задумчивости она принялась разглядывать аккуратно разложенные принадлежности: книги записей, коробочка скрепок, пресс-папье.

— Что случилось? — спросил Тони.

Ветер за окном усилился. Стекло задрожало под градом дождевых капель.

Хилари обернулась.

— Дайте мне подвести итоги. Может, тогда удастся распутать клубок.

— Клубок слишком запутался, чтобы в нем разобраться, — Джошуа сел на стул.

— Насколько нам известно, — начала Хилари, — после смерти Кэтрин Бруно заподозрил, что она не умерла в действительности. Почти пять лет он покупал книги о живых мертвецах у Лэтама Хаторна. В конце концов, встретив меня, он решил, что в меня в очередной раз вселился дух его матери. Пять лет он жил в страхе перед Кэтрин. Что заставило его так долго ждать?

— Я не совсем понимаю, — сказал Джошуа.

— Почему пять лет он выбирал жертву? Пять долгих лет искал плоть и кровь, чтобы дать выход страху.

Джошуа пожал плечами.

— Он сумасшедший. Разве можно от него ждать рациональных поступков и объяснять их логически?

Но Тони почувствовал, что имела в виду Хилари. В волнении он подвинулся на краешек дивана и сказал:

— Мне кажется, я понял твой вопрос. Боже, у меня мурашки по телу забегали.

Джошуа перевел взгляд с Хилари на Тони.

— Наверное, на старости лет я начинаю плохо соображать. Объясните же старикашке.

— Возможно, я не первая, кого он принял за свою мать. Может, он убивал женщин и прежде.

Джошуа вытаращил глаза.

— Невероятно!

— Почему?

— Да неужели его не поймали бы, случись такое!

— Необязательно, — сказал Тони. — Маньяки, как правило, очень осторожны. Обычно они не рискуют и не бросаются безрассудно, как может показаться на первый взгляд. Легче поймать опытного мошенника, чем маньяка.

Джошуа провел пальцами по густой шевелюре.

— Но если Бруно убивал, то где тела?

— Конечно же, не в Санта-Хелене, — сказала Хилари. — Он, естественно, понимал, что нельзя набрасываться на местных жительниц. Наверняка выбирал жертв где-то за городом.

— Например, в Сан-Франциско, — предположил Тони. — Он часто там бывал.

— Любой город за пределами долины мог стать мишенью для поисков Фрая.

— Постойте-ка, — вмешался Джошуа. — Минутку. Даже если он действительно ездил куда-то, находил жертв, похожих на его мать... даже если он где-то их убивал — должны же оставаться трупы. У каждого убийцы свой почерк, и власти не могли не установить связи между преступлениями. Если бы это было именно так, мы узнали бы из газет.

— Учтите, пять лет. К тому же если преступления были совершены в разных местах, маловероятно, чтобы полиция усмотрела между ними связь. Огромный штат. Сотни тысяч квадратных миль. Для того чтобы вычислить преступника в данном случае, надо, во-первых, чтобы за сравнительно короткий период в пределах одного полицейского округа было совершено, по крайней мере, два, или три убийства с совпадающими уликами.

Хилари вернулась и села на диван.

— Значит, такое возможно. Возможно, что "он убил... две, шесть, десять, пятнадцать... сколько?.. Я не знаю.

— Не только возможно, но вероятнее всего так оно и было. — Ксерокопия письма, обнаруженного в сейфе, лежала перед ним на столике. Тони взял листок и громко прочитал первое предложение:

«Моя мать, Кэтрин Энн Фрай, умерла пять лет назад, но продолжает возвращаться, воплощаясь в новые тела».

— Тела, — повторила Хилари.

— Вот ключевое слово, — сказал Тони. — Не «тело», а «тела», множественное число. Отсюда заключаем, что Фрай убивал Кэтрин несколько раз, то есть каждый раз, как она оживала.

Лицо Джошуа стало пепельно-серым.

— Если это так... значит, я... все мы в Санта-Хелене жили бок о бок с чудовищем! И даже не подозревали об этом.

За окном неистовствовал ветер.

Фрай положил нож на тумбочку, чтобы Салли не могла до него дотянуться. Потом он смял пятерней кофточку и рванул ее вниз. На пол посыпались пуговицы. Женщина онемела от ужаса. Она не смела шевельнуться. Фрай ухмыльнулся.

— Сейчас. Сейчас, мать.

Он разорвал ей юбку. На Салли были белые трусики и бюстгальтер. Красивое, стройное тело. Он сжал бюстгальтер и сдернул его. Резинки больно вдавились в тело и звонко лопнули.

У нее оказалась большая, полная грудь с очень темными твердыми сосками. Фрай сжал их пальцами.

Фрай сбросил с нее туфли, сначала правую, потом левую. Одной из них он запустил в зеркало: осколки звонко посыпались на столик.

Этот звук вернул женщину к действительности. Она попыталась вырваться, но страх сковал ее силы, она только изгибалась и вскрикивала.