В кольце твоих рук - Бристол Ли - Страница 65

Когда до Кристофера дошли слухи, что на рассвете судно должно покинуть Виргинию, он понял, что этой ночью произойдет что-то важное, и, как только Рауль собрался сойти на берег, прихватив с собой двух людей, не задумываясь, шагнул вперед. Рауль, казалось, ничего не заподозрил и взял его.

Пристав к берегу, Рауль сразу же углубился в лес, а Кристофер с напарником остались на берегу сторожить шлюпку. Минуло уже много времени, но ничего не происходило. Лишь ночные звуки нарушали тишину да от реки тянуло сыростью. Мало-помалу Кристофер начал волноваться.

Стараясь, чтобы его речь не слишком отличалась от той, к которой привыкли пираты, он обратился к своему напарнику:

— Как ты думаешь, чего мы тут ждем?

Пират сидел, прислонившись к дереву и полузакрыв глаза. Казалось, он дремал, но на самом деле его худощавое тело было напряжено, словно у хищника, притаившегося в засаде, а пальцы лежали на рукоятке пистолета.

— Не наше дело, приятель, — процедил он. — Нам велено сторожить шлюпку, разве не так?

Лишь попав к пиратам, Кристофер понял, что их жизнь на самом деле вовсе не так романтична, как ее обычно представляют. Каторжный труд, однообразная рутина… «Джентльмены удачи» были грязным, грубыми, жадными, да и особой отвагой не отличались. Однако на судне царила железная дисциплина, слово капитана было непреложным законом. Если бы Кристофер попытался сейчас убежать, он не сделал бы и двух шагов, как был бы пристрелен.

Кристофера вдруг охватила паника. Он был всего лишь в нескольких милях от плантации отца — и не знал, как этим воспользоваться. Завтра они покинут Виргинию и направятся в открытый океан… Если действовать, то сейчас! Может быть, попытаться убить своего напарника, а потом Рауля? Рискованно, но что еще остается делать?

Он пристально осмотрел на сидевшего напротив пирата, обдумывая, как лучше подойти к нему. Если тот вскрикнет — это может привлечь внимание Рауля.

Внезапно мысли Кристофера были прерваны стуком копыт. Он напрягся, ожидая, когда всадник приблизится — если наброситься на противника в этот момент, стук копыт заглушит звуки борьбы, — но всадник остановился.

— Добрый вечер, господин губернатор, — послышался неожиданно близко голос Рауля.

— Добрый вечер, капитан. Рад, что вы вовремя оказались на месте.

Кристофер стал вглядываться в темноту — он узнал голос собеседника Рауля, но все не мог поверитъ своим ушам, — пока появившаяся на миг из-за туч луна не осветила лицо губернатора Александра Спотсвуда.

Стараясь перебраться в тень, Кристофер осторожно пошевелился. Напарник с подозрением покосился на него, но Кристофер даже не обратил на это внимания — голова его кружилась, ум отказывался что-либо понимать.

— Стало быть, девчонка у вас? — довольно произнес Спотсвуд. — Надеюсь, она в целости и сохранности?

— Да, ваша светлость, свежа, как майская роза!

— Должен признать, — хмыкнул губернатор, — сначала ваше послание меня озадачило: я никак не мог догадаться, зачем нужно брать сестру Йорка в заложницы. Но затем мне стал понятен ваш план. В голосе губернатора звучало даже некоторое восхищение Раулем. — Вчера Йорк был у меня, умолял освободить корабль и людей О’Малли под его ответственность. Он намекал, что знает, где письмо Черной Бороды. Последовала пауза, во время которой Рауль, очевидно, согласно кивнул.

— Йорк обещал доставить письмо мне, — продолжал губернатор. — Разумеется, я в это не верю. Завладев письмом, он наверняка отдаст его в качестве выкупа за сестру. Но меня это не беспокоит, если, думая, что отдает письмо Идену, он отдаст его человеку, работающему на меня. — Спотсвуд довольно поцокал языком. — Да, мой друг, отличный план! С тех пор, как узнал вас, я всегда восхищался вашим умом.

— Значит, вы отдали Йорку «Грозу»?

— Разумеется, как я мог отказать такому преданному другу?

— Что ж, ладно… Что-нибудь еще, сэр?

— Я хотел бы уточнить одну вещь. Как вы узнали, что Йорку известно, где письмо?

— Простите, губернатор, «джентльмен удачи» никогда не должен раскрывать всех своих карт!

— Ладно, можете не говорить. Но как вам удалось похитить девчонку?

— Можно сказать, это был подарок фортуны, которая привела ее в мои руки, — так стоит ли нам обсуждать подробности?

— Вы неплохо поработали, капитан, и честно заслужили свою долю. Держите. — В темноте что-то звякнуло, должно быть, кошелек, полный монет.

— Вы так щедры, ваша светлость, благодарю! Ну а «Грозу» мы ждем в Бухте Аллигатора во вторник…

— Вот и отлично! И сразу же дайте мне знать.

Снова раздался стук копыт, и все стихло. Рауль вернулся к шлюпке. Лицо его сияло.

— Итак, друзья, вы видите перед собой умнейшего капитана из всех, кто когда-либо бороздил окрестные моря! Мне удалось обвести вокруг пальца не только двух губернаторов, но и саму великую Сторм О’Малли! Держитесь, ребята, скоро мы будем купаться в золоте, а старина Рауль станет некоронованным королем морей!

Рауль, ухмыляясь, сел в шлюпку. Кристофер с напарником последовали за ним и налегли на весла.

Кристофер греб молча, на лбу его залегла глубокая складка.

Глава 34

Сторм уже второе утро просыпалась на борту своей «Грозы». Выйдя на палубу, она с радостью убедилась, что день обещает быть прекрасным — на небе ни облачка, сильный ветер надувал паруса, и судно быстро скользило по волнам, словно детская игрушка, которую тянули за веревочку. Волосы Сторм развевались, солнечные лучи ласкали ее лицо…

Саймон сдержал обещание. Потребовалось всего лишь несколько дней, чтобы залатать «Грозу», и вот она уже в море.

Но все равно это был уже не тот корабль. Куда бы Сторм ни бросила взгляд, повсюду она видела следы варварской «работы» солдат Спотсвуда. И все же главное не это: наконец-то она свободна, она дома, со своими людьми — все остальное, казалось, уже не имело значения. Хотя…

Стоя у мачты, скрывавшей ее, Сторм услышала мужские голоса:

— Как только получу деньжонки, заведу себе бабу… нет, лучше двух! А надоедят — пошлю их к чертовой матери и заведу новых.

— Да посмотри на себя, приятель! На тебя с твоей рожей ни одна баба даже не посмотрит!

Сторм постаралась не придавать значения услышанному, но чем-то эти слова ее задели.

Из всех плававших с ней пиратов в живых остались всего восемь человек, но она продолжала считать, что и в таком виде ее команда по-прежнему самая лучшая; однако, пообщавшись с моряками денек-другой, начала в этом сомневаться. Люди, как казалось ей, разленились, они думали лишь о деньгах, которые заплатит им Саймон, и о том, как лучше эти деньги потратить. Изменила ли их тюрьма, или они всегда были такими, и просто Сторм этого раньше не замечала?

Заметив, что одна из рей накренилась, Сторм скомандовала:

— Натянуть парус!

Матросы стали неохотно исполнять приказание, но при этом один из них упустил канат. Тяжелая рея ударила его товарища по голове, и тот упал. Сторм подбежала, когда упавший, потирая макушку, ругался на чем свет стоит.

Глаза Сторм сверкнули:

— Вы что, разучились натягивать паруса? Разленились без меня, придурки! Знала бы я, не стала бы спасать вас из тюрьмы!

— Да по мне, в тюрьме-то лучше! — огрызнулся пострадавший. — Там по крайней мере не получишь реей по башке!

Сторм удивленно уставилась на него. Внутри у нее все кипело, и от злости она была не в состоянии произнести хотя бы слово.

Она сунула канат в руку другого матроса, проходившего в этот момент мимо:

— Натяни парус! И подметите палубу, а то еще кто-нибудь упадет и сломает себе шею!

Тот, едва кивнув, произнес:

— У нас не было времени наводить здесь лоск, мисс. Залатали наскоро самые большие дыры — и вперед!

«Мисс»? Он назвал ее «мисс»! Сторм застыла на месте. Препираться было бесполезно, наказать означало бы проявить слабость. К тому же она помнила, какое важное дело ей предстоит, и ради грядущего успеха готова была многое стерпеть. Но что же случилось с их преданностью, с их хваленой отвагой? Неужели и впрямь эта команда когда-то считалась лучшей?