Летопись безумных дней - Малиновская Елена Михайловна - Страница 36

– Как скажешь. – Мердок ловко выудил из пустоты меч и протянул мне рукоятью вперед. – Но если она порежется, я не виноват.

– Беру всю ответственность на себя. – Император вновь уселся в кресло, давая понять, что аудиенция окончена. – Держи меня в курсе событий, Мердок. Кажется, на этот раз клюнула очень крупная рыба.

Хранитель, сжалившись над моим голодным видом, первым делом после аудиенции повел меня обедать. Точнее, не повел, а повез, поскольку император любезно разрешил нам пользоваться услугами Ивонны и Дора до тех пор, пока я не перестану играть роль беспомощного куля.

Уж не знаю, что там нашептал Мердок строптивой зеленогривой лошади, но она даже обрадовалась этому заданию. Дор тоже не особо возражал. А моего мнения, как обычно, спросить забыли.

Удивительно, но вторая в моей жизни конная прогулка прошла намного лучше, чем первая. По крайней мере, в седло я забралась без подсказок умного жеребца. И спустилась пусть и не так эффектно, как в первый раз, но и не травмоопасно. Более того, во время поездки с удовольствием крутила головой во все стороны, разглядывая улицы Пермира.

Мердок, оставшись верным своим предпочтениям, доставил меня в трактир напротив Управления. Уже знакомый хозяин заведения вежливо поздоровался и застыл около столика, готовый принять заказ. Маг долго о чем-то с ним шептался.

– Через пять минут, – сказал наконец трактирщик и удалился на кухню.

– И что дальше? – как можно равнодушней поинтересовалась я. – Будем продолжать играть в молчанку?

– Все-таки отвратительный у тебя лексикон, – укоризненно заметил Мердок. – Видно, в детстве мало наказывали за такие словечки.

– А что я сказала? – искренне возмутилась я. – Между прочим, именно так начинали допрос во всех детективных сериалах, которые мне довелось в свое время увидеть.

– Ты вздумала допрашивать меня? – ловко передернул шеф Управления. – Ну-ну.

Принесенный заказ прервал нашу едва не начавшуюся перепалку. Я с унынием уставилась в предложенные блюда. Отвратительный на вид мясной бульон, по поверхности которого плавала мутная пена, жесткий бифштекс из говядины и самая прозаическая вареная гречка. Запивать небывалое пиршество мне предлагалось обычной водой.

– Что это? – с самым разнесчастным выражением лица вопросила я. – Это вообще съедобно?

– Вполне, – пожал плечами Мердок. – А что ты хотела увидеть на столе?

– Ну булочки там разные, пирожки, – начала перечислять я, загибая пальцы. – На десерт – воздушное безе. Горячий шоколад на крайний случай.

– Ну и запросы у вас, мадам, – ехидно улыбнулся шеф Управления. – По-моему, мы выяснили, что любая еда, при приготовлении которой использовалась хоть какая-либо магия, вызовет у тебя сильнейшее пищевое отравление. Если тебя такая вероятность не пугает, то прими во внимание, что я за тобой убирать не собираюсь.

– Напиться, что ли, с горя, – вполголоса пробурчала я. – Говорят, водка очень калорийная. Недаром алкоголики никогда есть не хотят.

– Рискни, – пожал плечами маг. – Только учти, в Пермире чрезвычайно сложно достать спиртное. Указ императора, знаешь ли, сухой закон. В одни руки не больше бутылки вина в неделю. Зато преступлений стало намного меньше.

– Изверги, – пожаловалась я. – Самогонщиков пойду искать.

– Иди, иди, – напутствовал меня добрым словом мужчина. – Заодно хоть какую-нибудь пользу Управлению принесешь. Только поешь сначала хорошенько, потому что долго искать придется. А когда найдешь, не забудь мне сообщить, чтобы я их арестовал. А не то сама в тюрьму как пособница попадешь. И что ты вообще ноешь? Видишь, я же не жалуюсь, а добровольно разделяю с тобой трапезу. Хотя мог бы, как прежде, предаваться чревоугодию.

Я принялась неохотно ковырять вилкой в тарелке, вспомнив развеселые годы учебы и нелюбимую студенческую столовую. Умудрялись же мы мириться тогда с подобным качеством блюд целых пять лет кряду.

За то время пока я расправилась с первым, Мердок уже умял свою порцию и плотоядно поглядывал на нетронутые залежи моей скудной трапезы.

– Ешь, – благородно предложила я. – Все равно кусок в горло не лезет. Лучше поголодаю пока.

– Давай, – невнятно из-за набитого рта прошамкал шеф Управления, не преминувший воспользоваться любезным разрешением. – Чем в большей строгости мы держим свое тело, тем больших высот достигает развитие ума. А тебе совсем не мешало бы немного эволюционировать в плане сообразительности.

Я молча проглотила очередную колкость Хранителя. Сил обижаться уже не оставалось. Хотелось залезть с ногами в уютное старое, продавленное кресло, укрывшись теплым пледом, неспешно смаковать обжигающе горячий кофе с коньяком и слушать умиротворяющий шум дождя за окном. Только сейчас светило яркое солнце, коньяка не сыскать при всем желании, да и любимое кресло осталось в другой жизни.

Дождавшись, пока Мердок закончит обедать, я со всей скоростью, на которую была способна, рванула из трактира. Оставаться далее в вертепе недосягаемых более лакомств было выше моих возможностей. Около самой двери меня остановил насмешливый голос начальника Управления:

– Элиза, а ты ничего не забыла?

– Вроде нет, – удивленно ответила я. – За еду обычно платишь ты. У меня и денег-то ваших отродясь не было.

– А меч за тобой я таскать буду? – с веселой иронией поинтересовался Мердок, протягивая мне забытое на столе оружие. – Или ты осмелишься пойти против воли императора?

– А можно? – с тайной надеждой спросила я и поперхнулась от укоризны в карих глазах мага. – Ладно, давай сюда эту железяку. Буду вживаться в роль обезумевшей Элизы и пугать прохожих. Куда дальше направимся? В Управление?

– Нет, – покачал головой маг. – Незачем искушать коллег твоим беспомощным видом. Вдруг они объединятся и нападут? Жалко будет.

– Спасибо, – от души поблагодарила я. – Хоть один-единственный раз ты признался, что тебе будет меня не хватать, если я погибну в самом расцвете сил.

– Я не это имел в виду, – улыбнулся Мердок. – Как раз за твою жизнь я переживаю меньше всего. Не думаю, чтобы одновременная атака всех служащих Управления сумела вывести меня из строя и уничтожить тебя. Победить-то в таком поединке не проблема. Вопрос в том, где я потом столько новых Мастеров найду на место выбывших. Я сейчас даже одну вакансию никак не могу закрыть. Эдак по Пермиру слух пройдет, что начальник Управления питается своими подчиненными.

– Я думаю, эта новость никого не удивит, – попыталась я съязвить и в замешательстве повертела меч в руках. Ну и куда прикажете девать достаточно увесистую штуковину? Опираться при ходьбе как на трость? Нет, идея хорошая, только меч коротковат для этого. Заткнуть за пояс? Вряд ли поместится. Да и брюки может порезать. И окажусь я неглиже посреди города… Вот смеху-то будет.

– Дай сюда, – не выдержав, вырвал у меня из рук оружие Хранитель. – Всему-то тебя учить надо.

Уж не знаю, что там сделал Мердок, но неожиданно меч действительно вполне удобно устроился у меня на боку, не делая никаких попыток вывалиться из ножен. А я гордо положила руку на рукоять клинка. Красота! И миллионы врагов погибнут!

– Ну что, разобралась наконец? – нетерпеливо поинтересовался мужчина. – Или так и будешь на пороге трактира стоять, людям аппетит портить?

– Так им и надо, – довольно потерла я ручонки. – Ну ладно, в Управление не пойдем, а куда пойдем?

– Предлагаю взять на сегодняшний день отгул, – легкомысленно предложил маг. – Побродить по городу. Побывать на набережной. Словом, лучше узнать Пермир.

– Понятно, – тяжело вздохнула я. – То есть ты предлагаешь мне вновь роль подсадной утки. Я отправлюсь в одиночку разгуливать по злачным местам, а ты притаишься в засаде. И как только злодей надумает расправиться со мной – выскочишь и схватишь его.

– Ну во-первых, я до сих пор не уверен, что этот самый злодей существует, – возразил Мердок. – Вдруг мы имеем дело просто с роковым стечением обстоятельств. Во-вторых, по разным причинам ты на роль подсадной утки в этот раз не годишься. Вполне вероятно, что мне придется пересажать половину города, прежде чем объявится тот, кто всю катавасию затеял. А каждое нападение будет весьма болезненным – мне же придется применять оборонную магию, которая волей-неволей заденет и тебя. Конечно, если ты согласна работать в таких невыносимых условиях, давай рискнем.