Летопись безумных дней - Малиновская Елена Михайловна - Страница 70

Мечи зазвенели, скрестившись в первый раз. Какая-то часть моего существа заорала от ужаса и попыталась спрятаться подальше, но что-то глубоко внутри холодно улыбнулось и перехватило контроль за моим телом.

– Стоп! – резким, неприятным голосом скомандовал Хранитель. Лионора изумленно замерла напротив меня, а я вдруг ощутила, что разочарована остановкой поединка.

– Пожалуй, я и сам не прочь слегка развлечься, – с легкой улыбкой сказал Мердок. Затем встал и потянулся, разминая мышцы. Небрежно щелкнул пальцами, доставая из личного пространства свой клинок. Я следила за ним, нахмурившись и кусая губы. Интересно, что задумал мой муженек? Неужели решил убить неверную жену и таким образом избавиться от уз брака?

– Мердок, – растерянно произнесла Лионора, – ты уверен? Элиза ведь только-только начала осваивать холодное оружие.

– Не беспокойся, – холодно обронил начальник Управления. – Не думаю, что из меня получится худший учитель, чем из тебя. Вреда-то я точно Элизе не причиню. Просто хочу проверить одну вещь.

– Как скажешь, – почтительно наклонила голову девушка и отступила к стене, оставив меня один на один с Мердоком.

– Начнем, – скривил губы в подобии усмешки мужчина. Мечи с приятным звоном коснулись друг друга и вновь разошлись. Я топталась на одном месте, не понимая, как вести себя дальше. Внимательный, оценивающий взгляд Хранителя гипнотизировал. Какое тут нападение – я вообще не понимала, как еще меч в руках держу.

Нахлынуло непонятное оцепенение. Все чувства куда-то пропали. Остались только я и мужчина напротив. Рукоять клинка в ладони уже не просто грела – обжигала, словно требуя действий. И я шагнула вперед, отключаясь от реальности.

Нет, я не потеряла сознание и не утратила контроль за происходящим. Просто стала одним из зрителей, присоединившись в этом к Лионоре. Мое тело действовало само, и я невольно залюбовалась выверенной скупостью своих движений. А потом началось. Где-то рядом испуганно вскрикнула девушка, с ужасом наблюдая за самоубийственными приемами. Странное дело, но мне страшно не было. Я точно знала, что Мердок не позволит ранить его, но в свою очередь и сам никогда не сделает мне больно.

Было жутко и почему-то страшно весело. От каждого удара, каждого соприкосновения мечей что-то глубоко в душе пело от восторга. Никакой боязни смерти или боли просто наслаждение боем. Когда не ты контролируешь поединок, твой меч сражается за тебя.

К сожалению, это чувство беспредельной радости продлилось недолго. Я попалась на глупый, обманный захват. Поверила, что смогу так просто победить самого начальника Управления. И уже через миг, припертая к стене, ощущая холодный кончик безжалостной стали прямо напротив сердца, была вынуждена смотреть в темные и обманчиво спокойные глаза Мердока.

– Ты всегда была слишком горячая, – с равнодушной улыбкой заметил он, не спеша опускать меч, напротив, поднимая его выше – туда, где на шее бешено пульсировала маленькая жилка. – Это погубило тебя в первый раз. Это же помешало тебе сейчас. И что мне с тобой делать?

Я закашлялась, не понимая, куда клонит начальник Управления. Острие клинка у моего горла как-то не позволяло шутить.

– Ты хочешь меня убить? – обреченно поинтересовалась я и храбро зажмурилась. – Ну давай. И пусть не дрогнет твоя рука.

Раздался свист разрубаемого воздуха. И меч Хранителя вонзился в стену буквально в миллиметре от моего лица. Я тихо всхлипнула и медленно сползла по стенке, поскольку ноги не держали.

– Раньше ты доверяла мне больше, – с грустью заметил Мердок.

– Ты с ума сошел! – сначала прошептала я, поскольку голос от пережитого испытания отказался служить мне. Но потом завопила во всю мочь: – Ты что, маньяк, что ли?! Ты меня чуть не убил! А если бы у меня приступ сердечный случился?

– Если бы у тебя случился приступ, я тебя бы вылечил, – совсем как раньше, легкомысленно отмахнулся мужчина и тут же посерьезнел: – Но вообще-то мне надо верить.

– Пошел ты в задницу! – ласково посоветовала я, трясущимися руками проверяя, все ли на месте, не отрубил ли мне что-нибудь по недомыслию Мердок. Вроде бы все жизненно важное было на своих местах и даже функционировало.

– Куда? – удивилась Лионора такому пожеланию начальству.

– В задницу, – без малейшего стеснения мстительно повторила я и неожиданно сморщилась от боли. Левую половину тела свел знакомый приступ.

– Не притворяйся, – бессердечно отмахнулся от моих страданий мужчина. – Я бы почувствовал, если бы было что-нибудь серьезное.

– Тебе еще раз сообщить, куда ты можешь идти? – хмуро осведомилась я и, не дождавшись ответа, буркнула Лионоре: – Я буду в трактире поблизости. Стресс заедать.

– Но, Элиза… – робко запротестовала та. – А как же наш уговор?

– И наш уговор туда же, – с кровожадной ухмылкой облизнулась я. – Не вижу причин, чтобы его сейчас соблюдать. Уж лучше быть одной, чем вместе с кем попало.

Выдавив из себя эту вековую мудрость, я резко развернулась и практически бегом удалилась из зала. И лишь за его пределами слезы в очередной раз за этот на редкость неудачный день навернулись на глаза. Но я, гордо вытерев их, решительно отправилась в забегаловку неподалеку. Чхать мне хотелось на этого самоуверенного и самовлюбленного нахала – начальника Управления. Пойду и наемся им всем назло. А потом съеду куда-нибудь подальше от муженька. Хватит, надоело! Сколько можно унижаться и терпеть бесчисленные оскорбления? Этот так и ненанесенный удар послужил последний каплей. Я внезапно поняла, что слишком люблю себя. Поэтому просто не могу мириться с некоторыми вещами.

Все эти соображения я выкладывала себе, в одиночестве поглощая уже второй десерт в трактире напротив Управления. Здесь меня и нашла Лионора, когда я, уже и так обожравшись, пыталась впихнуть в себя еще хоть кусочек тортика.

– Элиза, – укоризненно произнесла девушка, присаживаясь рядом, – я не понимаю, какая муха тебя укусила. Вроде мы обо все договорились, и тут ты такое отмачиваешь.

– Не я отмачиваю, – с тяжким вздохом сказала я, все-таки с трудом прожевав последнюю порцию сладкого. – На этот раз Мердок виноват. Чего он в драку полез?

– Но он же не сделал тебе больно, – осторожно заметила Лионора, с неодобрением оглядывая мой толстенький животик, ощутимо округлившийся после сытной трапезы.

– Если бы он осмелился сделать мне больно, я бы мигом в Запретный мир вернулась, – хмыкнула я. – И даже не пожалела бы об этом. Терпеть не могу мужиков, которые на женщин руку поднимают.

– Однако Мердок тебя даже пальцем не тронул. Он просто решил тебя напугать, – продолжала упорствовать девушка. – Проучить, так сказать.

– И проучил, – согласилась я и со злостью дернула обручальный браслет, пытаясь сорвать его. – Я чуть заикой не осталась. А если бы он промахнулся? А если бы рука дрогнула в последний момент?

– Слишком много «если», – осторожно прервала меня Лионора. – Этого же не случилось.

– Однофигственно, – важно заявила я, оглядывая стол в безуспешной попытке найти еще чего-нибудь съестное. – Мне мои нервы дороги. Пусть на ком-нибудь другом тренируется.

– Элиза, – мягко попросила девушка, – прости Мердока. Он не думал, что ты так серьезно это воспримешь.

– Вот еще, – злорадно усмехнулась я. – И вообще, с какой это стати ты просишь за него прощения? Вот пусть приходит и сам умоляет меня об этом. Желательно – на коленях.

– Ты же знаешь, что Хранитель никогда не сделает этого. Но с другой стороны, перед тобой открывается невиданный простор для деятельности. Подумай, – неожиданно бархатно заворковала Лионора. – Если наш план сработает и ты окажешься с ним в постели, то сумеешь без проблем высказать Мердоку все, что о нем думаешь. И вытребовать у него извинения за все совершенные и даже несовершенные поступки.

– Ну не знаю, – с сомнением протянула я. – А если он воспользуется моим добрым расположением духа, а прощения не попросит? Я тогда буду чувствовать себя еще более обманутой.