Дмитрий Русский - Столярова Наталья - Страница 10

— Тут-то получше будет… А весной — цветочки посадим…

И она хрипло захохотала, сотрясаясь всей тушей.

Земля и правда оказалась рыхлой и мягкой. Митяй уже стоял по колено в неровной яме с косыми краями, когда услышал:

— Молодец. Давай примерку проведём. Ложись-ка сюда…

Он опустился на колени, уткнулся лицом в грязную жижу и почувствовал, что описался. Но его резко схватили за куртку и вытащили из ямы:

— Хватит! Пошутила я, чтоб неповадно было. Иди в корпус, мойся и быстро — спать! И только посмей мне казённое имущество портить!

Митяй зажмурился и сцепил руки изо всех сил.

Он опять представил Бориса. И не думал больше ни о чём. Ему показалось, что прошло несколько бесконечных минут…

Хотелось немедленно откинуть крышку и вырваться из темноты. Что говорил Сфинкс? Что-то о доле страха, которая встаёт преградой. Доля… Как определить её величину?

Ещё одна попытка.

Митяй мысленно взял Бориса за руку и держал её, пока вдруг не оказался на берегу какого-то большого озера.

Он лёг на тёплую землю, раскинул руки и уткнулся лицом в траву. Митяй обнимал свою Землю, и по щекам текли слёзы. В последний раз он плакал той весной, когда потерял Заркома.

Вдруг он услышал заливистый смех и звонкие шлепки по мячу. Встал, прошёл несколько шагов и остановился за деревьями. На ровной поляне стояло несколько палаток, в центре горел костёр, над ним — закопчённый чайник. Ребятишки разного возраста играли в волейбол, взрослых не было видно.

Митяй повернул в другую сторону, раздвинул кусты. Озеро напоминало круглую чашу. С одной стороны — небольшая сопка, покрытая вразнобой берёзами и елями, с других — довольно густой лес.

Невдалеке, на открытом берегу, Митяй увидел группу людей, которые синхронно выполняли какие-то сложные упражнения, похожие на гимнастику. Потом все они вошли в воду, кто-то просто окунулся, а несколько человек поплыли на глубину.

Митяй раздумывал: выходить ему из укрытия или нет? Решил, что не нужно, будет наблюдать издалека. Наверное, должно что-то произойти, не зря же он оказался именно в этом месте.

Быстро темнело. Похоже на конец июля или начало августа. Митяя так потянуло искупаться, что он уже двинулся в направлении берега. На ходу стал расстегивать рубашку.

Над озером полыхнуло, и Митяй увидел огромный серебристый диск. На несколько секунд он завис над водой. Взрыв произошел без малейшего шума: как будто в немом кино. Странно, что диск ушел под воду без всплеска… Прямо на Митяя двигался по воздуху продолговатый светлый предмет. Прозрачная пластиковая капсула опустилась рядом, метрах в двух. На его глазах «пластик» растаял, а на песке остался крошечный ребёнок. Обычный человеческий детёныш. Митяй никогда не видел близко таких маленьких. Ребенок не плакал, казалось даже — внимательно и с пониманием смотрел Митяю прямо в глаза. Мальчик. Голый, с тёмными, почти чёрными, короткими волосиками на голове, крошечными ручками и ножками, которые скрестил, поджав к животу.

Что же делать? Митяй услышал голоса и опять занял в кустах позицию наблюдателя. Было темно, но от воды шел лёгкий свет. Приближалась парочка. Неужели они ничего не видели? А, понятно. Парень с девушкой останавливались через каждые несколько шагов и начинали целоваться. Митяй никогда не целовался, но представлял, как это могло быть. Наверное, он бы тоже закрывал глаза.

Ребёнок заплакал. В полной тишине плач прозвучал очень громко. Эти двое стали оглядываться, потом побежали на детский крик. Девушка присела на корточки:

— Андрей, смотри, ребёнок… И голый совсем…

— Может, его купали? Хоть бы полотенце оставили. Олухи!

— И бросили одного на берегу?

— Ему ведь холодно!

— Пока дурные родители не объявятся, давай-ка завернём его. Рубашку снимай.

— Они что, плавают?

— Да не похоже… Тихо…

— Откуда он взялся тогда? С неба упал?

— Нет, кто-то его принёс. Не сам же пришёл. Он и ползать ещё не умеет.

— Слушай, в прошлом году какие-то сумасшедшие сюда приезжали — детей в воде рожать. Может, опять?

— Ага! Специально приехали, родили, и на берегу бросили… Нет. Ему где-то месяц или полтора. Что я, новорожденных не видела? У меня сестра в прошлом году девочку родила.

— А нам-то что делать?

— Может, его утопить хотели? Подумали: концы в воду, и всё.

— Точно! Меня мать в прошлом году заставляла котят топить. У нас Мурка два раза подряд принесла. Я не смог. Знаешь, страшно как… А тут — ребёнок…

— Вот что. Давай с полчаса подождём, и заберём его. Не бросать же. Если что, лагерь рядом. Спохватятся, будут искать, мимо нас не пройдут.

— А кормить? Он ведь жрать захочет.

— У нас сухое молоко осталось. Разведём.

Девушка ходила взад-вперёд по берегу, качая малыша. Он замолчал. Уснул, наверное. Полчаса прошло. И даже больше. Но никто не появился. Митяй знал, что этого и не могло случиться. Они оказались правы: ребёнок и в самом деле — упал с неба.

Крышка саркофага открылась. Митяй вылез и подошёл к Сфинксу. Тот дремал, опустив голову на огромные львиные лапы. Митяй чувствовал, что сейчас его трогать не стоит. Наконец, Ра приподнялся и потянулся абсолютно так, как это делают кошки: прогнувшись в спине и слегка закинув голову. Потом посмотрел на Митяя, и тот ответил на мысленный вопрос:

— Я видел Бориса. И узнал всё, что случилось

— Этот мальчик — единственный борс из всей экспедиции, кто остался в живых.

— Ты сказал — борс?

— Да. Смотри в глаза кобре.

Митяй сосредоточился, смотрел на корону Ра, прямо в чёрные глаза змеи. Но опять с первой попытки ничего не получилось. Сфинкс спокойно сказал:

— Не волнуйся. Это требует практики. Научишься. Смотри через свою точку Ра.

В голове Митяя возникли образы. Как будто он смотрел фильм, но в то же время получал информацию каким-то иным, неизвестным ему способом.

Борс — далёкая красная планета… Перед ним мелькали кадры: странные синие растения, необычные животные. Белое небо, изумрудные моря… Всё — иное… Но во всём — удивительная гармония. Хотелось остаться здесь навсегда.

Картина поменялась: ледники, пустыни, вулканы. Горстки людей, живущих в пещерах.

Да, действительно, всё было похоже на описание доисторической эпохи Земли в учебниках. Именно сюда несколько тысячелетий назад высадилась экспедиция с планеты Борс. Нежданные пришельцы возвели семь энергетических центров, которые позволили гармонизировать пространство. Климат на Земле улучшился. Борсы создали сфинксов, кентавров, русалий и многих других существ, более приспособленных к экстремальным условиям, чем аборигены — ариты. Даже после сильнейших земных катастроф, эти виды должны были сохраниться, чтобы восстановить разумную жизнь. Борсы передали им часть необходимых знаний. Затем экспедиция покинула землю, а человечество начало быстро развиваться в новых условиях. Уникальные создания борсов исполняли роль наставников, и срок их жизни был безграничен…

И картина ушла.

— Классно! Ты вечен, Ра?

— Вечность — понятие относительное. Я — да, но родители Бориса — мои создатели — погибли. А их сын страдает в чужом мире. В мальчике — генетическая память и энергетический потенциал планеты Борс.

- Я понимаю, что его нужно вернуть.

— Ты сделал выбор.

— Теперь за Оберегом?

— Да.

Они вышли из центральной пирамиды и направились к меньшей. Митяя поразило, что на небе — два солнца. Одно из них опускалось за горизонт, а второе стояло в зените.

Сфинкс объяснил:

— Это Ра и Фа. Днём лучи Ра затмевают малое солнце: Фа видно только на закате.

- Здесь нет ночи и звёзд?

- Вместо ночи — сумерки. Когда Фа уходит, а Ра только появляется, то можно увидеть планету Борс и звёздное небо.

К подножию подошли незаметно, но оказалось, что они не одни: люди возникали из ниоткуда и проходили внутрь пирамиды. Некоторые из них выглядели странно.