Железная маска - Ладусет Эдмон - Страница 45

— Подпишите это.

Королева взяла пергамент, быстро подошла к столу, обмакнула перо в чернила, даже не читая, поставила свою подпись.

— Теперь печать.

Маркиза повиновалась.

— Позовите начальника стражи, пусть он доставит эту бумагу по назначению.

Не колеблясь ни секунды, маркиза позвонила в колокольчик и передала документ явившемуся на ее зов офицеру.

Одержав полную победу, Ивонна вновь обратилась к королеве:

— Сударыня, мне известно, что несколько членов королевской семьи отравлены. Здесь лежит труп Ньяфона, и стоит мне захотеть, весь Париж узнает о том, что это ваш сын, и вас обвинят в его убийстве. Но вы подписали нужную мне бумагу, и я обещаю хранить вашу тайну… Чтобы избавиться от трупа, вам понадобится некоторое время, за которое я смогу без помех покинуть дворец. Вы согласны? — спросила Ивонна, вновь поднося кинжал к ее лицу.

Маркиза лишь молча кивнула.

Тогда супруга монсеньора Людовика склонилась перед королевой Франции в прощальном поклоне и покинула ее покои.

Выйдя на улицу, она села в карету Ньяфона и приказала вознице ехать в замок де Бреванн.

Глава XXVII

ФАРИБОЛЬ И МИСТУФЛЭ В БАСТИЛИИ

Когда несколько часов спустя Фариболь, Мистуфлэ и Онесимо вернулись в аптеку Эксили, их ожидало страшное зрелище: перед ними было пепелище, подземелье открылось взорам досужих зевак, и ни души…

Свидетели пожара сказали им, что аптека давно пустовала и им даже в голову не пришло, что надо кого-то спасать.

Все пошло прахом! Как быть дальше? Ивонна с сыном и Дорфьель могли лишь чудом избежать страшной смерти в огне. А так как все трое были добрыми христианами, они решили проверить, не совершил ли Господь подобное чудо, и отправить Онесимо в замок де Бреванн. Если Ивонна выжила, она могла быть только там. Фариболь и Мистуфлэ остались бродить среди пепелища, боясь обнаружить обгоревшие трупы своих друзей.

За этим невеселым занятием их и застал офицер королевской стражи. Первым побуждением двух забияк было обнажить шпаги, но мушкетер лишь улыбнулся и спросил:

— Эй, вояки! Не один ли из вас некий Фариболь?

— Это я, — с вызовом и удивлением ответил капитан.

— Черт возьми! Вот уж не думал найти вас среди этих головешек… В адресе указана аптека, а имя получателя — Фариболь. А, понимаю, ваш дом сгорел… Примите соболезнования, монсеньоры.

— Благодарю, — ответил Фариболь в полной уверенности, что над ним издеваются. — И зачем я вам понадобился?

— Вот, возьмите, — сказал мушкетер, протягивая ему сложенную и запечатанную бумагу.

— Что это?

— Письмо?

— Откуда?

— Из королевского дворца.

— Из Версаля? От… ко… короля?

— Нет, от маркизы де Мэнтенон.

— Но я ее не знаю и никогда не видел!

— Ну и что? — рассмеялся мушкетер. — Возьмите же! Я просто выполняю поручение, и мне надо торопиться назад.

Фариболь взял наконец письмо, и офицер сразу же ускакал.

Раздираемый недоверием и любопытством капитан сломал печать и, быстро прочитав послание, выдал целый залп своих излюбленных ругательств:

— Сто тысяч чертей! Гром и молния! Ну и сюрприз!

Мистуфлэ, читавший письмо через плечо Фариболя, присоединил свой голос к восторженным воплям капитана:

— Боже мой! Клянусь всеми святыми! Вот это новость! Пресвятая дева! Свершилось правосудие Господне!

Вскоре друзья уже подходили к Бастилии. Оба шли с важным видом, гордо подняв головы и элегантно держа правые руки на эфесах шпаг.

Когда они взошли на подъемный мост, вооруженный мушкетом часовой крикнул им:

— Убирайтесь! Здесь не место для прогулок!

— Черт возьми, приятель, — ответил Фариболь тоном, исполненным достоинства, — убери-ка свою дурацкую пушку и передай офицеру, что с ним хотят поговорить по весьма важному и неотложному делу.

Слова и манеры славного капитана произвели должное впечатление, и часовой крикнул:

— Командира к воротам!

На его зов явился офицер в сопровождении нескольких солдат.

— Сударь, — обратился к нему Фариболь, протягивая пергамент, — не сочтите за труд ознакомиться с этим.

Прочитав бумагу, офицер снял шляпу, отвесил двум друзьям глубокий поклон и ответил:

— Я в вашем полном распоряжении. — И скомандовал своим людям: — На караул!

— Пустое, сударь, пустое… — отмахнулся Фариболь. — Столь важным людям, как мы, подобает скромность… Возьмите четырех солдат и проводите нас к коменданту.

В таком составе они и подошли к домику коменданта. Перед дверью Фариболь задержал офицера и сказал:

— Пусть ваши солдаты подождут здесь, а вы пойдете со мной. У господина де Сен-Мара дурные манеры, и, если он откажется исполнить приказ короля, ваша шпага будет не лишней.

— Слушаюсь, монсеньор, — ответил офицер и положил руку на эфес.

Комендант спокойно дремал в кресле, но был беспардонно разбужен грохотом пинком открываемой двери.

— Какого черта! — вскричал он. — Кто посмел явиться без приглашений?

— Я, монсеньор, — ответил Фариболь и, не снимая шляпы, вошел в комнату.

Сен-Map одним прыжком оказался на ногах. Его лицо исказили страх и изумление, рассудок отказался верить глазам, а руки подчиняться рассудку. Перед ним, в Бастилии, во всей красе стоял его давнишний грозный противник, прославившийся своей изворотливостью и умением путать следы…

— В… вы здесь? — только и сумел выдавить из себя Сен-Мар.

— Представьте себе, да! И со мной господин э-э… де Мистуфлэ. Вы, вероятно, помните его замечательный трюк с переодеванием в Пиньероле? А как вам понравился тупоумный рыбак с острова Святой Маргариты? Вспомнили? Чудесно, чудесно… Так как вы поживаете, дражайший господин де Сен-Мар?

Приняв слова Фариболя за очередной блеф, комендант насмешливо ответил:

— Черт возьми, капитан Фариболь! На здоровье я не жалуюсь, и это лишнее доказательство того, что в тюрьмах не столь нездоровый климат, как принято считать.

— Полностью с вами согласен.

— Но, правды ради, следует признать некоторую разницу между условиями содержания заключенных и жизнью коменданта… Впрочем, вам предстоит убедиться в этом лично.

— Вы и представить себе не можете, насколько вы близки к истине.

— С вами приятно беседовать, дорогой мой, но служба прежде всего, — с улыбкой ответил Сен-Мар и обратился к офицеру: — Бросить этого человека в самый сырой застенок!

Но офицер и бровью не повел.

— Извините, господин комендант, — вежливо проговорил Фариболь, — но, боюсь, вы заблуждаетесь… — И приказал: — Бросить этого человека в самый сырой застенок!

Офицер сделал шаг вперед и холодно произнес:

— Вашу шпагу, сударь!

Комендант отскочил назад и заорал:

— Вы что, с ума сошли?

— Дорогой мой Сен-Мар, — снова заговорил Фариболь, — вы отказываетесь подчиниться указу короля и тем самым нарываетесь на очень серьезные неприятности.

— Указ короля?

— Вот, ознакомьтесь.

Дрожащими руками комендант развернул пергамент, и у него волосы встали дыбом, когда он прочитал:

КОРОЛЕВСКИЙ УКАЗ

Настоящим Указом, мы, Людовик XIV, король Франции, через нашу августейшую супругу, маркизу де Мэнтенон. обязуя всех наших верных подданных оказывать тому всяческую помощь и содействие, предписываем нижеследующее:

Господину Фариболю, с отобранными по его усмотрению людьми, незамедлительно прибыть в наш замок Бастилию и принять на себя командование и управление оным. Дабы никто не смел чинить ему препятствий, заявляем, что настоящий Указ есть в то же время и патент коменданта означенного замка.

В отношении своего предшественника, господина де Сен-Мара, господин Фариболь поступит согласно своему усмотрению, но в интересах безопасности и спокойствия нашего королевства.

Помимо вышеизложенного, господину Фариболю укажут камеру узника, о котором он говорил нам в конфиденциальной беседе. Узник сей подлежит незамедлительному освобождению.