Проклятый цирк - Брюссоло Серж - Страница 16

Пес навострил уши. На кого они нацелились? Неужели Мария-Женевьева допустила какую-нибудь оплошность?

Он с облегчением отметил, что ни одна из стрел не кружит над детским садом. Значит, вороны все еще не обнаружили Пегги Сью. Уже неплохо!

Не теряя больше времени, он подполз к забору и принялся копать, стараясь проделать достаточно большую дыру, чтобы пролезть под штакетником. Это заняло изрядное время, так как он пытался действовать незаметно для детей, которые непременно закричали бы: «Собачка! Смотрите, собачка!» – и тем самым привлекли внимание нянек.

Подкоп был уже почти готов, как вдруг откуда-то снизу по склону донеслись отчаянные крики. Явственно повеяло паникой. Люди бежали кто куда, в ужасе прикрывая голову руками. Замерев, пес принялся мысленно зондировать их сознание. Вскоре он понял, что несколько человек стали жертвами стрел, внезапно налетевших с неба. Никто не знал, чем вызвано нападение.

«Атомная сосиска! – ужаснулся пес. – Стрелы нападают на любых девочек-подростков, хотя бы отдаленно напоминающих Пегги и ее сестру! Феи готовы пойти на убийство невинных, лишь бы не дать ускользнуть своей добыче. Отвратительно».

Пользуясь всеобщим смятением, пес быстро пролез под забором и оказался во дворе детского сада. Одна из воспитательниц тут же его заметила, но он быстро послал ей телепатическое сообщение: «Беги в укрытие! На тебя летит стрела-убийца!»

Женщина побледнела и бросилась бежать без оглядки, ожидая, что смертоносное острие вот-вот пронзит ее сердце.

Не заботясь о ней больше, пес миновал дверь и, руководствуясь обонянием, двинулся на поиски Пегги.

Он обнаружил ее в окружении других ребятишек в комнате для рисования. Она выводила каракули на листе желтой бумаги и заливалась смехом, как будто это было самое приятное занятие в мире.

– Ух ты, – закричали мальчики, – песик! Смотлите, какой некласивый, весь тселный… Некласивый и злой. Плогоним его, плогоним его палками!

– Нет, – запротестовали девочки, – он такой миленький…

– Тогда он будет насей лосадкой! – решили маленькие сорванцы. – Мы будем хлестать его плеткой, стобы он скакал быстло-быстло!

Псу вовсе не хотелось ни отведать палки, ни превращаться в верховую лошадь. Он тут же послал малышне гипнотическую мысль:

– Я Санта-Клаус, и если вы хотите получить от меня подарки, будете делать что я вам скажу, понятно?

Глаза малышей радостно заблестели, по комнате пронесся восторженный шепоток.

– О! Я знал, сто он сусетвует! – пролепетала одна из крох.

– Да, тосьно! – отозвался ее сосед. – Только болода у него сёлная, и ходит он на сетылёх лапах…

– Да, да! – подхватили ребятишки постарше. – Санта-Клаус – собака! Вот здолово!

Пес почувствовал, что у него начинает трещать голова. Он сконцентрировался на Пегги и мысленно шепнул ей:

– Иди за мной, я вручу тебе твой подарок. А потом – всем твоим друзьям по очереди. Я вернусь за каждым из них.

Оробевшая девочка неуклюже встала, приблизилась к псу, и он повел ее за собой в направлении выхода. В коридоре они столкнулись с еще одной воспитательницей. Она уже было нахмурилась и угрожающе подняла руку, но вдруг замерла с искаженным от страха лицом: пес быстро внушил ей мысль, что к ней под халат забрался огромный паук и теперь ползет у нее по спине. Пока женщина лихорадочно срывала с себя одежду, пес и девочка успели выскользнуть за дверь.

– Куда мы идем? – нетерпеливо спросила Пегги. – Я хочу подарок. А что это будет?

– Ну, это… это кукла-вампир с игрушечной кухней, – сымпровизировал пес, который не слишком хорошо разбирался в детских игрушках.

– Таких кукол не бывает! – запротестовала Пегги Сью.

– Ладно, ладно… – пробормотал пес, мозг которого едва не превращался в кашу от боли и напряжения. – Тогда это утюг, который играет на барабане. Такое тебе подойдет?

– Глупости какие! – взорвалась малышка. – Твои подарки никуда не годятся. Ты плохой Санта-Клаус!

Когда они достигли леса и ступили под сень густой листвы, синий пес мысленно приказал девочке лечь на мягкий мох и заснуть. Он не мог позволить ей вернуться в детский сад, когда она все-таки поймет, что ее вовсе не ждут никакие подарки.

Когда Пегги задремала, он смог наконец прекратить телепатическое воздействие на нянек, и пылающая боль в его голове мало-помалу утихла. Через десять минут он уже чувствовал себя значительно лучше, но все еще был слишком слаб, чтобы вступить в мысленный контакт с Марией-Женевьевой и убедиться, что она избежала нападения стрел.

Смертоносные снаряды продолжали свистеть в небе, кружа над крышами домов и деревьями в поисках подходящей жертвы. Люди покинули открытые места и спрятались в домах за закрытыми дверями и ставнями. Синий пес решил последовать их примеру. Пользуясь тем, что Пегги крепко уснула, он забросал ее сверху сухой листвой и веточками, на случай если одна из стрел начнет рыскать в подлеске. Скрытая под кучей лесного мусора, малышка была совершенно невидима. Сам пес забрался в гущу кустарника и затаился там. Нужно было во что бы то ни стало продержаться до вечера! Дождаться, пока поднимется туман и скроет своей непроницаемой пеленой склоны горы и равнину у ее подножия. До сих пор туман ни разу не подводил, ежевечерне заволакивая поля и пустоши белесой мглой, похожей на дым от невидимого пожара.

«Без тумана мы пропали, – подумал синий пес. – Стрелы поразят нас задолго до того, как мы доберемся до цирка».

В ожидании вечерней гонки он тоже решил отдохнуть. Время от времени Пегги просыпалась, и тогда он снова насылал на нее легкую дрему, чтобы она не успела окончательно очнуться и начать задавать вопросы. Меньше всего ему хотелось, чтобы она убежала, напуганная непонятной для нее ситуацией.

Время текло медленно. Стрелы сновали в небе туда-сюда, то исчезая, то вновь появляясь, и эта игра в прятки ужасно действовала на нервы.

Больше всего пес боялся внезапно услышать лай ищеек, явившихся закончить работу, начатую воронами.

«Уж им-то туман ничуть не помешает, – размышлял пес. – Чуткое обоняние приведет их прямо к нашему укрытию, и им не составит труда взять нас в кольцо».

Следовало во что бы то ни стало покинуть гору до того, как ищейки пойдут в атаку.

«Мои телепатические способности им тоже повредить не смогут, – продолжал рассуждать пес. – К тому же я слишком устал, чтобы повторять свои недавние подвиги. Мне едва хватит энергии, чтобы убедить Пегги следовать за мной».

Наконец солнце опустилось за горизонт, и над равниной поползли мохнатые клочья вечернего тумана. Пегги Сью проснулась и потерла глаза.

– Где мы? – захныкала она. – Здесь темно и холодно… Мне страшно. Я хочу обратно в садик…

Синий пес не чувствовал в себе сил пускаться в долгие разговоры. Он удовольствовался тем, что внедрил в сознание девочки мысль о необходимости спуститься с горы, чтобы отправиться к цирку. Для большей убедительности он направил в ее мозг кое-какие картинки представления, на котором сам присутствовал.

Метод сработал отлично: Пегги захлопала в ладоши и радостно закричала:

– Хочу увидеть клоунов! Хочу клоунов!

– Тогда иди за мной! – велел пес. – И поторопись, а то нам не достанется мест.

Они нырнули в густой туман. Несмотря на плохую видимость, заблудиться они не могли: достаточно было просто все время двигаться вниз.

Как только они пустились в дорогу, пес попытался установить контакт с Марией-Женевьевой.

«Ты на связи? – позвал он мысленно. – Я иду вместе с твоей сестрой. Ты приготовила для нее одежду? Она уже начинает расти».

– Я здесь, – откликнулась Мария-Женевьева. – Около подвесного зеркала. Кажется, я уже опять стала уродливой.

– Не смотри на свое отражение! Хозяева цирка все уладят. Мы скоро придем. Главное, не показывайся никому на глаза».

К счастью, в этот вечер туман был особенно плотным. Торопливо шагая рядом с синим псом, Пегги Сью постепенно менялась по мере того, как они спускались все ниже и ниже. Вскоре ее одежда стала слишком тесной и расползлась по швам, так что дальше ей пришлось бежать голышом. Пес постоянно старался контролировать сознание девочки, чтобы она не начала паниковать.