Дом Дверей: Второй визит - Ламли Брайан - Страница 79

Но не достаточно бесшумно.

Внезапно среди листвы и подлеска раздался шорох!

А затем появились, безумно кувыркаясь, рванувшие к морю первые крабы. Это были робкие создания величиной с фут в поперечнике, но без клешней, и они шарахались, вставали на задние лапки и бочком обходили пораженную группу Джилла, прежде чем продолжить свой лихорадочный, косой бег к морю.

— Сейчас! — крикнула Анжела, когда бегущие повалили сплошным потоком. — Спуститесь к берегу и тогда увидите, что произойдет. Если хотите заглянуть внутрь раковин, заденьте сифоны — но, Бога ради, не вздумайте споткнуться и упасть в них!

Идя впереди, тогда как орды крабов бочком-бочком обходили их и, кувыркаясь, бежали к морю, Анжела осторожно показала перед собой. При странно колышущемся свете лун группа различила то, что смахивало на лежащие на илистой поверхности обрывки покрытого слизью каната. Но когда крабы перелезали через них...

Они извивались, скользили, несли сообщение своим хозяевам, что настало время кормежки. Канаты эти оказались сифонами — дыхательными трубками, просунутыми сквозь дрожащий песок. Когда лавина крабов врезалась в них, они привели в движение огромных моллюсков. По всему пляжу раскрывались плоские верхние половинки двустворчатых раковин. Лежащие под самой поверхностью, они скидывали ил в сторону, когда створчатые гребешки поднимались, словно люки, и именно этим-то они и являлись — крышками люков. Крабы дюжинами — буквально десятки, сотни крабов — летели кувырком в глубокие чаши нижних раковин, чьи подвижные, живые внутренности накрывали их. И когда эти огромные моллюски заполнялись до отказа, верхние половинки снова закрывались.

Но в тот, предыдущий раз Анжела спешила, охваченная вполне понятным страхом; она недооценила размер этих монстров. Некоторые из огромных морских гребешков запросто достигали десяти футов в поперечнике, а то и больше!

— Боже! — высказалась Миранда. — И подумать только, в детстве я, бывало, коллекционировала ракушки.

— Чтобы пополнить свою коллекцию одной из этих малышек, тебе понадобится грузовик с прицепом, — заверил ее спецагент. — Да, думаю про похлебку из моллюсков можно забыть!

Группа разделилась, осторожно расходясь по илистой отмели и заботливо приводя в действие тех моллюсков, которые пока еще не активировались. Но не обнаружили никакой «огромной черной дыры цвета космоса», никакой потайной двери в иной мир, ни в одном из них.

— Очевидно, — решил, прекращая поиски, Джилл, — двери появляются и исчезают. Возможно, тогда испытание Анжелы подошло к концу. Когда синтезатор посчитал, что она не сломается, невзирая ни на какое давление, то предложил ей выход, и таким образом сохранил статус кво — ну, так сказать. Дверь создали специально для нее, и после того, как она воспользовалась, убрали.

Вернувшись к опушке леса, Тарнболл спросил:

— Но разве это не все время делается? Я хочу сказать, может ли быть так, что нам на самом деле нечего бояться? Что синтезатор даже на самой грани нашей гибели скажет «Ква», когда не сможет уже чуть сильнее нажать на нас? В твоем машинном мире мы прямо в последнюю минуту нашли дверь в потолке пещеры. И в мире шестиногих кроликов, как раз перед тем, как солнца сделались новой звездой.

— Не думаю, — покачал головой Джилл. — На этот раз Сит снял лайковые перчатки.

— Откуда у тебя такая уверенность? — спецагента он не убедил.

— Ты все забываешь, — указал ему Джилл, — что в тот первый раз «нас» не могли убить, потому что это были не мы. Но на этот раз мы — это мы. Если бы мы не выбрались из моего машинного мира, нас бы раздавило всмятку, когда рухнула пещера, а в другом мире новая звезда изжарила бы нас вместе со всей планетой.

— Но мы ведь выжили-таки в первый раз, — напомнила ему Анжела. — Мы были синтетическими — да, хотя и не знали этого — но мы выжили.

— Совершенно верно, — согласился Джилл. — И знаешь, чему я это приписываю? Частично тому, что мы весьма умный народ, мы, люди, но, главным образом, тому, что нам чертовски повезло...

Долгое время, пока они возвращались обратно тем же путем, Тарнболл переваривал сказанное и молчал.

Но в конце концов сказал:

— Ты не всегда прав, но, полагаю, на этот раз, ты, вероятно, прав. И в таком случае мы должны надеяться, что нам и дальше будет чертовски везти.

— Точно, — кивнул Джилл.

Пещеры не отличались простором — даже самые вместительные оказались недостаточно велики, чтобы впустить всю группу. В те времена, когда река протекала этим руслом, она намыла их в изобилии, пещеры буквально пронизывали все утесы. Группа Джилла из семи спутников выбрала плотное скопление таких пещер, расположенных поблизости, и развела перед ними на голой земле костры. Они наломали сухих опавших веток, сложив их там, где можно легко дотянуться и все ночь подкидывать в костер хворост. А также надрали себе на постели веток с кустов с мягкой листвой и бросили жребий, кому и когда караулить (караулить всегда по двое, для дополнительной безопасности), прежде чем улеглись спать. К тому времени они почти засыпали на ходу.

Джиллу с Уэйтом выпало караулить первыми, и Тарнболл некоторое время посидел с ними. Анжеле и Миранде предстояло караулить вторыми, а Кину Суну и спецагенту — третьими; а потом снова должны караулить Уэйт вместе со Стэннерсли. Таким образом, пилоту повезло: по крайней мере, ему достанутся все выгоды практически беспрерывного ночного сна. Что же касается Барни, то пес уже храпел перед костром.

— Почему бы тебе не поспать немного? — спросил Тарнболла Джилл.

— Мысли спать не дают, — ответил тот. — Я хотел спросить у тебя: как дела? Продвинулся ли ты хоть сколько-нибудь в восстановлении контакта с синтезатором? Такого рода мысли.

— Потому что время в реальном мире кончается?

— Полагаю, что да.

Джилл покачал головой.

— Чем меньше его становится, тем большее давление я ощущаю. Чем большее давление ощущаю, тем на меньшее, похоже, способен. А что касается синтезатора: у меня нет никакого ключа к тому, как снова синхронизироваться с ним.

И Уэйт задал вполне логичный вопрос:

— Так как же ты сделал это в первый раз?

Джилл устало пожал плечами:

— Нам повезло — да, опять. Сит гонялся за нами на Земле, в Шотландии, с оружием фонов, а точнее — с инструментом. Его Джек метким выстрелом выбил у него из руки, отхватив вместе с ним пару пальцев. Я научился применять это оружие. В конце концов, это же была машина, а уж в них я умею разбираться. Но. выстрел повредил эту штуку, и она теряла мощность.

Затем мы наткнулись на скорпиона, тоже поврежденного, и присутствовали там, когда он проделал какую-то дистанционную дозаправку вроде той, какую произвел покалеченный зудень на острове Уайт. Поэтому я тоже подзаправил оружие и еще больше узнал о том, как оно работает.

Когда он умолк, рассказ продолжил рослый спецагент.

— Потом на планете-пустыне, в мире наихудших кошмаров Клайборна, где сверхъестественное было реальным, мы наткнулись на дверь, похожую на гигантский кристалл. И применив свою машинную эмпатию, Спенсер смог понять, что к чему. Он вломился в механический мозг синтезатора, «поговорил» с этой штукой и добился преимущества.

А Джилл закончил рассказ.

— Сит допустил пару серьезных ошибок. Мы воспользовались ими и победили. И не только победили, мы вытурили его, погнали обратно через всю вселенную Бог знает куда. А поскольку он жульничал — хотел заполучить Землю по своим личным причинам, то фоны наказали его.

Снова вступил Тарнболл:

— Теперь его явно переверстали в свои ряды ггуддны. И на этот раз он жаждет мести. И самое худшее заключается не в том, что он устраивает нам здесь, где бы это здесь ни было. Нам известно, что тем временем реальный мир превращается в ад!

— Так, — произнес с задумчивым видом Уэйт, — значит, все начало сходиться одно к одному, когда ты заполучил то оружие. Но где же оно теперь?

— Когда я дезактивировал Дом Дверей, Замок на склонах Бен-Лоэрса — да, этот самый Замок, в котором мы сейчас находимся — то оставил оружие в нем, — ответил Джилл. — Не та это штука, не того рода технология, какой следует попадать не в те руки. Или в любые руки...