Друзей не выбирают. Эпизод II - Кувайкова Анна Александровна - Страница 58

Однако она не такая изнеженная пискля, как мне показалось утром!

«Это хорошо или плохо?» — поинтересовался Таш.

«Пока не поняла!»

— Ну, есть немного! — посмотрела я за окно, солнце за которым клонилось к земле.

Время-то уже к вечеру!

— Вообще-то скоро ужин, и Марк просил Керианэль вас разбудить, но я её отпустила, мне хотелось с тобой познакомиться до ужина! — сообщила мне эльфийка, почесав за ухом.

Интересно… И какого же упыря ей от меня надо?

— Понятно. Что ж, будем знакомы: я Хелли. Без всяких там леди, уважаемая магичка и тому подобной ерундистики.

— Согласна! — задорно кивнула эльфийка. — А я Аринэль. И прошу тебя, зови меня просто Ари, когда мы наедине! Я хоть и принцесса, но всё же не совсем, и много чего я пока не могу вспомнить. Так что давай обойдёмся без всяких титулов и прочей «ерундистики»! Кстати, а что это за слово такое?

— А ты что, не знаешь? — прищурила я глаза, садясь на кровати.

— Нет! — тряхнула головой Аринэль. — Расскажи!

— Хелл, может, не стоит? — забеспокоился Химо. — Это же всё-таки принцесса!

— Ой! — Эльфийка только сейчас заметила тарантула, прикрытого моими волосами, из которых он на данный момент и пытался выбраться.

Надеюсь, принцесса визжать сильно громко не будет.

— Какая прелесть! — восторженно уставилась Ари на частично выпутавшегося тарантула. — Какой хорошенький паук! А почему он говорит? Как его зовут? А можно я подкину его леди Ниланэль?

— А вот с этого момента поподробнее, — приподняла я бровь. — Тебе чем-то не угодила одна из придворных эльфиек?

— Фаворитка моего братца! — закатила глаза эльфийка. — Вся такая красивая, расфуфыренная и совершенно не воспринимает меня всерьёз! А мне обидно! Так можно я одолжу ненадолго твоего паука?

— Химо, что скажешь? — обратилась я к чучелку. — Тебе не привыкать лазить в декольте у придворных дам!

— Это было всего один раз! — засмущался паук, явно пытаясь покраснеть.

Ню-ню, можно подумать, что у него это получится!

— Правда? — У Ари даже глаза загорелись от интереса. — Расскажи!

— С удовольствием! — согласилась я, вызвав страдальческий вздох Химо.

А что, он же и правда лазил в декольте у Друсилии в первый мой день в Академии!

Неспешно приводя себя в порядок, я рассказала о том случае хихикающей эльфийке. Она же в это время гладила моего паука, который явно был ей интересен. Со шкафа за этой картиной наблюдал всё ещё обиженный на меня Рикс. Но скелет ворона никакого беспокойства не проявлял и эльфийку не трогал. А это хороший знак, ведь те, кто не нравится моей птичке, как правило, спокойно не живут.

Может, всё не так уж и плохо? Найденная эльфийская принцесса не так плоха, как мне показалось вначале, общаться с ней легко, да и схожесть наших характеров явно прослеживается. Если она, как я уже успела заметить, действительно любит строить мелкие забавные козни, то берегись, дворец Эвритамеля: эльфийская принцесса и зловредная магичка выходят на охоту! А если сюда прибавить двух не менее шаловливых дроу…

Интересно, какое мнение об Аринэль сложилось у Аилинии? И что же будет, когда мы проведем ритуал? И кстати, как же мне ее все-таки называть? Ай, не буду мучиться, она сама попросила называть её Ари!

«Время покажет», — как всегда вовремя напомнил о себе Таш.

И ведь, как всегда, он абсолютно прав.

Глава 31

Поставить на уши дворец не получилось. На следующий день я проснулась из-за жестоко чесавшейся руки. Впрочем, чесалась не только она. Страшно зудели и руки, и ноги, и шея, и всё остальное. Поднеся руку к глазам, я обнаружила на ней россыпь мелких водянистых пузырьков.

— Это что ещё такое? — уставилась я на это безобразие, которое покрывало всё тело.

Только на лице ещё ничего не было.

— Э-э-э, — подал голос Химо, — аллергия на эльфийскую еду?

— Не знаю, — почесала я порядком вспотевшую шею, — но мне это не нравится!

«Что не нравится?» — поинтересовался Таш.

«Вот это!» — Я поднесла руку поближе к глазам, рассматривая прыщики.

«А температура у тебя есть?» — спросил Таш после минутного молчания. Я внимательно прислушалась к своим ощущениям. Вроде да, голова побаливает, да и кости ломит, неприятное ощущение под лопатками тоже присутствует.

«Хелли, спешу тебя поздравить! Ты где-то умудрилась подхватить ветряную оспу!»

«Что?!» — мысленно завопила я, соскакивая с кровати и подходя к зеркалу. Действительно, на лице ничего, а вот шея…

«У тебя ветрянка!» — рассмеялся Таш, переведя название этой болезни на более простой язык.

— Хрдыр рюмдырхов!!! — выругалась я, с большим трудом заставляя себя не чесать руку.

Через несколько минут моей вдохновенной речи, услышав которую самый матерый орк наверное бы от зависти позеленел, раздался тихий стук в дверь и в комнату вошла Лин:

— О, ты уже проснулась?

— Лин, стой, где стоишь! — крикнула я, пятясь к стенке. — Не смей ко мне подходить!

— Хелли, что случилось? — удивлённо спросила иритари, в глазах которой явно читалось беспокойство, но всё же на пороге она застыла.

— Ты болела в детстве ветрянкой?

— Нет, — растерянно ответила Лин, она явно не ожидала такого вопроса, — а что?

— А то! — продемонстрировала я свою руку. — Я где-то подхватила эту заразу!

— Как? — ахнула Лин.

Как, как — а я откуда знаю?!

— Вот так! — нахмурилась я. — Найди Латриэля, пожалуйста! И лучше не заходи ко мне в комнату!

Аилиния поспешно покинула комнату, а я, сердито зарычав, упала на кровать, уткнувшись лицом в подушку.

Ветряная оспа — заболевание достаточно серьёзное, если его, конечно, вовремя не вылечить. Имея под боком эльфийского целителя, это несложно, умереть мне не грозит, да и если я нечаянно сдеру пузырьки — то шрамы можно тут же затянуть. Но вот сам ход болезни, насколько я знаю, мягко говоря, неприятен. Высокая температура, жуткий зуд, ломота в костях и нестабильность в магии. Демоны и упыри, вот вляпалась…

— Что случилось? — Дверь распахнулась, и в комнату быстрым шагом вошёл Латриэль, довольно длинные волосы которого были собраны в сложносплетённую косу.

— Ветрянка! — буркнула я, не поднимая головы.

Химо, не зная, что можно сказать, сидел у меня на спине и осторожно поглаживал меня пушистой лапкой.

Заставив меня перевернуться на живот, эльф осмотрел мои конечности, которые не скрывала длинная рубашка, потрогал лоб, посмотрел ауру и выругался.

— Ты права! Это ветрянка! — нахмурился Латриэль. — Где ты умудрилась её подцепить?

— Без понятия! — пожала я плечами. — Наверное, ещё в Академии. Насколько я знаю, эльфы этой гадостью не болеют!

— Болеют, но редко! А если подхватят, то переносят очень и очень тяжело, намного хуже людей. Мне было пятьдесят, когда я подцепил эту заразу от Марка, половина детей дворца тогда переболела! — «обрадовал» меня Латриэль.

— И сколько мне теперь не выходить из комнаты? — загрустила я.

— Две недели. Как только пузырьки начнут подсыхать, я их вылечу. Но до этого времени ничего толкового сделать не получится. Разве только ежедневно втирать мазь, которая ускорит подсыхание, да пить отвар от лихорадки. Я сегодня же всё это приготовлю. Но близнецам и Аилинии заходить к тебе категорически запрещено! — строго посмотрел на меня эльф.

В его изумрудных глазах то и дело промелькивало беспокойство, да и он как-то нервно закусил губу.

— Мне кажется или ты чего-то недоговариваешь? — спросила я у эльфа, закутываясь в одеяло.

— Ты, как всегда, на удивление проницательна, — вздохнул эльф, присаживаясь на край постели. — Я боюсь, что эту болезнь ты переживёшь очень тяжело. Я не знаю, откуда она взялась, но она не так проста, как кажется. Столько пузырей не должно быть в первый день болезни! Плюс ещё особенности твоей магии… Ох, не знаю, что будет.

— Надеюсь, что не всё так страшно, — вздохнула я, закрывая глаза.