Красный принц (СИ) - Пар Даша Игоревна "Vilone" - Страница 29

Девушка вновь стала напряжённой, и опять её руки сжались в кулаки, Мария сильно прикусила нижнюю губу. Однако она по-прежнему не смотрела в мою сторону, предпочитая изучать карту неба, чем моё лицо. Лишь спустя несколько секунд я понял, что она просто сдерживает слёзы.

– Мария, я намереваюсь отказать ему, – мягко проговорил я. В этот момент ветер, притихший за время нашего пребывания в сквере, вновь налетел и с силой закружил осеннюю листву, его резкий порыв заставил меня прикрыть глаза, а когда я открыл их, то поймал неверящий взгляд Марии.

– Почему? – тихо спросила она.

– Потому что я люблю тебя, Мария, – внезапно камень, всё это время пригибавший меня к земле, исчез, и я смог вздохнуть полной грудью. От этого на моих устах появилась лёгкая и счастливая улыбка. Теперь всё стало так, как надо. Я сделал выбор. – Понимаешь, малыш, он сказал, что единственное условие, которое есть в его предложении – отказ от прошлого. Отказ от семьи, близких, друзей и знакомых. Ему нужен человек, который будет абсолютно предан Логану до конца дней своих.

Я замолчал, давая Марии время осмыслить мои слова, а потом продолжил:

– И когда я понял, что его предложение это отказ от тебя – я не смог согласиться с этим, но не мог прямо отказать, поэтому всё это время пытался понять, что мне делать, – тяжело вздохнув, я сделал ещё одну затяжку сигареты, а затем выбросил её в мусорку. Сейчас нужно было сказать самое сложное. – Но на этом всё не закончилось. Как и тебе, я долго ничего не говорил моему отцу о решении музея, в результате, он узнал обо всём самостоятельно. После у нас состоялся серьезный разговор, где мне пришлось сказать ему о предложении Логана. Когда отец понял, что я собираюсь отказаться из-за тебя, он был полностью раздавлен… Он долго и безуспешно пытался убедить меня в том, что я совершаю самую большую ошибку в своей жизни, а когда не преуспел, решил действовать угрозами – он сказал, что расскажет о наших отношениях твоему отцу в эти выходные, если я буду продолжать упорствовать.

Мария мрачно рассмеялась, когда я закончил, и покачала головой.

– Знаешь, Давид, я вот чего понять не могу – почему ты мне раньше об этом не говорил? Почему я обо всём узнаю только сейчас? – тоскливо и безысходно протянула девушка, а затем на мгновение прикрыла лицо руками. – Ты же понимаешь, что это и меня касается? Так зачем скрывал столько времени?

– Я не знал, что с этим делать. А потом… умерла Хейли, и когда отец поставил своё условие – я не смог с тобой связаться, – я осторожно коснулся руки девушки, – прости, что сообщаю тебе всё это.

– Давид, ты единственный, кого я люблю, – медленно проговорила девушка, – ты же знаешь, что ради тебя я готова пойти на всё! Поэтому, чёрт бы тебя подери, никогда не сомневайся во мне и моих чувствах к тебе! Слышишь? Никогда!

– Я боялся сказать тебе, потому что… Мария, Мэри, посмотри на наши отношения – кто я и кто ты? Я хочу, чтобы ты была счастлива, но смогу ли я принести тебе счастье? Ты выросла в достатке, тебя ждёт прекрасное будущее, в котором мне нет места. Я не смогу дать тебе то, к чему ты привыкла с рождения. – Мне было тяжело говорить об этом открыто, поэтому я запинался, стараясь подобрать правильные слова.

– Глупыш, – мягко прошептала она, поворачиваясь ко мне лицом и беря мои руки в свои. – Мне не нужны эти деньги, мне не нужны эти украшения, как не нужны чужие родительские мечты. Моё счастье – быть рядом с тобой. Моя любовь – касаться тебя, любить тебя, только тебя! Я не представляю себе жизнь без тебя, Давид. И больше всего на свете – я боюсь потерять тебя. – Она приложила мои руки к своему сердцу, а затем провела тыльной стороной ладони по моему лицу. – И если ты чувствуешь тоже самое, значит мы справимся со всеми трудностями.

– Ты веришь, что побег это лучший вариант? – моё сердце ускорило свой бег.

– Я верю, что это наш единственный шанс быть вместе так, как мы этого хотим, – тихим, но твёрдым голосом ответила она и счастливо улыбнулась.

– Ты понимаешь, что если мы это сделаем, вернее, если нам удастся это сделать – наша жизнь кардинально измениться? Мне придётся очень много работать, чтобы обеспечить нашу жизнь…

– Нет, не так, – мягко поправила меня девушка, покачав головой, – нам придётся много работать. Или ты думаешь, что я пустая глупышка не способная на труд? Поверь, это не так. Есть многое, что я знаю и умею, и что может сослужить нам неплохую службу. Например, у меня хорошие способности к языкам – ты же знаешь, что я свободно говорю по-французски и по-немецки. И разговорный испанский, даже русский… правда последний только со словарём, – и она смущённо улыбнулась, – леди должна знать языки. А также уметь играть на пианино, знать этикет и классические танцы. Думаю, что мои умения пригодятся нам в будущем.

Мне оставалось лишь нервно повести плечами от мысли что мы обсуждаем.

– Поверить не могу, что мы делаем, – тихо прошептал я.

– Я тоже, – она нерадостно рассмеялась, а затем вновь откинулась назад, чтобы посмотреть на небо.

Несколько минут мы провели в полном молчании. Каждый думал об одном и том же, и каждый тщательно взвешивал степень риска и вообще возможность нашего побега.

Наконец, молчание было нарушено. Мария резко приняла вертикальное положение и серьёзно посмотрела на меня.

– Итак, похоже, мы пришли к соглашению? – её голос нервно подрагивал, но звучал с новой решительной силой убеждённого человека.

– Да Мэри, пришли, – в тон ей ответил я, сжимая кулаки, – раз этот город против нашего союза – пришла пора его покинуть.

Девушка ласково улыбнулась в ответ. Возле её глаз появились солнечные морщинки, а на щеках нежные ямочки.

– Тогда будем действовать так: сегодня и завтра ты будешь ходить на работу, чтобы не вызвать подозрений у своего отца. Я же в это время займусь нашими документами и прямо сейчас мы с тобой отправимся в студию, чтобы сделать новые фотографии. Поскольку у меня больше возможностей для действий, всю организационную часть я беру на себя.

– Как ты провернёшь затею с документами? – недоуменно вопросил я.

– Просто, – ответила она, – до встречи с тобой, когда я болталась по всяким злачным клубам и «тусовалась» с разными типами, я… скажем так… свела знакомство с некоторыми личностями, которые могут нам помочь. За большие деньги, разумеется, но этого добра у меня пока хватает.

– В этом мире всё решают деньги, – задумчиво протянул я.

– Что поделаешь. Я продолжу? – дождавшись моего утвердительного кивка, девушка заговорила:

– Твоя задача будет по-тихому собраться, а послезавтра уйти из дома позже отца. Он не должен понять, что ты делаешь, – виновато проговорила она, – завтра я позвоню тебе и скажу из какого аэропорта мы вылетаем, а также остальные инструкции. Ты всё понял?

– Да, – решительно сказал я, – от меня не так много требуется – не вызывать подозрений и быть на месте вовремя.

– Да, – она тепло улыбнулась и вновь коснулась моих губ, – послезавтра мы покинем Лондон навсегда.

Небо, до этого момента колебавшееся, наконец, решило опрокинуть на нас последние ленты дождя в этом году, не забыв добавить мокрые и липкие комья воздушного снега, из-за чего погода стала фантасмагорической, нереальной и просто волшебной.

Моё сердце билось еле слышно за этой сплошной стеной из дождя и снега, но билось ровно и радостно. Больше нет сомнений, нет преград – совсем скоро мы останемся вдвоём, и никто не сможет нас разлучить.

Глава 6. Третье объятье тьмы

Мой отец ни о чём не догадывался. Вечер прошёл тихо и как-то буднично. Только перед сном он осторожно поинтересовался, не разговаривал ли я с Марией и, получив отрицательный ответ, неуклюже и виновато улыбнулся, прежде чем пожелать спокойной ночи.

А вот ночь была совсем не спокойной. Я долго ворочался и метался, прежде чем понял, что просто так не засну. Поэтому я тихо поднялся с кровати, оделся и прокрался на кухню, а затем на наш маленький открытый балкон. Там меня ожидала мокрая резная лавочка, пластмассовый столик и пустая стеклянная пепельница. Постелив на лавку несколько газет, да поплотнее укутавшись в своевременно прихваченный плед, я опустился вниз, и блаженно откинулся назад.