Кровавые сны владык - Сафин Эльдар - Страница 13

Он вел себя так, будто, кроме него, вокруг никого не было — чесался, сплевывал, ковырял носком старого сапога землю, словно искал там клад.

Айра никогда не верила в возможности шаманов, ведь на уроках магии ей не раз говорили, что им не знакомо высокое искусство магии, что они профаны, дорвавшиеся до ремесла и принижающие нечто достойное просто тем, что живут и что-то пытаются делать.

В то же время она слышала, что во время битвы при Жако именно шаманы нанесли серьезный урон армии императора. И сейчас она отнюдь не была уверена, что выпускник Сиреневой Башни смог бы ее отыскать — а этот грязный старик поставил свою жизнь против денег и сделал это.

— Что дальше? — поинтересовалась Айра, смотря на Имура, но обращаясь больше к Ритану.

Тот прекрасно понял ее игру и возражать не стал.

— Теперь мы возвращаемся в лагерь, там ты предстаешь перед посланцами урултая — они будут уговаривать тебя оставить нас и поехать с ними. Расписывать то, что тебя ждет, они станут красиво, но в итоге, если ты согласишься, за твою жизнь нельзя будет дать даже медяка — если они узнают, что ты не возлежала с Дайрутом, то, скорее всего, ты умрешь.

— И вы тоже умрете, — утвердительно сказала Айра.

— Нет, — ответил Имур. — Нас отправят в разные тумены, сделав не больше чем сотниками, и постараются давать самые неприятные и опасные задания. Мы — друзья Дайрута, нас нельзя просто так убивать, это не понравится простым воинам, которые слышали про нас слишком много. И про Кристального Короля, и про взятие Тар-Меха, и про Руан-Дер, и про битву с ханом Разужей.

Айра отметила, что Ритана эти слова удивили, но, подумав немного, он кивнул — именно так все и будет.

— Хорошо, — согласилась королева Дораса. — Я сделаю все, что в моих силах, чтобы остаться с вами. Но вы после этого позволите мне участвовать в ваших советах.

Ритан и Имур спорить не стали — похоже, они были заинтересованы в ее согласии гораздо сильнее, чем она в их.

«Продешевила, — подтвердил Голос. — Могла выторговать гораздо больше».

Обратный путь занял весь день и большую часть ночи, и только под утро отряд выехал на морское побережье, откуда рукой оказалось подать до лагеря Орды. Увидев лагерь, Айра с удивлением отметила, что большая часть шатров и юрт собрана и множество людей суетятся, снимаясь с места.

— Коренмай должен был договориться с посланцами о том, что мы выступаем в сторону Жако, — сказал Ритан. — Это нужно даже не для того, чтобы идти к столице, а чтобы понять, насколько сильно против нас настроены люди из собранного Абыслаем урултая.

— Видимо, не все так плохо, — кивнул Имур.

Они могли потребовать больше уважения к себе, и тогда все остались бы на своих местах.

Проезжая через лагерь, Айра чуть ли не впервые оценивала его истинные размеры и поражалась, насколько он велик.

Когда-то она считала, что Орда — это куча кровожадных кочевников, варваров и орков, но после добровольной жертвы ее уверенность поколебали происходившие с ней события и люди, с которыми она общалась.

Теперь же Айра видела, что даже малая часть Орды, остановившаяся ненадолго на одном месте, превращается в настоящий город, в котором есть все, что угодно — от цирюльников до оружейников, от продажных женщин до лавок с едой и аракой.

В громадной черной юрте ее ждали, сидя на подушках, скрестив ноги, шестеро пожилых кочевников в теплых халатах.

Айра вошла внутрь и сразу же попала под пронизывающие, острые взгляды. Захотелось спрятаться, но она только гордо вскинула голову — ничего, и не с такими имела дело.

— Правда ли, что хан Дайрут взял тебя как жену? — грубо поинтересовался полный старик с крючковатым носом и длинной желтовато-седой бородкой.

— Правда, — ответила Айра и смело посмотрела ему в глаза.

— Правда ли, что до этого ни один из мужчин не брал тебя? — поинтересовался другой старик, ехидно усмехаясь.

— Правда, — твердо сказала бывшая королева Дораса.

— Правда ли, что ты чувствуешь внутри себя жизнь? — спросил третий, самый молодой из присутствующих, на вид ему было не больше сорока, и выглядел он не так мерзко, как остальные.

— Правда.

Дальше вопросы посыпались один за другим — Айра отвечала, не задумываясь, а когда не могла сообразить, как вывернуться в данном случае, ей тут же подсказывал Голос.

Мгновение сменяло мгновение, девушка вспотела, у нее пересохло в горле, и если бы не поддерживающие ее наручи, она обязательно упала в обморок от духоты и душевного напряжения. Посланцы урултая относились к ней, как к куску мяса, который надо осмотреть со всех сторон и решить — брать ли его на суп или же сделать из него плов.

А может быть — кинуть псам или вообще сжечь, чтобы не плодить болезни.

Наконец допрос подошел к концу — старики довольно кивали, перекидываясь тихими фразами, смысл которых она не могла уловить.

— Ты поедешь с нами, — заявил тот, что говорил первым.

— Я останусь здесь, — ответила Айра и вызвала этим ошеломление у посланцев урултая — их физиономии вытянулись, глаза блеснули.

— Ты строптивая девчонка, — прошипел первый. — Тебя никто не спрашивает!

«Хан Дайрут приказал мне слушать его верных друзей — Ритана, Коренмая и Имура, и не верить никому другому», — подсказал Голос.

— Хан Дайрут приказал мне быть с его верными друзьями — Ританом, Коренмаем и Имуром, — повторила Айра. — И опасаться всех остальных, потому что я должна выносить и родить его сына в безопасности.

Старики несколько мгновений сидели молча, затем начали быстро и тихо переговариваться. Один из них, самый молодой, небрежно махнул Айре — мол, иди прочь, и она, не прощаясь и не кланяясь, развернулась и вышла.

«Надо было проявить уважение, — Голос казался недовольным. — Если ты затеешь ссориться с урултаем, Ритан с друзьями не встанут на твою сторону. Уважение к старикам в степи прививают в них с раннего детства, особенно к таким старикам, знатным и мудрым».

«Если мне станет совсем плохо, я сбегу в Дорас, где меня любят и ждут, — ответила Айра. — Мне не нравится здесь. Когда ты говорил, что нужно что-то сделать ради Дораса, я делала, а теперь, когда ты говоришь, что нужно что-то делать ради всего мира, мне это не интересно».

«Если весь мир погибнет, Дорас не останется в стороне».

Как только Айра вышла из юрты, внутрь тут же скользнули Ритан и Коренмай. Имур пошел рядом с девушкой, на ходу отдавая приказы нукерам.

— Они могут забрать меня против моей воли? — спросила Айра кочевника.

— Ты — женщина, и твоя воля ничего не значит для стариков, — ответил Имур. — Когда мой отец умер, оставив после себя двух жен и семерых детей, наш род отдал нас всех старому козлу, который издевался над новыми женами и надругался над моей старшей сестрой, а нас заставлял работать с утра до ночи. И мы ничего не могли сделать, потому что так решили старейшины.

— Ты сбежал оттуда? — спросила Айра.

— Мне было двенадцать, — кочевник усмехнулся. — Хан Разужа как раз тогда заставил варваров подчиниться ему, и намечалась большая война против людоедов. Я убил Казая — так звали отчима — и оказался в тумене Вадыя, где не было никого из моего рода. К этому времени мой старший брат вырос и смог убедить всех, что он может прокормить двух женщин и их детей.

Из этого рассказа Айра поняла, что ее мнение, как и мнение соратников хана, ничего не значит для урултая — стариков можно запугать, можно купить, но для этого надо быть настоящей силой, какой был хан Разужа и какой показал себя хан Дайрут.

Весь день Айра провела в шатре — ее умыли, переодели, волосы расчесали и уложили, на нее нацепили множество украшений и тяжелые одежды, в которых даже сидеть было неудобно, а ходить и подавно.

Служанки по ее просьбе рассказывали ей историю Дайрута — как он появился в тумене Вадыя, как прослыл героем, возглавил Рыжих Псов, затем убил темника, встав на его место, а потом поссорился с ханом Разужей и оказался более удачливым, чем его отец.