Одинокий голубь - Матц Тамара П. - Страница 132

— Мне хотелось бы здесь остаться, — сказала Лорена, когда заметила, что Гас готовится в отъезду.

— Мы тут долго не продержимся, — объяснил Август. — Любой бандит, которого еще не повесили, знает об этом месте. Если приедут сразу несколько человек, мы можем попасть в беду.

Лорена все понимала, но все равно не хотела уезжать. Так приятно было лежать на одеяле и играть в карты на пуговицы, если Гас был рядом. Ей не хотелось видеть других мужчин, вообще не хотелось. Она также не хотела, чтобы они видели ее. Где-то глубоко внутри жило ощущение, что ей следует прятаться. Ей хотелось, чтобы Гас спрятал ее.

— Я их не хочу, — проговорила она, глядя на Гаса.

— А и не надо, — ответил Гас. — Я прослежу, чтобы к тебе не приставали. Но здесь мы оставаться не можем. Дичи мало, да и трудно предугадать, кто может объявиться.

Сев на лошадь, Лорена заплакала. Она потеряла контроль над своими слезами. Они появлялись по собственной воле, хотя, как и слова, не приносили никакой пользы. Плачь не плачь, делу не поможешь.

— Послушай, Лори, не стоит излишне волноваться, — уговаривал Август. — Мы поедем туда, где ковбои, и все будет в порядке. Ты еще попадешь в Сан — Франциско.

Лорена почти забыла, что такое Сан-Франциско. По том вспомнила: место, где есть корабли и где прохладно. Куда Джейк обещал ее отвезти. Она настолько основательно забыла о Джейке, что ей даже показалось странным, что она подумала о нем. Как о ком-то, кто умер.

— Где Джейк? — спросила она.

— Не знаю, — ответил Август. — Он хотел поехать со мной, но мне этот подонок надоел.

Они ехали почти весь день вдоль Канейдиан, вода в которой после дождей стояла высоко. Ближе к вечеру они перевалили через холм и увидели поразительную картину. Четыре огромных стада, растянувшихся по равнине, насколько мог видеть глаз.

— Их остановила река, — пояснил Август. — Ждут, когда спадет вода.

Ковбои все еще находились от них в миле или дальше, но Лорена начала дрожать при виде их. Еще мужчины.

— Они не обидят тебя, милая, — уверил ее Август. — Они, скорее, тебя больше боятся, чем ты их. Большинство уже наверняка забыли, как выглядит женщина.

Лорена снова замолчала. Ей негде было спрятаться. Когда они подъехали в ближайшему стаду, навстречу им выехал человек.

— Бог ты мой, да это же тот парень из Йельского колледжа, который сумел прочитать мою латынь на вывеске, — воскликнул Август. — Я узнаю лошадь. Тот самый гнедой, которого мы выкрали назад у старика Педро, перед тем как он умер.

Лорена даже не взглянула на человека.

Уилбергер удивился не меньше Августа. Он заметил двух всадников и решил, что это разведчики других стад.

— Господи, Маккрае, ну и сюрприз! — воскликнул он. — Я-то думал, вы отстали от меня на три недели, а вы едете ко мне с запада. Где ваше стадо, если оно у вас есть?

— Как вы можете видеть, я корову с собой на захватил, — ответил Август. — Может, у Калла еще и есть стадо, если он его не растерял или не распустил.

— Это было бы глупо с его стороны, а он мне дураком не показался, — заметил Уилбергер. — Кобылу свою он мне не продал.

Он приподнял шляпу, приветствуя Лорену.

— Мне кажется, я незнаком с молодой дамой, — произнес он.

— Это мисс Лорена Вуд, — представил ее Август. — Ей не повезло, ее выкрали. Теперь я выкрал ее назад. У нас плохо с продуктами, и мы с удовольствием купили бы у вас, если вы можете поделиться.

Уилбергер еще раз взглянул на Лорену, которая сидела, опустив голову.

— Я не такой негодяй, чтобы брать деньги за еду, — заверил он. — Пожалуйста, милости просим в лагерь и ешьте, сколько влезет, если не имеете ничего против моих крутых парней.

— Вряд ли, — тихо проговорил Август. — Мы оба очень робкие.

— А, понятно. — Уилбергер снова бросил взгляд на Лорену. — Я ужасно рад, что с вами нет стада. Казалось бы, на этих равнинах для всех места хватит, но сами видите, здесь уже тесновато. Я было хотел сегодня переправиться, но решил подождать до утра.

Он немного помолчал, раздумывая над проблемой их робости.

— Мы как раз собирались подзаправиться, — сообщил он. — Это свободная страна, так что я советую вам разбить лагерь, где вам заблагорассудится. Я возьму кастрюльку у повара и привезу вам еду, когда вы устроитесь.

— Премного благодарен, — сказал Август. — Дерева в этих краях не встречали?

— Нет, сэр, — ответил Уилбергер. — Будь в этих краях дерево, я бы под ним сидел.

Они разбили лагерь на равнине. Верный своему слову, Уилбергер через час вернулся с маленьким вьючным мулом. Кроме обильной порции говядины с бобами, он привез им маленькую палатку.

— Я этой палаткой почти не пользуюсь, — объяснил он, сбрасывая груз у их костра. — Могу вам одолжить. Возможно, юной леди захочется спрятаться от чужих глаз.

— Полагаю, у вас такие хорошие манеры оттого, что вы изучали латынь, — заметил Август. — Погода непредсказуема, так что мы будем рады палатке.

— Еще я прихватил бутылку, — сообщил Уилбергер. — Насколько я помню, вы человек пьющий.

Как только Август поставил палатку, Лорена скрылась в ней. Гас постелил там одеяло, и она села на него так, чтобы видеть его. Мужчины уселись у костра выпить.

— Легко идете? — спросил Август.

— Нет, сэр, — ответил Уилбергер. — Мой старший умер недалеко от Форт-Уэрта. Где-то впереди у меня еще одно стадо, но я не могу уехать, чтобы проверить его. Не уверен, что я его когда-нибудь увижу, хотя шансы есть.

— Отчего он умер? — поинтересовался Август. — Там ведь вполне здоровый климат.

— Он умер от того, что на него упала лошадь, — объяснил Уилбергер. — Обожал объезжать диких лошадей.

— Глупо, — заметил Август. — У нормального взрослого человека должно было хватить ума поискать покладистую лошадь.

— Не все такие, — возразил Уилбергер. — Та кобыла, которую капитан Калл отказался продать, вовсе не выглядит покладистой, а ведь он тоже вполне взрослый человек.

— Взрослый — да, но не сказать, чтобы нормальный, — объяснил Август. — Я отношу это за счет недостатка образования. Поучись он в свое время латыни, может, и продал бы вам свою кобылу.

— А вы считаете себя нормальным? — спросил Уилбергер.

— Безусловно, — ответил Август. — Я еще не встречал человека более нормального, чем я.

— И тем не менее вы сидите здесь, на голой равнине, с робкой женщиной, которую вам пришлось спасать, — заметил Уилбергер. — И сколько же подонков вам пришлось убить, чтобы спасти ее?

— Порядком, — заверил Август. — Я добрался до пеонов, но шефу удалось улизнуть. Бандит по имени Синий Селезень. Постарайтесь с ним не встречаться, если у вас нет большого опыта в схватках.

— А он где-то здесь? Я слышал об этом негодяе.

— Нет, я думаю, он направился к реке Пергетори, — ответил Август. — Но, с другой стороны, я его уже однажды недооценил, и именно поэтому эту молодую даму украли. Я уже подзабыл, как надо обращаться с бандитами.

— Она в неважном состоянии, ваша девушка, — заметил Уилбергер. — Вам следует отвезти ее в Форт-Уэрт. Севернее вы никакой медицинской помощи не найдете.

— Мы поедем потихоньку, — сказал Август. — Куда мне вернуть палатку?

— Я буду по делам в Денвере к концу года, — сообщил Уилбергер. — Разумеется, если буду к тому времени жив. При случае отправьте ее в Денвер. Я этой чертовой штукой редко пользуюсь, но она мне может понадобиться следующей зимой, если я буду в ветреных краях.

— Я получил большое удовольствие от виски, — проговорил Август. — Глупо отказываться от привычных удовольствий, чтобы тащиться по коровьему дерьму за скотом.

— Может, вы и правы, я об этом сам частенько думал, — согласился Уилбергер. — Если вы такой нормальный парень, то как же вы во все это вляпались?

— У меня незаконченное дело в Огаллале, в Небраске, — объяснил Август. — Не хочу состариться, не закончив его.

— Понятно, — заметил Уилбергер. — Наверное, украли еще одну робкую даму.

Они пили, пока бутылка не опустела.