Дьявол в Лиге избранных - Ли Линда Фрэнсис - Страница 66

– Вломиться? – Пилар фыркнула. – Нет, просто нанести визит. Когда там никого не будет, мы приедем, войдем внутрь и что-нибудь поищем. Компьютер, коробки, шкафы – что угодно. У нее должен быть на него какой-то компромат. И готова поспорить, что это в том доме.

– Думаю, хорошая идея, – провозгласила Кика.

– Я тоже, – произнесла Никки. Пилар посмотрела мне в глаза:

– Что еще можно предпринять против Гордона?

– Ни в коем случае, – недвусмысленно заявил Говард. – Я не позволю своей жене и всем вам пойти на преступление. – Он посмотрел прямо на Никки. – Мы не будем взламывать замки и проникать в дом, ты поняла?

Она перевела взгляд с меня на Пилар, подумала секунду и сказала:

– Да, солнышко, я поняла.

– Отлично. – Он посмотрел на каждую из нас по очереди. – Я улажу это дело. Выясню, есть ли там что-то. Точка.

Кинув на нас еще один суровый взгляд, он ушел. Мы ждали, пока не услышали шум его «кадиллака», отъезжающего от дома.

– Конечно, он прав, – сказала я.

– Несомненно, – согласилась Никки.

Пилар пожала плечами и посмотрела на нас, как на скучных обывателей.

Я взглянула на Кику. Через секунду она спросила:

– Кто поведет машину?

Вот так и вышло, что две леди, состоящие в Лиге избранных, – одна безупречная, другая не очень – вместе с выскочкой из низов и горничной, все в черном, отправились в соседний город, чтобы нанести неожиданный визит мисс Мышке.

Высокое техасское небо было усыпано звездами, светила огромная луна. Может быть, нам стоило проявить благоразумие и подождать другой ночи. Но времени не было. Когда я заикнулась, чтобы Кика осталась дома, она выпятила нижнюю губу и упрямо сказала:

– Я поеду.

Кроме того, она пообещала взять с собой сумочку.

– Никогда не угадаешь, с чем придется столкнуться, – добавила она.

Действительно, ее умение использовать сумку в качестве оружия могло оказаться нам на руку. Вопрос о Кикином участии в нашем деле был решен.

Мы поехали по темным улицам в Кикином «форд фокусе», рассчитывая, что так лучше сольемся с НС-ным окружением. Она припарковалась за квартал до места назначения, напротив ряда белых двухэтажных домов, обшитых досками. По обе стороны улицы выстроились в ряд машины, ничем не отличающиеся от нашей.

– Кика, милая, ты уверена, что не занималась ничем подобным раньше?

Она лишь улыбнулась:

– Я же говорила, что пригожусь вам.

Мы спешно пробрались через дворы, повстречались с не очень милой собачкой, которая не скоро забудет Кикину брань, и наконец оказались на заднем дворе дома Джанет Ламберт. Свет в окнах не горел.

Дом представлял собой маленькое бунгало, обшитое облезлыми желтыми досками. Двор зарос сорняками.

– А если она продала дом? – вдруг осенило меня.

– Не может быть. Она не идиотка, – зашептала Пилар. – Ей хватит ума оставить пути для отступления.

Вероятно, так оно и было.

Мы заглянули в окна, держась подальше от той стороны дома, где в прошлый раз я наткнулась на соседку.

– Никого нет, – объявила Никки.

Мы пошли к задней двери, стараясь быть незаметными.

– Что теперь? – спросила Никки. Пилар вытащила маникюрный набор.

– Я думала, это работает только в кино, – протянула Никки.

Скорее всего, так и было, потому что вскоре Пилар стала пробовать открыть замок кредитной карточкой, от которой толку было не больше.

– Что будем делать? – поинтересовалась Кика.

– Отойдите-ка, леди, – сказала я.

– Что ты собираешься делать? – прошептала Никки.

Я оглядела двор, чтобы удостовериться, что никто не наблюдает, и подняла старый коврик у входа. Из-под него я извлекла ключ. Я решила, что бухгалтер типа мисс Ламберт – человек предсказуемый.

Кика кивнула в знак одобрения.

– Спасибо, – вежливо ответила я.

Я вошла первой, и мы оказались в кухне. Прислушались, но не услышали ни звука. В доме действительно никого не было. На барной стойке лежала старая корреспонденция на имя Джанет Ламберт. Было и несколько отчетов по кредитной карточке, адресованных Джанет Ламберт Уайер. Я злобно сжала челюсти, но, с другой стороны, теперь можно было с уверенностью сказать, что дом все еще принадлежит ей.

Мы разделились и начали поиски. Этот маленький домишко поверг меня в ужас. Только представьте себе: женщина, недавно сидевшая на пластиковой мебели, теперь жила в моем доме, спала на моих простынях, обедала за моим столом и принимала ванну с моей пеной. В кухне был потрескавшийся линолеум, в спальнях – красный ковер, в гостиной – оранжевый, с прожженным пятном.

– Свет не включать, – скомандовала я.

Открыв сумочки, каждая вытащила по фонарику, которые мы откопали в кладовых и ящиках с инструментами.

Бунгало состояло из кухни, гостиной, одной ванной и двух спален. Я взяла на себя кухню и обыскала все ящики, посудные шкафчики, даже хлебницу. Как мне ни противно было это делать, я перерыла содержимое мусорной корзины.

Покончив с кухней, я переключилась на ванную. Результат был тот же. Я обыскала все углы и щелки по пути в гостиную, где мы вчетвером собрались, чтобы обсудить результаты поисков.

– Ничего, – доложила Пилар.

– Ноль, – сказала Никки.

– Не повезло, – добавила я.

– Пусто, – заявила Кика.

Я проглотила свое разочарование.

– Черт, – вздохнула Пилар.

– Ну, девочки, не надо так легко сдаваться, – сказала Никки.

– Она права, – согласилась я. – Давайте прочешем дом еще раз. Должно быть, мы что-то упустили.

Мы снова разделились и пошли по второму кругу. Я даже заглянула под ковер с каждого угла, чтобы узнать, нет ли чего под ним. Мы снова встретились в гостиной через десять минут.

– Ничего.

– Безрезультатно.

– Не повезло.

Повисла пауза.

– А где Кика?

Мы пробежались по комнатам и нашли ее в кладовке.

– Смотрите сюда! – воскликнула горничная.

– Что там?

Она держала полдюжины старомодных дамских сумочек, по три в каждой руке.

– Они очень красивые!

– И все? Сумки!

– Таких сейчас не найдешь.

Если раньше я была разочарована, то при виде этих сумочек во мне проснулось неподобающее леди желание все крушить. Я издала вопль раненого льва и стукнула кулаком об стену для большего эффекта.

Так мы и нашли картотечный шкаф, замаскированный за дубовыми панелями.

– Ух ты! – воскликнула Никки.

Я смотрела в темноту тайника и чувствовала головокружение от мысли, что наше предприятие увенчалось успехом. Я тут же начала рыться в бумагах и через пару секунд застыла, потрясенная.

Пилар склонилась ближе:

– Что ты нашла?

Я не могла объяснить, вместо этого просто показала им свою находку.

Моим соучастницам хватило одного взгляда, и они были потрясены не меньше меня.

– Матерь Божья, – выдавила Никки.

Кика что-то невнятно произнесла по-испански. Пилар посмотрела на меня и улыбнулась:

– Мы сорвали банк!

– Нам лучше убираться отсюда, и прямо сейчас, – сказала Никки.

Но прежде чем мы успели закрыть папки и задвинуть фальшивую панель на место, мы услышали, как перед домом хлопнула дверца автомобиля.

Никки выглянула из окна, взвизгнула и бегом вернулась назад.

– Полиция!

– О Мадонна! – Кика перекрестилась.

– Боже, что нам делать.

Пилар застыла, вцепившись в папку.

Я не теряла голову. Вырвала папку у нее из рук, положила в большую сумку, висевшую на плече, и повела всю компанию вон из комнаты.

– Выйдем так же, как и вошли. Только быстро. Но, идя к задней двери, мы увидели в окно молодого офицера полиции, идущего вдоль дома.

– Проклятье! – вырвалось у Кики.

– О, Боже, нас посадят, – застонала Пилар. Она и глазом не моргнув предложила вломиться в дом, а когда запахло жареным, тут же раскисла.

– Прекрати истерику, – сказала я. – Все будет хорошо. Просто слушайся меня.

Глава двадцать девятая

– Откройте! Полиция!