Дьявол в Лиге избранных - Ли Линда Фрэнсис - Страница 67

Мы успели включить свет в кухне как раз перед тем, как молодой офицер обогнул дом.

Пилар растеряла свой воинственный вид, лицо ее стало еще белее, чем обычно, она дрожала, как осиновый лист.

– Пилар, дорогуша, открой дверь. – Она не шелохнулась. – Пилар!

Она зажмурилась, вытянула вперед руки и, спотыкаясь, пошла через комнату к двери.

– Офицер? – Голос Пилар дрожал. Полицейский был удивлен, увидев ее.

– Офицер, чем могу вам помочь? – спросила я, отвлекая его. Мы с Никки сидели за столом с двумя (пластиковыми – но ведь настоящая леди умеет обходиться тем, что есть) чайными чашками, с салфетками на коленях. Кика стояла у плиты с чайником в руках и улыбалась.

– Что здесь происходит? – спросил он, стоя на пороге.

– Мы пьем чай, офицер, – ответила я в манере, которая принесла мне не одну награду «Мисс Маленькая Дебютантка».

– Чай?

– Конечно. Не желаете к нам присоединиться? Кика, еще одну чашку, пожалуйста.

Он вошел и стал снимать фуражку, затем одумался:

– Мэм, поступил звонок, что кто-то вломился в этот дом.

Стало ясно, что одних хороших манер будет недостаточно, чтобы выпутаться из этой истории.

– Что вы, офицер, разве похоже, что мы что-то здесь сломали? – спросила я, улыбнувшись широкой фирменной улыбкой Фреди Уайер.

Он был сражен моим обаянием, которое я впервые включила на полную мощность с тех пор, как ходила к ювелиру, чтобы узнать, что мои драгоценности были фальшивыми. Я ослепила его сиянием моего фальшивого бриллиантового кольца. И пусть на мне было мое единственное черное платье, припасенное на случай похорон, но сразу было ясно, что перед вами – настоящая леди.

– Пожалуйста, присоединяйтесь к нам, – настаивала я. – Я знаю, как нелегко приходится стражам порядка.

Я довела свой акцент до крайнего южного варианта. Кика недовольно проворчала, что я опять изображаю из себя Скарлетт.

– Кика, сделай этому симпатичному молодому человеку чашку чая.

Офицер, казалось, не знал, чему верить. Его напарник появился с пистолетом в руке.

– Какого черта...

– О, Боже, – театрально произнесла я. Кика закатила глаза.

Пилар не выходила из-за двери, будто играла в прятки.

– Что здесь происходит? – проревел офицер постарше.

– Не знаю, – сказал молодой. – Я постучал, они открыли дверь, а потом пригласили меня на чай. – Он примирительно ухмыльнулся. – Наверное, соседка ошиблась.

– Ах, соседка. Она любит шум поднять, – покачала я головой. – Вечно чем-то недовольна. Наверняка она регулярно звонит вам со своими жалобами.

– Да, это уж точно, – согласился симпатичный. Второго, не такого симпатичного, было не так-то просто убедить.

– Предъявите документы.

На это я не рассчитывала, а Кика и Никки остолбенели, как и Пилар. Выигрывая время, я копалась в сумке, пока мой мозг лихорадочно искал какой-нибудь выход.

– Никки, Пилар, покажите офицеру водительские права. – Я обернулась к офицеру. – А это Кика, моя горничная.

Моим подругам удалось извлечь права. Посмотрев их, офицер снова обернулся ко мне и протянул руку.

– Теперь вы. И не заставляйте меня ждать всю ночь.

Этому типу не помешал бы урок хороших манер. Но я промолчала и решила, что ничего не поделаешь. Я протянула ему свои, мой мозг все еще метался, не находя решения. Другая на моем месте начала бы покрываться потом.

– Фредерика X. Уайер. Из Уиллоу-Крика. – Он ухмыльнулся, будто был настоящим Шерлоком Холмсом и только что выследил своего первого серийного убийцу. – Этот дом записан на имя Джанет Ламберт.

– Разумеется! – думай, думай! Его глаза подозрительно сузились:

– Ну и как вы здесь оказались? Тогда-то меня и осенило.

– Я заехала, чтобы забрать кое-какую корреспонденцию. Думаю, вы уже слышали, что Джанет Ламберт теперь Джанет Ламберт Уайер. – Я указала на мои права. – А как вы уже знаете, я Фредерика Уайер.

Он нахмурился, пытаясь понять, в чем здесь смысл.

– Она моя... свояченица.

Никки издала странный звук.

– Свояченица? – сказал офицер.

Я встала, подошла к стойке и собрала почту.

– Посмотрите. – Я протянула ему стопку писем.

Он стал ее просматривать:

– Джанет Ламберт Уайер.

Затем я подняла ключ, который 'мы нашли под ковриком.

– Мы с Джанет очень близки. Теперь, когда она целиком отдает себя своему новому мужу – вы могли видеть их недавно в «Уиллоу-Крик таймс», – я помогаю ей по мере сил и возможностей.

– М-м, да...

Казалось, он не знал, чему верить.

– Я этого не знаю.

– Что будем делать? – спросил молодой. – Заберем их?

Пилар затряслась еще сильнее.

– Ну, полагаю, да...

В эту минуту через заднюю дверь вошел Говард. На нем не осталось и намека на фиолетовую рубашку поло и идиотские туфли.

– Приветствую, офицеры. – Он посмотрел на каждую из нас, и вид у него был не слишком обрадованный.

– А вы кто? – спросил старший.

– Граут. Говард Граут.

Последовала пауза, прежде чем младший спросил:

– Тот самый Говард Граут?

– Юрист? – добавил его напарник.

Как я уже говорила, мой адвокат славился своими победами в суде, а также слыл юристом, с которым не станет связываться ни один здравомыслящий человек.

– Да, он самый. Заехал навестить дам.

– Да, – перебила я. – Говард – мой сосед, а это его жена Никки. – Я посмотрела на Говарда. – Я как раз объясняла офицерам, что Джанет – моя свояченица.

Говард и глазом не моргнул. Он также не подтвердил маленькое искажение фактов.

– Офицеры, – сказал Говард, – если есть какая-то проблема, я буду рад проехать с вами в участок и обсудить, что здесь произошло. Например: есть ли у вас ордер на вторжение в дом?

– Они пригласили нас, мистер Граут, – выпалил молодой. – На чай!

Недоверчивый полицейский по очереди посмотрел на каждую из нас, а потом на Говарда. Я видела, как он напряженно думает, взвешивает возможные варианты, решая, стоит ли связываться с адвокатом с бульдожьей хваткой, тремя светскими дамами и горничной.

– Думаю, произошла ошибка. Мы уезжаем.

Они козырнули и ушли.

– Я сейчас все объясню, – сказала Никки, как только за полицией закрылась дверь.

Казалось, у Говарда было неподходящее настроение, чтобы выслушивать объяснения. Как только патрульная машина уехала, он, не сказав ни слова, отвел нас обратно через дворы к нашему «форду». Его «кадиллак», стоявший на темной улице рядом с нашей машиной, казался расфуфыренным павлином.

– Как ты нас нашел? – спросила я.

– Я бы не стал тем самым Говардом Граутом, если бы позволил вешать лапшу себе на уши. Когда я приехал домой и никого там не застал, я поехал сюда и начал искать машину. – Он строго посмотрел на жену. – Ты же сказала, что поняла меня.

– Ну да, солнышко. Но понимать и выполнять – абсолютно разные вещи.

Говард застонал, Кика засмеялась, а Пилар думала только о том, чтобы поскорее выбраться отсюда. Я была рада уехать, так как компромат лежал у меня в сумке.

Два дня спустя я приехала в главный офис Лиги избранных. Дубы распростерли свои ветви, как покрытые мхом руки, над парковкой, которую заполняли «кадиллаки», «мерседесы»,.«вольво», «сабербаны» и несколько автомобилей попроще, названия которых я не знала. Было десять двадцать пять утра, встреча Комитета по новым проектам начиналась через пять минут, и солнце уже начинало припекать.

Я тщательно выбрала одежду, и это был не мой обычный, выдержанный в традициях Лиги стиль. На мне был сшитый на заказ льняной жакет с восточным воротником, белые брюки (облегающие и слегка расклешенные), льняная сумочка и открытые черные туфли с серебряными пряжками. Быть может, по описанию ансамбль и покажется вам странным, но я была воплощением утонченной элегантности.

Стоило мне зайти, как шум разговоров стих. Самой большой неожиданностью для собравшихся было то, что я вошла с Пилар, Никки и Кикой. Дамы были ошарашены, во-первых, тем, что после череды скандалов я посмела явиться, а во-вторых, тем, что я пришла с Пилар и, тем более, с Никки. Кика не вызвала возражений, так как они наверняка решили, что ее собираются отправить в кухню.