Decoctum - Коваль Роксолана Эдуардовна - Страница 8

— Хватит! — протестуя, выставила руки Алеврелийя, боясь, что Дарнет произнесёт то, что её больно ранит. — Молчи!

— …я полюбил тебя, как только увидел, и буду любить… до последней капли крови.

— Прекрати! — мотая головой, всхлипывая, пыталась прервать его Алеврелийя, и подходила всё ближе. — Замолчи!

— Я благодарю тебя за то, что позволила мне сказать это перед смертью…

— Нет! — снова выкрикнула девушка, когда Дарнет начал проваливаться в забытье. — Ты не умрёшь так легко! Ты заслуживаешь больших страданий, Избавитель!

Схватив лежавший на подоконнике меч, она ударила им по паутине, разрезав её в нескольких местах. Дарнет повалился на пол, опрокинув чаши, расплескавшие кровь – ядовитую и опасную. Будь здесь остальные Виализонии, они бы разлетелись в ужасе. Алеврелийя же бросилась через расползающиеся лужи, распинав раскатившиеся чаши. Опустилась рядом с Дарнетом на колени и перевернула его на спину. Он открыл глаза и посмотрел в склонившееся над ним лицо. Самое прекрасное лицо, какое он когда-либо видел. Холодная, почти ледяная слеза упала ему на щеку, боязливо забираясь в щетину.

— Ты не умрёшь так просто! — твердила Алеврелийя, больно ударив его кулаком по груди. — Слышишь? Ты не умрёшь так легко и быстро! Ты не умрёшь! Не умрёшь, потому что я… люблю тебя, Джийллиэн! С первого взгляда, с первой улыбки, с первого поцелуя! И даже смерть всей моей семьи, моя собственная смерть не смогли затмить эту проклятую любовь! Джийллиэн, не смей умирать!

— Повтори, — начав подрагивать, попросил Дарнет.

— Я люблю тебя! — впиваясь ногтями ему в плечо, повторила Алеврелийя. Подсев к нему, уложила его голову себе на сгиб локтя. — Люблю, провались эта любовь!

— Ещё… — простонал Дарнет, глядя на неё. — Ещё…

— Я люблю тебя, Джийллиэн!

Дарнет облегченно вздохнул, провел дрожащей рукой по щеке Алеврелийи и обмяк. Та затрясла его, умоляя очнуться, а потом, подхватив безвольное тело, потащила в соседнюю залу. Испачканные кровью Избавителя колени покрывались ожогами. Под бархатом промокших перчаток дымилась кожа, но Алеврелийя будто не замечала боли.

Она отдала все силы, чтобы спасти своего врага.

* * *

Чёрные стволы деревьев отбрасывали причудливые тени. Сквозь кроны лился желтый вечерний свет. На него и брел Дарнет, оглаживая ладонью бархатистую кору растений. Впереди возник огромный крест, горящий в лучах странного светила. Избавитель пришел на погост, разглядев надгробье со своим именем. Рядом с его могилой танцевала белая фигурка. Он уже видел её прежде. Заметив его, она перестала танцевать и повернулась.

— Не подходи! — сказала она, вскинув руки. — Не ищи меня!

— Ты и есть Смерть? — спросил Дарнет, почувствовав исходящий от девушки холод, пробиравший до костей.

— Разве ты не видишь, я танцую на твоей могиле, — медленно попятилась дева, всё ещё испуганно глядя на Дарнета. — Не ищи меня. Никогда не ищи меня.

Казалось, она собралась сойти с могилы и исчезнуть. Но когда Дарнет отступил назад, обернулась и обреченно добавила:

— Я сама тебя найду.

Он видел, как она исчезла. Помнил, как повернулся к темноте глухого леса и ступил на мягкую траву. Вздрогнув и облив себя прокатившейся волной боли, Дарнет очнулся в замке. Открыв глаза, нашел взглядом стоявшую у окна Алеврелийю. Он уже не раз приходил в себя, но и сейчас не выдал своего пробуждения. Осмотрев обмотанное лентами тело, сквозь ресницы наблюдал за спасшей его губительницей. Знать, что она фактически умерла десять лет назад и видеть её вновь… Но даже сейчас он с уверенностью мог сказать, что по-прежнему любит её. Любит такую, какой она стала, потому что просто не может её не любить.

Алеврелийя обернулась. Похоже, уже горько сожалела о том, что вернула его к жизни. Проявила слабость и призналась в своих чувствах, спасла вместо того, чтобы уничтожить.

— Зачем спасла меня? — спросил Дарнет, когда она нерешительно подошла ближе.

— Чтобы забрать у тебя свою душу. О, что же я наделала? — подняв глаза к потолку, выдохнула Алеврелийя. — Ведь мы уже никогда не сможем быть вместе. Между нами всегда будет стоять жизнь и смерть. Твоя жизнь и моя смерть. Это – непреодолимая стена. Все одиннадцать лет я ждала, когда за ней появишься ты. Ждала и смертельно боялась этого дня. И вот ты негаданно появился. Стоишь по ту сторону, а я не могу притронуться к тебе…

Дарнет протянул руку и взял Алеврелийю за запястье. Невольно отметил, что не нащупал пульса, но всё же не отпустил. Понимал, что её отталкивает то, что он так неправильно жив. То, что она мертва для него, что он никогда не найдёт в ней прежнего тепла. Она боялась его жизни, как он должен был бояться её смерти.

— Виализонии, что стали твоими сёстрами, превратятся в наших врагов, — прошептал он, нежно погладив её украшенные перстнями пальцы. — Свет и тьма будут биться на равных. Но если ты выберешь мой путь, у нас будет шанс разрушить эту стену.

— Ничего не обещай, — выдернув руку из слишком горячих для неё пальцев, сказала Алеврелийя и отвернулась. — Не заставляй снова поверить тебе и жестоко обмануться.

— У одного человека есть особое зелье, способное… излечивать Виализоний.

— Возвращать к жизни, ты хотел сказать?

— Если ты готова отказаться от бессмертия, отречься от тёмного существования и тех преимуществ, что оно даёт тебе…

— Нет…

— Мы можем попытаться заполучить эликсир жизни. Наверстать упущенное время, проведенное в тягостной разлуке.

Алеврелийя долго молчала, а потом повернулась и недоверчиво посмотрела. Понимала, что если погонится за миражами и предаст тем самым Виализоний, то они отомстят им обоим. Они их просто растерзают, а ведь Избавитель может не выдержать её тьмы и бросить на полпути. Она раскаивалась, что вернула его к жизни и призналась в своих чувствах. Срубила под корень дерево ненависти, что столько времени взращивала в себе.

Он живой, а она – мертва. С этим уже ничего не поделать. Если он умрёт, то его просто не станет, а она будет вечно между миром живых и миром мёртвых. Он возненавидит ее за мраморное тело, за небьющееся сердце, за холодное дыхание. И даже в мыслях никогда не осмелится…

— Осмелюсь, — чувствуя опасения девушки, сказал Дарнет, осторожно притянув её к себе. — Ни одну женщину в моем мире я не желал так, как желаю тебя. Живую или мёртвую. Любящую или ненавидящую. Виализонию или человека. Я обречён тебя любить.

Алеврелийя, глубоко вздохнув, запрокинула голову и закрыла глаза. Улыбнулась, когда шероховатые, но осторожные пальцы Дарнета обожгли её спину, а робкие поцелуи оставили ожоги. Да, существует оборотное зелье, что способно пробудить её от дьявольского сна, но чтобы раздобыть его, им придётся проделать нелегкий путь. Для начала – выбраться из облюбованного девами замка. Если, конечно, Алеврелийя согласится на его предложение.

— Повтори… — в этот раз попросила она, склонившись к нему и скользнув упругими кудрями по лицу.

— Я люблю тебя, — вложил в эту фразу всего себя Дарнет.

— Мне всегда будет этого мало, — так же прошептала Алеврелийя, осознанно окунаясь в обжигающие волны объятий. — Ты задолжал мне одиннадцать лет признаний.

— Я рассчитаюсь.

Она задержала рвущийся вздох и обвила руками шею Дарнета. Он коснулся губами прохладных дрожащих губ и по её щекам побежали слезы. Казалось, что они разомкнули звено кованой цепи, цепи вечности, высвобождаясь из душивших оков.

— Я снова жива и я снова умираю…

— Алеврелийя… — тихо отозвался Дарнет, и в одном этом слове уместились вся жизнь, все чувства и все мысли.

Глава 6. Королевство Мятных Лесов. 107й год Века Отчаяния