Женись на мне, дурачок! - Чиркова Вера Андреевна - Страница 97

— Только все дело в том, что он законным вовсе не был, — обиженно заметила ханша, — потому что давно был болен. Только от хана это всячески скрывали, чтоб не назначил другого наследника. Все знают закон: больной или увечный ханом стать не может. А у Амрити второй сын кривой, упал в детстве с дерева неудачно; она тогда всех наставников велела запороть.

— Ну да, никоим образом законной ханшей она стать не могла… но очень хотела, — продолжил рассказ маг. — И наконец сообразила: нужно найти двойника Тоирхону. Такого парадного хана, для приемов и церемоний. А на самом деле править собиралась сама, пока подрастает старший внук — мальчишке уже двенадцать, и Амрити в нем души не чаяла. Двойник долго не находился, а когда все же появился, то оказался очень хитрым и расчетливым. Запросил огромную сумму, чтобы после окончания работы уехать подальше и жить безбедно.

— Подожди, — останавливаю Леона, — не так быстро. Откуда вы это узнали? Ведь двойника не поймали, а Амрити не выжила.

— Не выжила. Но на пару часов мы ее все же вернули. Основное успели прочесть, — устало вздохнула Клара, и я понял, что не так-то легко это было — читать мысли почти умершей ханши.

— А тех, кто доставлял двойников, поймали?

— Амрити посчитала, что они опасны, раз знают про подмены. В живых осталось только несколько членов гильдии, из самых мелких сошек, — ответил за жену Леон. — Но у нас есть для тебя хорошая новость: сыскари все-таки нашли место, куда увозили тех, кого подменили. Мы не пошли туда без тебя, как-никак это твое дело и тебе его завершать.

— Завершать его будем за столом переговоров, — вырвалось у меня. — Шаурсияр достаточно задолжал и королевству, и мне лично.

— Что ты хочешь от него? — насторожилась Саялат.

— Простой вещи: указа о запрете гаремов, — объявил я свое решение, и оно произвело такой же эффект, как взрыв фаербола.

— Но это… невозможно, — вытаращилась на меня Саялат. — Народ будет недоволен!

— С чего бы ему быть недовольным, если самым примерным и верным останцам, не имеющим пока жен, раздадут бесплатно почти сто пятьдесят тысяч красивых женщин? — насмешливо сообщаю произведенные мной вчера примерные выкладки. — Наоборот, хан приобретет сразу сто пятьдесят тысяч верноподданных граждан. И необычайно поднимет этим свой упавший авторитет. Очень низко упавший, благодаря неумным указам о закрытии башен переноса и новым налогам.

— А те знатные жители, у которых отнимут гаремы… — еще не может понять меня ханша, — они же будут возмущены!

— Кто отнимет? — насмешливо фыркнул я. — Сами с радостью отдадут, когда хан издаст указ и первый покажет пример. Не дураки же они, чтобы навсегда превратить свои дома в осажденные крепости, тем более что защищаться придется не только от желающих захватить гаремы, но и от мятежа изнутри.

— Ты правильно сказала, — пошутил Леон, явно вспоминая о каком-то разговоре с Кларой, — не зря он ночью побежал не самозванца ловить, а в гарем. Значит, еще тогда задумал подложить мину под устои ханства.

— Наоборот, — не согласился я, — вот попомните мои слова — хан Шаурсияр останется известен потомкам именно благодаря этому указу, как самый мудрый правитель Останы. Так я не понял, а когда идти-то?

— Чай допьем, и открою портал в одно место. Оттуда нас проводят дальше, — пробормотала не перестающая жевать Клара.

— А это… не опасно? — почти равнодушным тоном осведомилась Зия, глядя куда-то в сторону.

— Нет, и если желаешь, можешь пойти с ними. — Король сегодня необычайно щедр и благодушен.

И почему мне кажется, что его настроение как-то поднялось после того, как я объявил свои условия? Неужели он считал себя обделенным отсутствием гарема?

— А мы? — впервые с момента прибытия гостей решился задать вопрос Теокадин.

— И вы, — разрешил Леон. — Сегодня у нас накопителей хватит на всех желающих.

— Кстати о накопителях, — вспоминаю мучивший меня вопрос. — А вы уже выяснили, почему мы его не могли увидеть?

— Амрити постаралась, выдала амулет из ханского тайника. Шаурсияр и Саялат ничего о нем не знали, секрет тайника передается только назначенному наследнику. За последние века там скопилось несколько сотен мощных магических вещичек, некоторые из них настоящие артефакты.

Ну вот теперь я понимаю причину их радужного настроения. Без всякого сомнения, маги немедленно наложили лапу на все ханские раритеты.

— Нельзя оставлять такие мощные вещи в руках непосвященных, — важно ответил на мои мысли Леон, словно не замечая, как кисло сморщила носик в ответ на это заявление ханша. — Зато теперь Шаурсияру не нужно думать, чем расплатиться с Этавиром за помощь в возвращении трона. Ведь этот двойник, судя по его действиям, решил нарушить уговор и начал постепенно убирать посвященных в его тайну, чтобы стать полноправным ханом. Вот только амулет, который дала ему Амрити, выполнял еще одну функцию — показывал всех сильных магов в радиусе ста шагов. Остается только предположить, что хитрец сумел правильно оценить наши силы и предпочел не связываться с магами, решив удрать именно в тот момент, когда по проложенному вами пути в Дильшар прибыло несколько отрядов магов и сыскарей. Хотя, если бы Грег в свое время не начал расследование и не расшевелил это гнездо, возможно, сейчас в Остане уже правил бы Тоирхон. Только фальшивый, и разумеется, без Амрити.

Некоторое время все молчат, словно примеряя на себя возможное развитие событий, и, похоже, оно не нравится не мне одному.

— А как себя чувствует твоя дочь? — вспомнила Саялат про Лайли, оглядев сидящих за столом. — Мне про нее рассказали… Очень отважная девочка, плевала в глаза евнухам, когда они мучили ее жениха. Сказала, лучше сама умрет, чем посмотрит на кого-нибудь другого.

— Она и сейчас возле него сидит… — тихо сказала Зия, чуть крепче пожимая мои пальцы, переплетенные с ее рукой. — Рудо пока нельзя вставать с постели, раны почти затянулись, но очень слаб.

— Нужно предложить ему достойную должность… — задумался король. — Нам необходимы такие люди.

— Мне тоже, — серьезно сообщил тургон. — И должность для него уже есть — начальник замкового гарнизона. Как только он сможет вставать, поедем выгонять лжеца из своего дома. Поэтому я с вами сейчас не иду, нам еще многое нужно решить.

— Когда будете решать, учти: один останец давно мечтает всадить пару небольших ножиков в негодяя, крутившего руки его названой дочери, — словно невзначай уронил я и возмущенно уставился на Клару: — Ты наконец наелась или пусть нам все это с собой завернут?

— Отличная идея, — ничуть не смутилась магиня, — пусть заворачивают, если я не съем, там найдется, кого подкормить.

— Слышали? — заволновалась Ортензия, оглядываясь на поварят. — Быстро соберите им корзины!

— Скажите, миледи… — Король так тщательно подбирает слова, что мне становится не по себе. — Вы очень обиделись… что я поделил ваше имение?

— Обиделась, — не думая ни секунды, тут же ответила Зия, — но только на то, что не забрали и этот замок. Тогда Грег женился бы на мне на двенадцать часов раньше.

Несколько секунд она откровенно любовалась потерявшим дар речи Торрелем, затем звонко рассмеялась. Я изо всех сил пытался сохранить невинное выражение лица, зато маги хохотали, как дети, наконец-то подловившие свою бонну на воровстве конфет.

— Не обращайте внимания… ваше величество, — стирая с глаз слезинки, наконец еле выговорил Леон, — вы попали точно в их семейную шутку. Грег каждый раз говорит, что если бы у Зии отобрали и этот замок, то он бы женился на ней на полдня раньше.

— Я рад, что сумел вас развеселить, — попытался состроить из себя обиженного Торрель, но не выдержал и хихикнул: — Жаль, что я не понял этого тогда. У меня было бы на одного благодарного графа больше.

— Не переживайте. — Мне кажется или сегодня Зия действительно в ударе? — Зато у вас скоро будет больше на одного милорда.

— Что вы имеете в виду? — снова растерялся король, а у меня остановилось сердце. Постояло… и заколотилось, как безумное.