Львиный престол - Локнит Олаф Бьорн - Страница 39

— Государь, — стражник все-таки узнал киммерийца, хотя Конан и выглядел чуток необычно. Все в городе знали, что новый король в отличие от Нумедидеса или Вилера не носил бороды. — О, государь, радость-то какая! Сейчас я лейтенанта позову!

Пожаловал лейтенант стражи. Оценил государственную цепь на шее Конана. Представился, чинно поклонившись. Звали его Утером.

— Ваше величество, — сказал Утер. — Я принял смену сегодня на рассвете и мне докладывали, что ты, мой король, уже посещал Башню минувшей ночью. Все твои приказы, мой король, выполнены…

— Приказы? — нахмурился Конан, но мигом понял, что лучше начать врать напропалую. — Это хорошо, что вы аккуратно исполняете волю короля.

«Та-ак, — подумал я, продолжая сохранять на лице верноподданное выражение и поглядывать на Конана с пиететом бедного безземельного дворянина, всем обязанного королю. — Теперь бы еще узнать, что приказал именно варвар? Интересно, а что двойник мог делать в Железной башне минувшей ночью? Неужели его визит был связан с арестом Халька?»

— Лейтенант Утер, — начал киммериец. — Комендант Триб Квинтилий здесь?

— Сожалею, мой король, — чуть развел руками Утер. — Господину коменданту нездоровится и он сегодня остался дома. Я надзираю лишь за внутренним двором тюрьмы и поступлением заключенных, а вот капитан Варнон замещает начальника. Прикажешь позвать?

— Нет, — отрезал Конан. — Вчера сюда доставили моего библиотекаря, Халька, барона Юсдаля. Он был схвачен по ошибке. Приведите его немедленно во двор.

— Но… — заикнулся лейтенант Утер. — Государь… Ночная смена сообщила, что по твоему приказу Хальк, барон Юсдаль, был отправлен по подземному ходу в королевский замок. Я ведь доложил, что твой приказ выполнен. Неужели произошла какая-то ошибка и ночная смена допустила неточность? Я немедленно доложу капитану…

— Тьфу! — сплюнул Конан, мигом сообразив, в чем дело. — Одни говорят одно, другие — другое! Никакого порядка в этой стране! Правильно, вспоминаю. Юсдаля действительно вернули во дворец.

На лице Утера отразилось недоумение, но, по счастью, лейтенант ничего не заподозрил. Мы раскланялись, Конан милостиво кивнул молодому блюстителю, и вскоре копыта наших лошадей уже застучали по булыжникам тюремного проезда, разделявшего торговые кварталы и здания Железной башни.

Конан невозмутимо проехал к небольшому безымянному трактирчику для купеческих приказчиков и мелких лавочников, выбрался из седла и бросил поводья мальчишке, прислуживавшему у коновязи. Королевскую цепь варвар упрятал под плащ, чтобы не смущать посетителей таверны. Я последовал его примеру, а Веллан-волк поплелся за нами, тяготясь ошейником.

— Интересно, очень интересно, — Конан уселся за стол, бросив золотой трактирному служке и приказав принести вина и «косточку для собаки». Когда кувшин с белым пуантенским оказался на столе, Конан хитро огляделся, взял пустую глиняную миску, плеснул в нее терпко пахнущего виноградного напитка и незаметным движением отправил ее под стол, туда, где расположился Веллан — пусть и оборотень порадуется жизни. Оттуда немедля донеслись шумные чавкающие звуки — волк старательно лакал вино.

— Куда он отправил Халька? — Конан огладил бороду и поморщился. Не привык он заводить «мужскую» растительность на лице. — Мораддин, как думаешь, чем это может нам грозить?

— Вижу три возможных ответа, — я оценил букет вина и слегка пригубил. — Либо Халька обманули и он поверил в то, что двойник и есть на самом деле ты, либо купили или как-то запугали, либо он начал свою игру, о которой мы ничего не знаем.

— Хальк не продаст, — уверенно сказал Конан. — Хотя этот ублюдок-двойник вполне в состоянии вытянуть из него сведения о нашем новом доме в Логиуме. Надеюсь, этого не произойдет. Честно признаться, я тоже подумал, что Юсдаль может поставить на кон не только свою голову, но и наши. Однако, если он выиграет… Мораддин, по-моему, одному из нас необходимо отправится во дворец. В конце концов, только оказавшись в замке, мы окончательно выясним, что происходит. Разведаем что-нибудь об этом человеке или демоне, посмотрим, насколько он сумел обвести вокруг пальца Просперо и других придворных…

— А самое главное, — поспешно добавил я, — очень хотелось бы узнать, как там Ринга.

— Во народец, а? — фыркнул варвар. — Все о себе да о себе! Не думаю, что с твоей женой случилось нечто страшное… Если она до настоящего времени не сбежала из столицы — значит, тот Конан ее не обижает или Ринга верит, что он — это я. Или наоборот, графиня обо всем догадалась и ждет хоть какой-то весточки от тебя или меня.

— Следовательно Ринга тоже может вести свою партию, — здраво рассудил я выслушав соображения варвара. — И тем самым наше положение становится все более опасным. Если двойник подловит и Рингу, и Халька на горячем, мы можем потерять двух ценнейших союзников… Прежде всего Рингу. И не потому, что она — моя жена, а лишь оттого, что ее способности стократно превосходят любые умения нашего бибилиотекаря и многих из нас.

— Прикуси язык, — поморщился король, прихлебывая вино. — Сглазишь. Наше положение становится все более загадочным. Честно признаться, я ничего не понимаю. Двойник какой-то… Хальк исчез неизвестно куда. Нас всех разыскивают. Война с Офиром… Слово даю — брошу все и уеду домой, в Киммерию. Вернусь в клан, стану охотником, женюсь на девушке из клана Глендалох…

— Остановись, — жестко прервал я мечты Конана. — Правильно, нужно идти во дворец и смотреть, какова там обстановка. И займусь этим я.

— Ты? — поднял брови варвар. — Но как?

— Очень просто, сейчас я тебе все расскажу, — у меня в голове быстро сформировался план. — Прежде всего, у меня с собой подорожные и все документы Мораддина, графа Эрде. Я могу придти во дворец в соответствии с этикетом, как посланник немедийского короля. Насколько я понимаю, двойник ищет союза с Немедией, иначе зачем ему было отсылать Просперо из Тарантии в Бельверус? Он не посмеет меня тронуть. Иначе об этом сразу станет известно немедийскому послу, герцогу Дармштайну. Перед тем, как явится в замок, я обязательно загляну в посольство. Там будут знать.

— Ну, выдумщик, — покачал головой Конан. — А мне что делать? Не могу же я сидеть и ждать, пока ты, Ринга или Хальк отрежут голову этому мерзавцу и выкинут ее в Хорот?

— Ты должен будешь находиться в Логиуме и не привлекать к себе внимания, — веско сказал я. — Это самое разумное. Как только будет возможность — я тебя извещу или смогу предупредить об опасности.

— Пусть мне ответит Митра, — вздохнул Конан. — и зачем только я пятнадцать лет назад поехал в Султанапур и повстречал там этого гнома-переростка? Ну хорошо, я согласен с твоими мыслями. Когда?

— Прямо сейчас. Ты берешь Веллана и возвращаешься в Логиум, я еду в посольство Немедии. Потом во дворец.

Терпеть не могу застоявшийся запах краски. Он начинает неотступно преследовать любого человека, миновавшего караулы тарантийского замка и зашедшего во внутренние коридоры. Что ни говори, канцлер Публио перестарался. Говорят, именно ему пришла в голову идея начать ремонт. Не удивлюсь, если узнаю однажды, что часть средств, отпущенных на материалы и жалование мастеровым, утекли в карман хапуги-канцлера. Ведь Публио отлично знает, что король слышал о его прежних казнокрадских проделках и слегка ошалел от безнаказанности. Нимед, полагаю, давным-давно сослал бы его, Страбонус посадил бы на кол, а Фердруго заточил в тюрьму лет на пять. Конан, добряк, словно почувствовал в канцлере родственную душу, припомнив свои шадизарские приключения. Наверное, потому и не трогает.

Дворец ничуть не изменился. Правда, заново оштукатурили стены хозяйственных пристроек, переложили плиты на главном дворе да завесили лесами внутренний фасад закатного крыла. А так все по-прежнему — спешат с поручениями деловитые гвардейцы, из маленькой кузни при королевских конюшнях доносится постукивание молота, в нижней приемной сидят напыщенные дворяне и смущенно озирающиеся купцы, ожидающие аудиенций у государственных чинов…