Я – сталкер. Слепая удача - Исьемини Виктор - Страница 27

Химик вошел и поглядел на Веру.

– Ну вот, довел девушку, – укоризненно сказал он Никите. – Зачем вы вообще ее сюда привел?

– Это все из-за тебя, между прочим! – возмутился Пригоршня.

Слепой объяснил:

– Мы с Пригоршней встретились на прогалине, где положили банду Есаула. Никита сказал, что именно там ты его должен был ждать. А тебя не было, и мы пошли искать. Шли за Афаром…

– Потом Слепой сказал, что люди Афара ведут пленного с мешком на голове, – подхватил Пригоршня, – мы решили, что это ты! Ну, прикинь: ты в плену, тебя ведут неизвестно куда, по пути всех мочат, кто попадется, хоть мутантов, хоть сталкеров, хоть вояк! Что мне было делать? Должен же я был тебя спасти? Мы пленного отбили, а это вот она оказалась.

Химик еще раз скептически оглядел Веру Степцову. Она как раз начала приходить в себя.

– Приняли ее за меня? – уточнил Химик. – Наверное, мы похожи? Ой, надо же! Просто двойники!

– Слепой сказал… – развел руками Пригоршня.

– Слепой? Это многое объясняет.

Снаружи завыла собака, потом раздалось глухое рычание – стая уже добралась на поляну, псы выясняли между собой очередность кормежки.

– Ладно, потом расскажете, – решил Химик. – Похоже, Всплеск скоро. Подвал здесь есть? Фонарик нужно взять.

Он кивнул в сторону тела Конокрада.

– А что это за куртка? – решился спросить Слепой. – Никогда таких не видел.

– Это долгая история. Так как здесь с подвалом?

– Не получится в подвал, – объяснил Пригоршня, – там мутант какой-то засел. Вроде на бляка похож, но еще и телепат. Внушает, понимаешь, всякую ерунду. А Слепого, вон, едва к себе не затянул. Хорошо, что Вера закричала. Бляк испугался, отпустил на секунду, мы и сбежали.

Слепому стало обидно: как же, его мутант едва не затянул в подвал! Пригоршня, между прочим, уже был на крючке, и это как раз его вытаскивали!

– Если это можно назвать бегом, – объяснил он, – когда волочешь Пригоршню. Он здоровенный, так что бежали мы не очень быстро.

– А это, значит, Вера? – уточнил Химик, оборачиваясь к физику-теоретику.

Она уже пришла в себя и тоже разглядывала нового собеседника.

– А вы Химик? Тот самый?

– Интересно, давно ли я стал «тем самым»? – бросил Химик. – Я представляю, что Никита обо мне рассказал. Но к делу! Нам нужен подвал. Показывайте, где он. Там, за этой дверью?

– Там коридорчик, десяток шагов, дальше лестница вниз, – сказал Слепой, – но входить опасно. Уже за порогом начинается воздействие этого мутанта. Пригоршня считает, что он не может подняться по лестнице, но кто его знает, какие его способности на самом деле.

– Гранатой его, и весь разговор, – заявил Пригоршня. – Мы просто не успели, только и всего. Стрельба началась, Мишу убили. Потом эти на штурм пошли, которых Афар прислал… потом ты…

– Потом меня нелегкая принесла? – уточнил Химик. – Я там подобрал пару гранат, но мне твой план не нравится.

– А что не так? Коридор совсем короткий, гранату вдоль него кинуть – не проблема. Главное, до лестницы долетит, а там уже по ступенькам она сама, своим ходом.

Химик покачал головой, прислушался к звукам собачьей грызни снаружи.

– Ладно, сейчас проверим. Потому что здесь торчать – тоже не дело.

Он включил свой фонарик, подошел к дверному проему и прикинул расстояние до лестницы.

– Никита, у тебя магазин пустой найдется?

– Ну.

– Представь, что это граната, зашвырни его через коридор.

– А в чем вопрос-то?

– Просто сделай.

Слепой тем временем занялся снаряжением бедняги Конокрада. Отсоединил его фонарь от каски, снял с покойника рюкзак с аккумулятором. Вера смотрела то на него, то на Химика с Пригоршней. Никита вытянул разряженный магазин, щелкнул языком, пояснив: «Это я кольцо сорвал», – и зашвырнул воображаемую гранату в черный прямоугольник лестничного пролета. До цели его снаряд не долетел – в паре метров от лестницы завис в воздухе, медленно развернулся и с неожиданной силой метнулся обратно. Сталкеры отшатнулись, а магазин со свистом пересек комнату и звонко цокнул о бетон рядом с входом в здание.

– Бабах, – сказал Химик. – Теперь понял? Если это, как вы говорите, бляк, да еще и телепат, то с гранатами нужно очень осторожно.

– А кто ж его знал, что он такой умный, – растерянно развел руками Никита. – Да еще успел же сообразить, пока магазин летел! Быстро думает!

– Нет, он заранее твои намерения считал. Ты представил себе гранату, которая летит и его убивает, он это просек. Слышишь, как псы снаружи бесятся?

Все смолкли, и звуки собачьего пиршества стали слышны получше.

– Ну? Слышу, конечно, – буркнул Пригоршня. – К чему ты это?

– К тому, что мутанты бесятся. Представь, у них гора мяса и они уже ощущают приближение Всплеска, у них сейчас мозги совсем в отключке, хотя мозгов у них и так негусто. Они сейчас должны кидаться на всех, кто окажется поблизости. Но сюда не лезут. Бляк или кто там в подвале, это из-за него. Его пси-поле куда дальше достает, чем дверь.

– А почему ж мы ничего такого не чувствуем?

– Когда ты вообразил, что у тебя нет ног, ты тоже ничего такого не чувствовал, – напомнил Слепой. – Химик прав, нам нужно быть сейчас очень осторожными. Да! Я вот что подумал! Когда нас было четверо, мутант не справился.

– Так? – обернулся к нему Химик. – И что это нам дает?

– Если мы дружно начнем швыряться чем попало, мутант не сможет отразить все, что мы ему подкинем. Мысли четверых он не в состоянии контролировать.

– Мне это не нравится, но ничего другого я не могу сейчас придумать, – ответил Химик. – А чем швыряться?

Слепой встряхнул рюкзак Конокрада:

– Хозяйственный мужик был. И потом, мы же после можем все снова собрать. Прикончим мутанта и соберем.

– Ладно, попробуем. Вера, нам нужна ваша помощь!

Все собрались у входа в коридор и разобрали из Мишиного рюкзака запасные обоймы, мотки проволоки, инструменты и прочее барахло, которое запасливый Конокрад таскал с собой. Слепой ощутил чужое прикосновение к своему разуму. Мутант чувствовал опасность и пытался воздействовать на сознание пришельцев, однако ничего существенного у него не получалось. То ли расстояние было виновато, то ли количество целей оказалось для бляка слишком большим.

– Поехали! – крикнул Химик и первым швырнул через коридор горсть болтов.

Следом полетели другие снаряды – большие и маленькие, полегче и потяжелее. В основном старались Химик и Пригоршня, потому что в дверном проеме было тесно. Вера со Слепым держались позади и помогали, не прицельно бросая всякий хлам. Что-то мутанту удавалось отразить, часть предметов летела обратно, но броски твари выходили слабыми, все больше вкривь и вкось.

Химик шагнул в коридор, Пригоршня и остальные – следом. Только и слышались резкие выдохи, шарканье подошв по бетону и стук падающих железок. Люди продвигались по коридору, а часть снарядов уже долетала до лестницы, болты и патроны со звоном прыгали по ступеням. Тварь отбивалась все слабее, и Слепой, с тревогой прислушиваясь к своим ощущениям, не чувствовал ничего подозрительного, что можно было бы принять за пси-воздействие.

– Ложись! – рявкнул Химик, падая на пол. Пригоршня, не задумываясь, бросился на бетон и замер, прикрывая голову руками. Слепой отшатнулся к стене, Вера присела.

Внизу грохнул взрыв. В тесноте бетонной коробки звук вышел оглушительный. Некоторое время звучали отзвуки грохота и звонкий стук осколков о бетон, а затем вдруг резко стало тихо – как будто звук обрубили ножом. Слепой отлип от стены и огляделся – Химик с Пригоршней медленно поднимались с пола.

– Готов? – спросил Никита.

Химик не ответил. Он прислушивался и хмурился. Пригоршня не стал дожидаться и побежал к лестнице. Затопал по ступеням… потом раздался сухой хруст.

– За ним, – бросил Химик, – нельзя одного оставлять.

Все побежали за Никитой. Фонарь был у Слепого, он направил луч света вниз. Никита стоял на площадке под лестницей на груде костей. Ребра, черепа и позвоночники лежали толстым слоем. Они-то и хрустели при каждом его движении.