Иллюзии «Скорпионов» - Ладлэм Роберт - Страница 127

— Успокойся, Филл. — Тайрел сжал ладони Филлис в своих. — Я делаю именно то, что сделал бы на моем месте Генри. Он был прекрасным аналитиком, возможно, не самым лучшим в оперативной работе, это была не его стихия, но в области предположений и прогнозов мало кто мог сравниться с ним. Я уважал его за это... а еще больше уважал за то, что он женат на тебе.

— Ох, прекрати, подлиза, — сказала Филлис, печально улыбнувшись и забрав свои ладони из рук Хоторна. — Давай свои вопросы.

— На самом деле все сводится к трем вопросам. Когда, как часто и кому он называл мое имя?

— Когда тебя ранили в Мэриленде, он словно с ума сошел, думал, что опять виноват...

— Опять виноват?

— Не будем сейчас об этом, я тебя умоляю, Тай, — тихо попросила Филлис.

— Ингрид?

— Это все очень сложно. Давай не будем, пожалуйста.

— Хорошо. — Хоторн с трудом проглотил слюну, краска прилила к его лицу. — Продолжай.

— Он называл твое имя, может быть, три или четыре раза, требовал, чтобы тебе был обеспечен самый лучший уход, грозился повесить любого, кто не выполнит его распоряжений.

— Кому он это говорил, Филл?

— Я не знаю, кому-то, кто знал о твоей работе. Хэнк требовал от него абсолютно полного и точного отчета.

— А это значит, что отчет получила вся группа, занимавшаяся поисками Кровавой девочки, включая и главную шишку.

— О чем ты говоришь?

— Забудь об этом...

— Я не хочу, чтобы ты так говорил. Когда в Амстердаме ты появлялся с перевязанной рукой или разбитым лицом, люди, которые искренне тревожились за тебя, спрашивали, что случилось, а ты всегда только и отвечал: «Забудьте об этом».

— Извини, пожалуйста. — Тайрел нахмурился и тихонько потряс головой.

— Что ты еще хочешь знать, старый друг? — спросила Филлис.

— Я ни о чем не могу думать. У меня есть схема. Я всегда искал мелкие детали, а Генри в таких случаях говорил мне: «Должна быть схема, вот ее-то тебе и надо искать».

— Генри составлял схемы, а ты в это время все-таки находил необходимые детали. Генри всегда доверял тебе и надеялся на тебя.

— Ладно... А не осталось ли чего-нибудь, что ты не сказала мне, Филл? Неважно, если тебе это может казаться несущественным.

— Ну разве только звонки из Лондона...

— Из Лондона?

— Они начались часов в семь или восемь утра, я отказалась подходить к телефону, и на них отвечала моя сестра.

— Почему?

— Потому что с меня хватит этих звонков! Генри отдал всю свою жизнь этому ужасному делу, и мне не нужны теперь звонки из Лондона, Парижа, Стамбула, Курдистана или с разведывательных кораблей из Средиземного моря. Человек мертв! Оставьте его... и меня в покое!

— Филл, они не знают, что он мертв.

— Ну и что? Я сказала сестре: отправляй всех в штаб ВМС, пусть эти ублюдки сами что-нибудь врут, а я больше не могу.

— А где телефон?

— Генри не разрешил устанавливать телефон в гостиной. Он на веранде... вернее, они, там три телефона разного цвета.

Хоторн поднялся и быстро прошел через стеклянную дверь на веранду. Там в левше углу на столе стояли три телефонных аппарата: бежевый, красный и темно-синий. Он снял трубку красного телефона, нажал кнопку "0" и услышал голос телефониста.

— Говорит коммандер Хоторн, временно исполняющий обязанности помощника капитана Генри Стввенса. Соедините меня с дежурным по управлению военно-морской разведки.

— Соединяю, сэр.

— Красная линия, капитан Огилви, — ответил голос в штаб-квартире военно-морской разведки. — Ваша фамилия Хоторн? Припоминаю.

— И я вашу, капитан. Мне нужно задать вам вопрос.

— По этому телефону отвечу на любой, если смогу...

— Поступали ли какие-нибудь сообщения из Лондона для капитана Генри Стивенса?

— Насколько я знаю — нет, коммандер.

— Меня не устраивает «насколько я знаю», капитан, мне нужен... повторяю, нужен четкий ответ.

— Подождите. — Секунд десять в трубке стояла тишина, потом снова раздался голос Огилви:

— Никаких сообщений из Лондона, коммандер. Да и вообще никаких.

— Благодарю вас, капитан. — Тайрел положил трубку и вернулся в гостиную. — Никаких сообщений для Генри из Лондона не было.

— Сумасшествие какое-то, — сказала Филлкс и подняв голову, посмотрела на Тайрела. — Да они раз шесть звонили.

— Интересно, есть ли канал обратной связи. Ты знаешь, по какому телефону звонили?

— Нет, я же говорила тебе, что отвечала сестра. Она только сказала, что каждый раз звонил какой-то очень официальный и очень возбужденный англичанин. А она каждый раз предлагала ему позвонить в штаб ВМС.

— Но он не звонил, — заметил Хоторн. — Он постоянно звонил только сюда. Почему?.. Что еще говорила сестра?

— Больше ничего, да я и не слушала.

— Где она?

— Поехала в супермаркет за покупкам. Должна вернуться с минуты на минуту. Вообще-то говоря, когда ты пришел, я подумала, что это она. — В этот момент с улицы донесся короткий сигнал автомобильного клаксона. — Наконец-то! Патрульный поможет ей донести покупки.

Процедура знакомства с приехавшей сестрой была короткой и быстрой, патрульный понес сумку с продуктами на кухню, а Тайрел проводил сестру Филлис в гостиную.

— Миссис Толбот... — начал Тайрел.

— Лучше Джоан. Филлис многое рассказала мне в вас. Что случилось?

— Вот это вам и необходимо выяснить. Тот мужчина, что звонил из Лондона. Кем он мог быть, по-вашему?

— Это просто какой-то кошмар, никогда в жизни не чувствовала себя так паршиво — воскликнула Джоан Телбот, и слова словно посыпались из нее, — Этот ужасный мужчина все время требовал Генри, твердил, что это срочно, спрашивал, как можно немедленно связаться с ним. А я вынуждена была отвечать, что мы пытаемся разыскать его, советовала ему звонить в штаб ВМС, а он говорил, что в штабе его нет... Боже мой, человек мертв, а штаб скрывает это, и мне приходится так поступать! Просто отвратительно!

— На это есть свои причины, Джоан, очень веские причины.

— Для того чтобы подвергать мою сестру таким мукам? Почему, вы думаете, она не хочет отвечать на телефонные звонки, да я и не позволяю ей делать этого? Потому что все это время люди звонили Генри, а она была вынуждена отвечать: «Ох, он в душе», или «Ох, он играет в гольф», или «Ох, он на каком-то совещании»... как будто он вот-вот войдет в дом и спросит, что сегодня на обед! Да что же вы за вампиры?

— Прекрати, Джоан, — остановила ее Филлис. — Тай просто выполняет свою работу, отвратительную работу, но он обязан ее выполнять. А теперь ответь •на его вопрос. Кто это звонил?

— Он нес какую-то абракадабру, да я еще плохо понимала из-за его чертова английского акцента.

— Кто он такой, Джоан?

— Он не назвал свое имя, но называл что-то такое на букву "М" и что-то «особое».

— МИ-6? — спросил Хотори. — «Особый отдел»?

— Да, именно так.

— Но почему же, почему? — прошептал Хоторн, и глаза его загорелись любопытством. — Должен быть закрытый канал обратной связи.

— Очередная абракадабра? — поинтересовалась сестра из Коннектикута.

— Очень может быть, — согласился Хоторн. — Здесь только вы можете помочь. По какому телефону он звонил?

— По голубому, всегда по голубому.

— Все ясно, «голубой мальчик». Прямая, постоянно закрытая линия.

— Я начинаю понимать, — добавила Филлис. — Когда Хэнк хотел поговорить с людьми, занимающими аналогичный пост в Европе или на Ближнем Востоке, он всегда пользовался именно этим телефоном.

— Логично. Это глобальная сеть, предназначенная для связи начальников разведывательных служб союзников и их армейских коллег. У «голубого мальчика» самая надежная международная защита, но позвонить по нему можно, только имея номер. А у меня его нет. Я позвоню Палиссеру, он даст мне номер.

— Вы имеете в виду номер телефона в Лондоне? — спросила Джоан. — Если так, то он записан в блокноте, который лежит рядом с телефоном.

— Он дал вам номер телефона?