Украденная магия - Гребенщикова Ольга Александровна - Страница 67

Во встречных рядах появление грохочущей машины, увешанной цветами и гирляндами из поганок, вызвало замешательство. Часть воинов кинулась врассыпную, но большинство продолжали двигаться вперед, тем более что "тридцатьчетверка" прошла сквозь расступившийся строй, не причинив никому вреда.

Арман увел танк подальше от поля боя и решил остановиться. Как ни удивительно, за ними никто не гнался, не пытался узнать, что за бронированное чудовище заходит в тыл. Кажется, аборигены здесь интересовались своими делами больше, чем прибывшей из ниоткуда бронетехникой.

Пока вдали кипела битва, путешественники успели немного отдохнуть. Настя даже задремала, не обращая внимания на шум. Шарик догрызал последние косточки, оставшиеся от обеда. Вернее, от всего запаса провизии, который срочно требовалось пополнить, не говоря уже о запасах воды. Мир, в котором кто-то живет, а значит что-то ест, подходил для этого как нельзя лучше. Если, конечно, в нем удалось бы задержаться.

Поле битвы исчезло, вместо него появилась тихая, залитая утренним светом роща. По часам давно полагалось наступить вечеру, но время, как и пространство, давно не подчинялись правилам.

Среди деревьев возвышалось что-то вроде алтаря. На вершине древней, заросшей мхом лестницы жрица склонилась к ногам статуи незнакомого божества. Ветер доносил сладковатый запах дыма из курильниц и всхлипывания – это плакали женщины, столпившиеся на ступенях. Заметив танк, дамы сбились в кучу и зарыдали громче.

– Не волнуйтесь, гражданки, мы только водички наберем! – закричал им Лусьен. Судя по скорбности рыданий, тетки расстроились еще сильней.

Пока торговец и восьмой помощник министра наполняли фляги в источнике у подножия лестницы, пёс выскочил наружу, сделал свои собачьи дела и побежал к женщинам, дружелюбно виляя хвостом. Но жрицы завыли так горестно, что эльфу пришлось орать "Назад!" и "Шарик, фу!"

Все успели занять свои места до того, как на них обрушился следующий мир. Эту часть пути Настя помнила, как во сне, наполненном грохотом и огнем. Флур едва успевал заряжать орудие, снаряды уносились во тьму, кишащую лохматыми многорукими тварями, на дальних подступах прорежая толпы, жаждущие крови пришельцев из другого мира. Пулеметными очередями Настя отгоняла уцелевших, мысленно вознося благодарность тому, кто содержал оружие в полном порядке. Если бы пулемет заклинило, вряд ли она сумела бы что-то исправить.

Стало трудно дышать от пороховой гари, за массой наползающих тел Арман почти не видел дорогу, а потерять ее означало верную смерть. Существа, проскочившие под огнем, лезли на броню, пытаясь пробраться внутрь машины. Они появлялись снова и снова, карабкались, срывались, но самые цепкие с фанатичным упорством стремились разделаться с незваными гостями.

Тишина повисла внезапно, будто упал невидимый занавес. Умолкли крики тысяч глоток, затих скрежет когтей по броне. "Тридцатьчетверка" остановилась. Несколько минут все прислушивались и ждали, но во мгле, окружавшей танк, ничего не происходило. Казалось, что вокруг

вообще

ничего нет

, только впереди, в свете фар, виднелась дорога. Странная, будто сшитая из металлических листов, утыканных заклепками.

– … мать! – только и сказал Приблудный, взобравшись на башню.

Вокруг, насколько хватало глаз, расстилалась клубящаяся туманом бездна. Танк стоял на гигантском мосту, висевшем в пустоте, где не было ничего, кроме облаков и ледяного ветра. Сквозь разрывы свинцовых туч виднелось темно-алое небо, и его отсветы озаряли причудливые металлические балки, покрытые ржавчиной.

Наверное, когда-то этот мост называли величественным, совершенным творением неведомой цивилизации. Но сейчас он был старым. Устрашающе старым, будто прошла целая бездна лет с того дня, когда хозяева этого мира исчезли. Сквозь гул ветра доносился скрип обветшавших балок, изъеденные временем плиты каким-то чудом держали танк, но отступать или двигаться вперед было некуда – с обеих сторон мост уходил в бесконечность.

– Эта штука не рухнет? – прошептала сыщица, выбравшись на броню вслед за эльфом.

– Не знаю. Но лучше бы нам поскорее оказаться в другом месте.

Желание ушастого немедленно сбылось. Клубящаяся волна сиреневого света, отчетливо видимая в сумерках, приближалась с юга. Там, где она проходила, от моста во все стороны летели обломки.

Эльф едва успел крикнуть "по местам!", как плита под гусеницами накренилась. Долго ждать не пришлось, танк потянуло вниз, раздался скрежет, и на несколько жутких секунд возникло ощущение свободного падения.

А потом "тридцатьчетверка" ударилась о твердую поверхность, но не сильно, как будто всего лишь съехала с горки. Привычка экипажа мгновенно реагировать на перемены не подвела и на сей раз. Машина сорвалась с места, уходя от летевшего навстречу огненного потока, торговец уже наводил орудие на воинственных аборигенов, собравшихся повторить атаку, восьмой помощник министра привычно дослал снаряд. Но звук выстрела потерялся среди реальностей.

Смутные тени множества миров, сменяя одна другую, слились в непрерывный поток. Танк нещадно мотало по невидимым ухабам, экипаж мотало внутри машины. Насте показалось, что ее тело превратилось в сплошной синяк, но боль нахлынула и вдруг исчезла. Исчезло темное нутро "тридцатьчетверки", гусеничный лязг, запах пороха. Все вокруг заполнил ослепительный свет, наступила тишина. Девушка хотела оглянуться на спутников, но не могла пошевелиться. В этой сверкающей, беззвучной пустоте она была одна. Тихий голос, почти неразличимый, как дуновение ветра, шептал –

чего ты хочешь? Только пожелай…

"Хочу всё вернуть!" – мысленно крикнула сыщица.

Где-то рядом залаяла собака, донеслась незатейливая ругань Приблудного. Кажется, Настиной "отлучки" никто не заметил. Танк снова мчался по призрачной дороге сквозь клубящуюся мглу, заполненную обрывками чужих миров.

Внезапно прямо впереди выросла стена. Это случилось так быстро, что даже эльф не успел ничего предпринять. Каменная кладка не стала помехой для тридцати с лишним тонн металла, врезавшихся в нее на полном ходу. Танк бодро перевалил через груду развалин и выкатился на городскую площадь.

Не меньше получаса экипаж настороженно сидел по местам. Все часы давно остановились, но эльф, ходячий хронометр, отсчитывал время и ждал продолжения свистопляски с мирами. А невиданный мир, сверкавший яркими красками по ту сторону прицела, не собирался исчезать. Казалось, его совсем не затронула всеобщая катастрофа. Даже Настя, не способная к магии, ощущала его живую силу.

Украшенные причудливыми орнаментами дома вокруг площади затмевали роскошью дворцы Ларонды и Тантлона, а существа, безмятежно гулявшие вокруг, казались изящней эльфов и нарядней фей.

Возле танка собралась небольшая толпа. Когда распахнулись люки, местные жители отступили назад, но разбегаться не стали. При виде измотанных, грязных, пропахших пороховой гарью незнакомцев на лицах здешних обитателей не появилось ничего, кроме любопытства и живейшего сострадания.

Арман заглянул вниз и увидел, что танк стоит на мостовой из нежно-розового камня. Разумеется, нещадно разбитого там, где прошлись гусеницы. Эльф смущенно откашлялся и сказал:

– Всех приветствую! Ничего, что мы тут припарковались?..

Глава 18

Эпицентр