Мне отмщение - Медведевич Ксения Павловна - Страница 33

33

   - Почему? - насторожился Антара. - Да, Дахму сторожат, но у меня есть план. Вот послушай...

   - Да я не об этом!

   - А о чем? - озадаченно вопросил юноша.

   - Ее нельзя угонять! Это плохо!

   - Да почему?!

   - Она чужая! Это будет кража!

   Смерив сумеречника взглядом, Антара процедил:

   - Рами, ты что, и вправду дурак? С каких это пор мужчина не может украсть чужую лошадь?

   Тот растерянно сморгнул. И обреченно прошипел:

   - Да в вашем собачьем языке даже слов нет, чтобы объяснить, почему.

   И повалился наземь, заворачиваясь в аба.

   Подождав немного, Антара снова дернул цепь:

   - Ну и сиди у колышка, как кобыла.

   Сумеречник опять подскочил на своей циновке:

   - Тебя пристрелят! Ты же идиот криворукий!

   - А вот ты и пойди со мной! - с вызовом прошептал Антара.

   Рами закусил губу и нахмурился. А потом посопел и сказал:

   - Ну и какой у тебя план?

   - Ха, - расплылся в улыбке бедуин. - Для начала, я должен заполучить ключ от твоей цепки.

   И Антара кивнул на ржавый замок, болтавшийся у сумеречника на щиколотке.

   - Ну и как? - любопытно вскинул уши Рами.

   - Ага-ааа... - еще шире улыбнулся Антара. - Завтра - третий день на неделе, забыл? Шаддад напьется. Афаф пойдет за шатер со спальным ковром. Ну и еще с кем-нибудь. А ключ от цепки останется у нее под подушкой.

   - И?..

   - Рами, ты точно дурак. В шатре под подушкой, говорю, останется ключ. А я зайду в шатер и ключ вытащу. Понял теперь?..

   Сумеречник помолчал, задумчиво шевеля ушами. Потом любопытно покосился:

   - Ну а кобыла?

   Тут Антара понял, что выиграл. И торжествующе сказал:

   - Говорю же, план у меня есть. Я весь вечер за их станом наблюдал. Мутайр обычно вешают Дахме на морду мешок с овсом. А на ночь снимают. Ну и спят они по очереди рядом с ней. Ну а я пойду со своим мешком, подкрадусь, когда все спать будут, и на морду кобыле надену - чтоб не ржанула. А если кто проснется, скажу - мол, шейх велел к шатру отвести да накормить перед продажей. И потихонечку, потихонечку выведу ее из становища!

   - Тебя пристрелят! - шепотом взорвался Рами.

   - Я ж потихонечку! - обиделся Антара.

   - О боги! Зачем вы послали мне этого дурака на дороге! - взмолился сумеречник и уткнулся лицом в ладони.

   - Ну видишь, я знал, что ты согласишься.

   И, хлопнув Рами по плечу, Антара встал и гордо пошел из шатра.

   Сумеречник спросил в спину:

   - Антара, скажи мне одно. Зачем она тебе, эта коняга?

   - Отведу отцу Аблы, свадебным выкупом будет, - твердо, без запинки отчеканил юноша.

   Рами помотал головой и снова уткнулся носом в ладони.

   - Ну? - строго переспросил Антара.

   - Услуга за услугу, - устало отозвался сумеречник. - Ты мне тогда помог - я тебе помогу.

   - Когда это? - несказанно удивился юноша.

   - В ночь, когда фарисы напали.

   - Не помню такого, - нетерпеливо отмахнулся Антара. - Так что скажешь, Стрелок?

   - Приходи, - вздохнул Рами.

   И завалился обратно на циновку.

ночь следующего дня, ближе к рассвету

   Дахма беспокоилась - пофыркивала и мотала головой, натягивая чумбур.

   - Идем же, идем, о жемчужина... - бормотал Антара, истекая потом.

   Куфию он снял, остался только в шапочке на макушке - чтобы за раба приняли.

   Люди мутайр лениво посматривали в сторону чернокожего невольника, благоговейно ведущего в поводу кобылу.

   - Э-эээ! - раздался повелительный окрик. - Да ты, никак рехнулся, о глупый раб! Мы уже кормили ее, зачем ты повесил мешок, о бедствие из бедствий?

   Антара остановился, как вкопанный, не решаясь повернуть голову.

   - Я кому сказал, тупая черная скотина! Ты перекормишь лошадь, и я надеру тебе задницу!

   Вокруг счастливо зареготали.

   - Снимай мешок с овсом, кому говорят! Эй, Мавад, это твой раб? Откуда ты взял этого сына необрезанной потаскухи и верблюда? Выходи из шатра, Мавад!

   - Отстань! Не слышишь, я с женщиной?!

   Из шатра по правую руку и впрямь доносились слабые постанывания.

   Два бедуина, конечно, зацепились языками - и под шум ожесточенного спора на предмет того, чьи рабы тупее, Антара тихонько повел кобылу дальше.

   И уж было решил, что - все, Всевышний милостив к его плану, но не тут-то было.

   - Эй, ты! Ты, ты! Ку-уда пошел? Снимай мешок, о сын черной шлюхи!

   Трясущимися руками Антара сдвинул с морды Дахмы торбу - и кобыла разразилась негодующим ржанием. И со всей дури вздернула голову и вскинула передние ноги. Юноша шарахнулся, чумбур вырвался из ладони, оставив горящую ссадину, Дахма злобно ржанула и помчалась прочь.

   - О сыны мутайр! Это вор! Ловите кобылу!

   Антара обнаружил себя бегущим в толпе - и орущим вместе со всеми:

   - Стой, стой, о бесценная!

   - Где вор? - орали кругом.

   Антара бежал и вопрошал ночь вместе со всеми.

   И тут раздался согласный крик:

   - Держи ее!

   И тут же:

   - Держи его, это сумеречник!

   Сердце упало, и Антара увидел: Рами, хватающего ременный повод у самого недоуздка. А потом увидел Рами, взлетающего над землей! И хлопающего крыльями бурнуса, как птица! Описав правильную дугу, самийа залетел на спину кобыле и сел, как влитой. Антара ахнул. Остальные - тоже.

   Мутайр быстро преодолели краткий миг обалдения и заорали снова.

   Кобыла с храпом пошла обратно, Рами с размаху лупил палкой направо и налево, поддавая преследователям еще и ногами - р-раз, пинище, только шлепки мелькнули! Два, пинище! Р-раз палкой! Два палкой!

   Жесточайшая хватка вздернула Антару в воздух за шиворот, юноша придушенно взвыл и обрушился животом на кобылий круп. Болтая руками и ногами и захлебываясь от ужаса - перед глазами тряско мелькали и быстро неслись камни, ноги, шлепки, камни, песок, травка, ноги, ноги, ноги - юноша орал:

   - Ааааа! Рами-ииии! Дай сяду-уууууу!

   Кобыла поддала ходу и пошла мощным, ровным галопом. Антара понял, что отобьет себе кишки, ребра и причинное место - если не свалится с ходящей ходуном спины Дахмы.

   Держи меня крепко, Рами, не дай мне упасть, аааааа!!!...

   - Догнать их! Догнать грабителей!

   Они вырвались из становища. В сплошной темноте земля мелькала серо-бурыми сполохами, пот заливал глаза, копыта гулко били в камни, высекая искры.

   Топот, цокот, крики - погоня не отставала. Дахма шла, как боевой верблюд - плавно и не раскачиваясь.

   - Взять их! Стреляйте! Не стреляйте! Взять их!!!

   Топот, в лицо летят комья земли, свист в ушах, я сломал все нижние ребра.

   Когда под ними кончилась земля, Антара сразу понял - все. Конец. И заорал - утробно и дико, без слов и разума. Они летели над вади - как во сне, летели над огромным черным провалом. Всевышнииииий!..

   Копыта Дахмы ударили в сухую землю, юноша клацнул зубами и захлебнулся в пылюке. Бешеный, дикий галоп продолжился - Всевышни-ииий!.. свалимся-упадем! Тут же полно нор и колючек! Дахма сломает ногу-уууу!..

   - Хейа-хей-хей-хей! - засмеялся, запел над ним Рами, и кобыла пошла по широкой дуге, замедляясь.

   И перешла, наконец, на рысь.

   - Спусти меня, я умру от тряски! - взвыл Антара, кобыла храпнула, и рука Рами сбросила его на землю.

   Бух на спину!

   - Эй! Осторожнее!

   Из черноты над вади неслись возмущенные вопли мутайр. На другой стороне провала мелькали факелы, носились всадники.

   - Что?!.. - забыв про отбитую задницу, ребра и внутренности, вскочил и запрыгал Антара. - Зассали! Аааааа!...

   От восторга он и впрямь скакал, потрясая руками.

   - Дахма - моя! Моя! Моя!

   Пинок веревочной подошвы пришелся прямо в плечо: