Заклятие Химеры - Голдинг Джулия - Страница 15

Саймон согласился сопровождать сестру в поездке в Лондон. Он сказал, что поедет ради нее, но предупредил, что делает это против воли. Он больше не хочет иметь ничего общего со своим «даром», как она упорно это называет, как не желает больше видеть чудовищ — ни с бычьей головой, ни прочих. Конни было отчаянно жаль его: он цеплялся за иллюзию, что может просто притвориться, будто ничего не случилось. Он даже разозлился на нее, когда она заставила его признать реальность того, что он видел и чувствовал в ту роковую ночь.

Эта поездка совпала с теоретическим экзаменом Кола на Четвертый разряд, также проводившимся в штаб-квартире Общества, и Конни была рада тому, что он помог ей затаскивать упирающегося Саймона в поезд и поддерживал в пути непринужденную беседу с ее братом и Маком до самого Паддингтона. Она сидела, прислонясь к окну, чувствуя себя вымотанной; ее правый бок все еще саднил, и прикасаться к нему было мучительно больно. По ночам голос Каллерво по-прежнему изводил ее, искушая присоединиться к нему у метки. Ей приходилось постоянно просыпаться, чтобы прогнать его с помощью Стража, и, когда наконец рассветало, она чувствовала себя совершенно измученной. В другой жизни она предпочла бы сейчас тихо провести день дома.

— У них совершенно никаких шансов на первое место в премьер-лиге. Кол все еще добродушно спорил с Саймоном, когда они выбрались из такси на улицу, где находился дом Лиама, к югу по течению Темзы.

Конни сморщила нос: у входа в невысокий многоквартирный дом пахло гнилью и отходами. Кол перестал дразнить Саймона перспективами его команды и огляделся по сторонам, также удрученный тем, что увидел. Черные мешки с мусором были свалены в кучу рядом с переполненными мусорными контейнерами на колесах. Граффити, бессмысленно повторяемые инициалы, еще больше уродовали грязные желто-коричневые кирпичные стены. Брошенный автомобиль на деревянных брусьях перегораживал вход в дом.

— Пойдемте, — сказал Мак, который, казалось, единственный остался невозмутим при виде окружающего их пейзажа. Он протиснулся мимо машины, обогнув ее. — Поднимемся наверх.

Они преодолели два зловонных пролета бетонных ступенек и поднялись на лестничную площадку. Здесь было не так мрачно: некоторые квартиры украшали яркие ящики для цветов. Маленький мальчик проехал мимо них на разноцветном трехколесном велосипеде, радостно звоня в звонок. Они уступили ему дорогу и тут же снова быстро отошли в сторону, пропуская его папашу, бросившегося в погоню за разогнавшимся малышом.

— Квартира восемнадцать, — сказал Мак, сверяясь с бумажкой. — Последняя в ряду.

Он постучал. Через несколько секунд дверь открылась, и из квартиры выглянула тощая женщина с растрепанными по плечам волосами.

— Что нужно? — спросила она и сделала затяжку от тонкой белой сигареты, которую держала в трясущейся правой руке.

— Сюзанна, это я, Мак Клэмворси. Мы приехали за Лиамом — взять его с собой на прогулку до вечера. Помните, мы в выходные звонили вам по этому поводу?

Сюзанна подняла на него усталые, тусклые глаза, и тень того, что она узнала Мака, скользнула по ее лицу.

— Тогда лучше зайдите. — Она обернулась в прихожую, для твердости придерживаясь рукой за стену, обклеенную блестящими обоями, на которых красовались пышные розочки. — Лиам, детка, пришли твои друзья!

Малыш вылетел из двери в дальнем конце коридора, прыгая от восторга:

— Здорово!

Он бросился к ним, как будто хотел прямо сейчас выйти из дому. Но он был не готов. Ни Мак, ни Сюзанна ничего не сказали, поэтому Конни осторожно поймала Лиама за плечо.

— А ботинки, Лиам? — спросила она, кивая на его босые ноги.

Он засмеялся.

— Ой! — сказал он и побежал обратно в комнату, из которой вышел.

Сунув ноги в потрепанные кроссовки, Лиам пулей понесся в прихожую.

— Увидимся, мама, — крикнул он, чуть ли не выталкивая Мака из квартиры, так ему не терпелось поскорее уйти.

— Пока, малыш, — сказала она, делая новую затяжку.

— Я привезу его домой около шести, — ответил Мак на вопрос, который она забыла задать. — А со мной вы можете связаться по мобильнику.

Он сунул ей в руку клочок бумаги, и она рассеянно положила его в карман.

— Прекрасно. Хорошо вам повеселиться.

6

Игра с огнем

Кол взглянул на часы: ему казалось, такси едет слишком медленно.

— Я так опоздаю! — буркнул он. — Экзамен начнется через пять минут.

— Да успеешь ты, — зевнул Мак, переворачивая страницу газеты, которую захватил с собой. — В любом случае, ты же вроде говорил, что Четвертый разряд для вас с Жаворонком — как выйти прогуляться.

Он подмигнул Конни. Саймон и Лиам посмотрели на него, заинтересованные разговором, из которого они ничего толком не поняли.

Кол сглотнул. У него вспотели ладони, а в горле пересохло. От волнения сводило желудок, и подступала дурнота. Он разозлился на отца за то, что тот, как обычно, не смог проявить сочувствия к его проблемам. Мак никогда не понимал, что значит оказаться в его шкуре.

— Я говорил, что практический экзамен будет прогулкой, но теоретическая работа — совсем другое дело.

— Да все у тебя будет прекрасно, — сказал Мак с возмутительным спокойствием. — В твоем возрасте я сдавал все свои экзамены только на «отлично». Не забывай: ты же Клэмворси.

— Ну и что, — сказал Кол.

Конни вмешалась прежде, чем отец и сын успели наговорить друг другу гадостей.

— Если ты действительно опаздываешь, Кол, то ты можешь выйти из машины и дойти пешком. Тем более мы совсем рядом.

Рука Кола уже потянулась к дверной защелке, но тут светофор переключился, такси с ревом преодолело последнюю сотню ярдов и остановилось у переулка, ведущего к штаб-квартире Общества. Кол распрощался с отцом и остальными, крикнув им вслед:

— До встречи! Буду ждать вас в вестибюле, когда все сдам.

Он исчез в темном туннеле переулка, а они пошли дальше уже медленнее.

— Конни, что со мной будет? — спросил Лиам, не с боязнью, а так, будто хотел насладиться каждой волнующей подробностью.

Конни заметила, что Саймон, делавший вид, будто его восхищают ограды старинных зданий, мимо которых они проходили, внимательно прислушивается.

— Ничего плохого. Тебе устроят проверку, чтобы убедиться в том, что я правильно определила твой дар.

— Проверку? И что мне придется делать? Я еще не очень быстро читаю.

Конни ободряюще улыбнулась ему:

— Тебе не нужно будет делать ничего сверхъестественного — только выполнить несколько простых указаний, а потом ответить на пару вопросов. Ничего читать не потребуется.

— А потом?

— Обычно после тестирования тебе назначают ментора, который будет помогать в обучении: учить, как безопасно общаться со своим существом.

Саймон скептически фыркнул. Конни знала, о чем он думает: ему казался сомнительным сам факт того, что кто-то может научить его общаться с чокнутой Химерой.

Мак решительно прошагал под аркой во внутренний двор перед роскошным дворцом — штабом Общества защиты мифических существ. Его фасад теплого карамельного оттенка, украшенный причудливой резьбой, изображающей существа из четырех групп, сиял тремя рядами высоких окон; шиферная крыша была увенчана куполом-фонарем, который светился, подобно маяку. Пылающее солнце блестело на гладких булыжниках переднего дворика, делая стены похожими на сияющие золотые утесы, поднимающиеся из сверкающего серо-голубого моря. Мак при виде всего этого великолепия даже не замедлил шаг, но Лиам и Саймон оба замерли на месте.

— А нас туда пустят? — спросил Саймон.

— Конечно, иначе мы бы вас сюда и не привезли, — сказала Конни, проходя вперед по мощеному дворику. Она хорошо помнила, насколько ее саму ошеломил первый визит сюда.

— Что это? — спросил Саймон, показывая на узор в виде компаса на круглом окне над входом.

— Это символ Универсалов, — коротко сказала Конни, проходя под ним.