Жить, чтобы любить - Донован Ребекка - Страница 90

– А который час? – прошептала я.

– Начало третьего.

– Поверить не могу, что так долго спала.

– Да и я тоже. Уже несколько раз к тебе заглядывал проверить, жива ты или нет. Ты лежала совсем как мертвая.

– Я все еще жива, – заверила я Эвана со слабой улыбкой.

– Рад, что тебе уже лучше. – С этими словами он ласково провел рукой мне по шее, и по спине сразу побежали мурашки.

Потом я села и взяла с прикроватного столика чашку с чаем. Сделала маленький глоток, прислушалась к своим ощущениям и отхлебнула еще.

– Ты ведь брала с собой в поездку с Сарой удостоверение личности?

– Да, – медленно ответила я.

– А ты можешь достать свое свидетельство о рождении и карту социального страхования? – продолжил Эван. А когда я удивленно подняла брови, объяснил: – Ты должна попробовать их получить. Так, на всякий случай.

Я поняла, что он не шутит, и это было как-то непривычно. Похоже, он реально готовился к нашему побегу.

– Я могу сказать Джорджу, что мне нужны документы для поездки в летний лагерь. А ты что, серьезно? – внимательно посмотрела я на него.

– Абсолютно, – твердо сказал он.

Я опустила глаза, только сейчас по-настоящему поняв, чем он ради меня рискует. Ведь убежать из дому означает навсегда отказаться от семьи и друзей, не говоря уже о том, чтобы окончить среднюю школу.

– Эван, надеюсь, до этого не дойдет. И вообще, куда мы с тобой можем податься?

– Не волнуйся, – уверенно ответил он. – Я уже все хорошо продумал. И, кроме того, это ведь не навсегда.

И я прекратила допрос. Меньше знаешь – крепче спишь. К тому же я отказывалась верить, что дело дойдет до побега. Эван же уверовал в свой план, поскольку считал, что только так может мне помочь. Но все это были несбыточные мечты, хотя я и не стала его разочаровывать.

Однако документы от Джорджа я действительно получила. Эван вздохнул с облегчением. А я не решилась сказать ему, что меня до смерти пугает сама мысль о побеге и я не уверена, хватит ли у меня пороху. Так пусть себе верит, что я на все готова, хотя бы до тех пор, пока сама жизнь не заставит меня сделать выбор.

Глава 36

Обед

– Где оно? – зашлась в крике Кэрол в тот момент, когда я засыпала порошок в стиральную машину.

Я ошеломленно наблюдала, как она носится по прачечной зоне и, метясь прямо в меня, разбрасывает кругом грязные тряпки. Мне, конечно, не было больно, но от такого дикого приступа ярости сразу стало не по себе.

– Что ты с ним сделала? – словно с ножом к горлу, пристала она ко мне.

– С чем? – спокойно спросила я.

– С чертовым полотенцем, – взвизгнула она. – С тем, что ты испортила. Что, на хрен, ты с ним сделала?

– Не понимаю, о чем вы, – соврала я.

На самом деле я выкинула окровавленное полотенце, которым перевязывала руку. Но откуда она могла узнать?

– Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю. И не прикидывайся большей дурой, чем есть на самом деле.

И она снова швырнула в меня ворох грязного белья. В своей ярости она выглядела просто смехотворно, но с упорством пьяного продолжала разбрасывать по подвалу нестираные вещи. И тогда я выпрямилась, перестав уворачиваться от летящих в меня тряпок, и посмотрела другими глазами на эту жалкую, ничтожную женщину. Меня даже затошнило от злости и отвращения. Я уже была сыта по горло ее бессмысленными тирадами.

– Это всего-навсего полотенце, – повысив голос, чтобы перекрыть ее вопли, произнесла я.

Она оцепенела, потрясенная моим уверенным тоном.

– Что ты сказала, мерзавка?! – прошипела она.

Я смерила ее презрительным взглядом, не дрогнув даже тогда, когда она взвизгнула: «Как ты смеешь так на меня смотреть!» И внезапно поняла, насколько она ниже меня ростом. Удивилась, почему раньше я съеживалась от страха.

– Это всего-навсего полотенце, – повторила я с той спокойной уверенностью, которая ставила меня выше ее. И повернулась закрыть крышку стиральной машины.

– Всего-навсего полотенце?! – взвыла она и ударила меня в живот емкостью с кондиционером для белья.

От резкой боли я даже согнулась пополам. Она снова замахнулась и на сей раз попала мне в плечо. И я полетела на пол. Тогда я ринулась к лестнице, но она успела со всей силы стукнуть меня по левой руке, и мне ничего не оставалось, как спрятаться за стиральной машиной.

– И впредь не смей больше так со мной говорить, засранка поганая! – взвизгнула она.

– Кэрол! – раздался сверху голос Джорджа. – Ты там? Твоя мама звонит.

– Смотри у меня, чтобы все было убрано! – рявкнула напоследок Кэрол и стала подниматься по лестнице.

А я упала на пол, не в силах прийти себя после удара под дых. Я лежала со сжатыми кулаками, вонзив ногти в ладони. И глубоко дышала, чтобы погасить сжигавший меня изнутри огонь. Конечно, ярость бесследно не прошла, но я смогла заставить себя встать, чтобы ликвидировать бардак, который она устроила.

– Эмма! – постучался ко мне в дверь Джордж. – Эван приехал.

У меня внезапно сжало горло – он в моем доме? И о чем он только думает?!

– Хорошо, – пискнула я, так как у меня сразу пропал голос. – Уже иду.

У меня внутри словно все перевернулось. Я взяла куртку и вышла в коридор.

– Привет, – сделав страшные глаза, сказала я, но он как ни в чем не бывало улыбнулся в ответ.

– Как приятно наконец-то с тобой познакомиться, – расплылась в фальшивой улыбке Кэрол.

Омерзительное зрелище.

– Мне тоже, – вежливо ответил Эван.

– Ну… нам пора, – выдохнула я.

– Значит, в десять часов. Хорошо? – заставив меня вздрогнуть, сладеньким голоском пропела Кэрол.

– Да, – попыталась я выдавить из себя улыбку, но получилась какая-то странная гримаса.

Эван положил мне руку на спину и легонько подтолкнул к двери. Я сразу напряглась: ведь они смотрели нам вслед. Только бы она не заметила, что он дотронулся до меня.

– И о чем ты только думал?! – произнесла я трагическим шепотом, когда мы вышли на улицу.

– Эм, они прекрасно знают, что мы едем ко мне домой, – ответил Эван. – И я не мог просто подъехать и погудеть. Меня не колышет, какие они, но я не хочу им уподобляться.

Мне было страшно неприятно видеть его на нашей кухне – в том самом месте, где я так настрадалась. У меня в голове постоянно возникали два образа совершенно противоположных людей, отогнать которые никак не удавалось.

– Но вечером ты не будешь провожать меня до дверей. Хорошо? – попросила я.

– Хорошо. Но я смогу хотя бы поцеловать тебя на прощание? – широко улыбнулся он, решительно отметая мои сомнения.

– Поживем – увидим, – решила поддразнить его я.

Но когда мы подъехали к его дому, у меня внезапно засосало под ложечкой.

– Ну как, готова к новым испытаниям? – свернув на подъездную дорожку, поинтересовался Эван.

– Конечно, – попыталась изобразить я сдержанную улыбку, тем самым страшно рассмешив Эвана.

Он взял меня за руку и повел в дом. Похоже, его не слишком заботило, видят родители, что он до меня дотрагивается, или нет. Все это было так странно.

– Эмили, добро пожаловать, – приветствовала меня Вивьен, когда мы вошли.

Она ласково меня обняла, и поскольку я уже успела морально подготовиться, то ответила ей неуклюжим объятием.

Мы сели за барную стойку и с удовольствием принюхались к витавшим на кухне заманчивым запахам. Я в очередной раз была потрясена изяществом и утонченностью Вивьен, которая, легко скользя по кухне, что-то крошила, смешивала и взбалтывала. Я уже успела привыкнуть к тому, что в этом доме все готовит Эван, но сейчас он выступал исключительно в роли зрителя и, нежно обняв меня, следил за тем, как ловко его мама управляется с ужином.

– Тебе помочь? – спросил он.

– Нет, все уже практически готово, – ответила она. – Сейчас папа снимет с решетки бифштексы, а я перемешаю салат. Можешь пока предложить Эмили чего-нибудь выпить.

– Ой, совсем забыл, – смущенно повернулся ко мне Эван. – Что будешь пить?